Дневник 1917–1924. Книга 2. 1922–1924 - Михаил Алексеевич Кузмин

Федорову. Лакеи от Лейнера. Узнали. Говорят, здорово я постарел. Шлялись еще по Невскому, ломились в кинематограф, но испугались очереди. Вернулись. Поздно пришел пьяный Алексей от Персианова. Напялил пальто и отправился. Не уверен, не пропьет ли его. Трепещу за пьянино, электричество и т. п. Еще чай и проч. и проч. Если бы все было у меня в порядке, было бы неплохо. Вот так. Встретили Милашевского, у него есть письмо от Тумаркиных ко мне.

30 (среда)

Что же было? Бегал втуне на Николаевскую. Под вечер к Вольману. Конечно, как я и предполагал, поручили ему передать гораздо больше 20 дол<ларов>. Он меланхолически тянет. Дома набежал народ: Фролов, Соколов, Капитан, братья Папаригопуло, Скрыдлов. Сидели буйно. Наконец часть ушла, а мы втроем с Адмиралом пошли на «Хищников». Хорошая старая фильма с американцами31. Потом побежали в Пепо купить вина, еле поспели. Встретили там Яшу Бронштейн. Так же плутоват, так же следит за ним жена. Кажется, трюком, подготовляемым для меня Шульгиным, предполагалось приглашенье Скрыдлова. Лучше бы пригласили Щиголеву с мужем. Петр Ильич тоже шляпа, ничего не может придумать.

750.000.000 <р.>

31 (четверг)

Почему-то казалось, что праздник. Вылез бриться, с письмом к Хохлову и за билетом. Платил за дрова, Макару за испорченный замок. Дал Павлушке. Он и Герасимова знает и, кажется, кое-что понимает. Встретил бродящего Сторицына. Говорит, что после разговора с мужем Щиголева встречает его как друга и сообщника. Юр. ушел куда-то с утра. Была переводчица, Фролов, чем-то меня сердивший. Без Юр. прибыли Дмитриев, Нельдихен и Скрыдлов. Юр. как-то рассердился, что сам растратил деньги и что у меня их нет. Спорил, бледнел, расстраивался и убежал. Я шел с Вл<адимиром> Вл<адимировичем>. Проводил его. Нравится он мне все-таки. В театре был Кроленко и Шведе, Алперс, Грипич и Левин. Смотрел без скуки и очень был красив Студенцов. Много мальчишек в костюмах32. Кончилось рано. Хотелось есть. Юр. еще нет. Парадировал где-то до дна с О. Н. Лег спать до него.

Июнь 1923

1 (пятница)

Печальная, теплая погода. В середине дня дождь. Прибегал Сториц<ын>. Юр. занимался у себя. Вышел звониться на Николаевскую Шульгину, Гордину, Лопуховой. Все спокойно. Обедал. Потом к Кроленке. И далеко на Кокушкин. Чернь толкается. Там заседает вечный Сторицын. Сидели, обедали. Хотя было белое вино, но мне тяжко было и тошновато. Тем более что денег в обрез. Просил привести Скрыдлова, но мне от этого одолжения прока мало. Под дождем торопился домой. Заезжал к Лору. А у нас сидит Морозов. Подурнел, но старается быть au courant[29]. Потом явился и Хохлов, и Соколов с обложкой к Ренье1. Хохлов сидел долго, снобируя, рассуждая, слушая музыку. Всегда плохо как-то он соображает. Юр. явился поздно.

300.000.000 <р.>

2 (суббота)

Дождь и сырость. Пришлось надевать пальто. У Ученых денег все не выдают. Проплелся на Казанскую. Павлушка сидит. Мовшензон. Якобсон выдал деньги. Выписано, кажется, жалованье. Звонил Афиногеновичу. Готов. Герасимов, кажется, сделает. К чаю пришли Гордин с девицей, но пили мы одни. Был Капитан, Сережа Папаригопуло с разбитой мордой, потом Алексис. Он как-то мнется насчет имянин. Сплавили Капитана и вышли в плохонький кино. Потом пили вино у Кронидовны. Вот и все покуда.

600.000.000 <р.>

3 (воскресенье)

Болит голова и все не проходила, временами ужасно было. Заходили Скрыдлов и Сторицын. День трудный. Поплелись вместе с Алексисом. К обеду опоздали. Было уютно и не плохо. Прошлись еще по Садовой. Видели, как Лопухова со Струве садились в трам. На Невском опять встретили бесприютного Скрыдлова. Вместе были на «Стакане воды». Прелестная картина2. Голова ужасно болела. Юр. ворчал, но поплелись. Зашел в Ал<ександринский> театр смотреть платье О. Н.3. Мы дожидались в садике. Принял я пирамидону и полежал, голова чудом прошла. Была вся Муз<ыкальная> ком<едия>: Антонов, Ростовцев, Ксендзов<ский>, Орлова, Фурман, Мартынова, всего человек 25. Сидел далеко от Юр. и Ал<ексея> Ник<олаевича>, которые сидели с Орловой. Такое соединение вражд<ебных> сторон4. У Персианова трюк с режи буками очень удался. Было чудесное утро, когда мы шли домой. Голова не болит.

200.000.000 <р.>

4 (понед.)

Чудесная, холодноватая погода. Голова свежа. В Левашово хорошо съездить. Объявлена блокада. Это полезно для большевиков, но начнется эрунда всякая. Ходил на Мильонную – в четверг; к Гайке – нет; встретил Лаганского – опять дела. Дома были поэты, востоковеды. Заперся и не слышал, как стучались А<лексей> Н<иколаевич>, О. Н., Капитан и Митрохин, потом явился еще Соколов. Юр. показывал свои картиночки – имел успех. Вышли; они пошли в театр, я с Соколовым погулять. Он жаловался на неприятности с посылкой ему денег в костюме из Парижа. Юр. пришел довольно поздно. Была, говорят, масса народа и много знакомых. Вот так.

5 (вторн.)

Ходил в разные места. Ни денег, ничего нет. Послал Юр. к Кроленке. Был у нас Белкин. Звал на Ал. Толстого. Сидел Дмитриев довольно ласково, хотя и беспокоится о книжке. Пошел к Персиановым. Вся <нрзб> выходит в «Сплендид». Я тоже. Смотрели «Африканок»5. Были и Ксендзовский, и Щиголева, и еще кто-то. Поплелись с нами чай пить, но были они какие-то надутые. Взял «Die blaue Mаzurka». Юр. еще не было.

300.000.000 <р.>

6 (среда)

Зашел на Мильонную и хорошо сделал, т. к. Ритман еще не приехал. Завтра. Купил вина. Никуда особенно не ходил. Вечером не пошел к Лопуховой, а отправились в кино. Немцы играют русских, трогательно6. Юр. все волновался, т. к. у О. Н. и Капитана свиданье в кино же. Купили еще вина и какой-то несвежей колбасы. Разбил пенсне.

500.000.000 <р.>

7 (четверг)

Отправился на Думскую. Дел на мне груда. Больш<аков> тяготит меня. Особенно же трудно без пенсне. Юр. целый день прибирает комнату. Ритман вернулся, но дал очень мало, и в цензуре затруднения. Тяжко как-то стало. Отдал очки. Юр. все еще убирается. Ели какую-то ерунду. После чая поплелись к Митрохину. Оргия с книжками и рисунками. Тихая улица, будто в другом городе. Шли поздно. Из «Аквариума» выходит Лопухова. Да, Мартынову перетягивают в «Палас». Я как-то desorienti[30]. Придумали пойти в «Италию», но она запиралась. Забрались в «12». Битком набито, девки, пьяные, сидят плечо к плечу. Выбрали уединенное место около лакеев, оркестра и уборных, хотя Юр. и порывался куда-то. Хорошо было, хотя я плохо видел и хотя истратил деньги, ассигнованные на дрова. Вернулись, когда рассветало. Юр. долго еще рисовал.

500.000.000 <р.>

8 (пятница)

Выходил на Николаевскую. Звонил