Екатерингоф. От императорской резиденции до рабочей окраины - Владимир Иванович Ходанович

Самыми нежными считались махровая желтая роза, бургундская, черная, бархатная и роза unila, но, по большей части, они цвели в конце июня.

Прованскую, раннюю дижонскую и центифольную розы весной пересаживали в горшки, и до осени они стояли в садах в тенистом месте, а в декабре уносили в теплицы. С.Н. Глинка упоминает «теплотворные екатерингофские клумбы».

Почти во всех столичных садах можно было встретить белые лилии. Высаживали лилии красную халкедонскую и горскую («царские кудри»). Украшением садов считалась луковиценосная лилия, а также махровые тюльпаны и гвоздика.

Из других цветов в садах и парках росли: маргаритки, гиацинты, флоксы, ноготки («не тронь меня»), махровые и белые хризантемы («иванов цвет»), туберозы, белые фиалки.

Нарциссы сажали в основном трех сортов: белые, жонкиль и тацет.

Комитет об устроении Екатерингофа выделял садовникам денежные средства. Андрею Макарову – на покупку «кульев» для привязки их «к деревьям вновь посаженным». Герарду – «на разъезды по отысканию дерев», «на покупку деревьев с Биржи», леек, ножей и иного «садоваго инструменты» и «на разъезды».

В большом количестве поставил в Екатерингоф деревьев, кустарников и цветов (в том числе пионов) садовник Марселли.

«Чрез придворнаго лакея Гурова выданы закупленные розаны» 20 руб. «Разныя растения» покупались в цветочном магазине, располагавшемся в усадьбе генерал-майора Ф.А. Энгельгардта.

Голландский купец Ж. Бот продал на Бирже для Екатерингофа в общей сложности 1144 штук зеленых насаждений – «тополевые, ветловые и прочие кустарники».

Крестьянам Данилову за цветы, купленные у него в Екатерингофе, выплатили 25 руб., Федору Тимофееву за доставленные в Екатерингоф «разныя растения» – 125 руб. Заплачено было крестьянам Антону Федосееву за купленные у него дубы толщиной три вершка и Савелию Антонову – за четыре дуба толщиной в 4, 5 и 6 вершков.

Крестьянину селения Гостилицы Андрею Васильеву за купленные у него 60 кленов – 18 руб., крестьянину деревни Емельяновка Ивану Корнилову за 40 кустов шиповника – 240 руб.

Молодые клены покупал лично военный генерал-губернатор.

Губернскому секретарю Астафьеву, занимавшемуся посадкой деревьев, были выделены средства «на разъезды».

После наводнения 1824 г. садовник на даче баронессы Е.Н. Раль, Тимофей Яковлев, поставил 829 «кустов разных растений».

Некоторые деревья и кустарники на зиму оборачивали в рогожи.

Согласно плана 1880 г., Екатерингофский парк включал в себя, помимо жилых и нежилых строений, сад, питомник, куртины, сенокос, сплошной кустарник, шоссейные дороги и «обыкновенныя простыя дороги и дорожки». Сенокос был трех видов: «с кустарником», «с редким лесом» и «с лесом»[325]. «Огород» составлял 0,19 га, 117 куртины занимали площадь в 1,1 га, питомник – около половины гектара, сенокосы всех видов – 12,8 га. Пространство, засаженное деревьями вдоль дорог, Лифляндской улицы, дорожек и площадок, вокруг прудов и канала, составляло почти 1,5 га.

Располагался питомник в старой части парка, на искусственном островке («Цветочном»), рядом с Бумажным каналом. Начало учреждения в Петербурге городских питомников относится к 1871 г.

Городская дума выделяла средства на страхование оранжерей и их ремонт, покупку семян, деревьев, песка, инструментов, вывоз мусора и снега, посадку деревьев, вскапывание земли, посев травы, посадку цветов и деревьев, их стрижку и подрезку, покупку кольев, дерна и семян.

За счет городского бюджета для Екатерингофского сада покупали: войлок для закрытия растений на зиму, поддонники под горшки, кадки для посадки «больших растений». Деревянные грабли, метлы, кули для носилок, колья для наметельников, носилок и подвязки растений, бичевки для перевязки метел и подвязки деревьев, «лопаты английские», топоры, садовые ножницы, косы, доски, гвозди и деготь для тачек, дерн для выстилки корзин на Ферме, табак «для окурки растений», желтый песок и тележку для его развозки.

Покупался за счет городских средств песок. В 1867 г. песок по ездовой дороге рассыпался по подряду, взятому почетным гражданином Синебрюховым[326]. В 1878 г. на 112 руб. выставили счет на поставку крестьянином Федором Матвеевичем Березиным 7,5 кубометра песка «для посыпки дорожек». Член Управы Н.Л. Бенуа «сделал удостоверение, что песок действительно поставлен»[327].

Из городских доходов шли также средства на покраску и исправление перил, скамеек, заборов. Около садовых дорожек делались барьеры «в один брусок», их высота составляла около 27 см.

Городская Управа отпускала средства на жалованье и «на награду к празднику» садовнику и сторожам, их обмундирование, отопление зданий.

Долгие годы садовником Екатерингофа (1850-1860-е гг.) служил Егор Титов. Он же выставлял счета Хозяйственностроительной комиссии Думы по «заготовлению разных садовых материалов, а также приготовлению парников». Так, согласно счету от 8 марта 1867 г.[328], в Екатерингоф было привезено 6 кубометров «свежаго навоза» для набивки 4 парников, куплено 55 горшков разного объема для высадки однолетних растений, вывезен из парников прошлогодний перегон, починены 32 парниковые рамы и вывезен валежник с Березового острова (где высаживались цветы в клумбах).

В период с 1 мая по 1 октября дополнительно нанимали нескольких работников.

Пик расходов приходился на весну – период подготовки к первомайскому гулянью.

Возьмем, для примера, 1873 г. По рапорту архитектора 3-й дистанции Строительной комиссии Городской управы М.И. Рылло была составлена смета, согласно которой предполагалось с наступлением оттепели очистить пруды в Екатерингофском саду от «плавучей тины» и «вырвать с корнем траву на дне и по берегам прудов». Для работ – купить грабли «с густыми и длинными зубьями», доски, веревки и нанять лодку.

21 марта Хозяйственно-строительная комиссия Думы утвердила подрядчиком проживавшего на Митрофаньевской дороге в собственном доме купца Дмитрия Зубова. Он дал подписку с обязательством произвести в саду «разныя работы по исправлению перил, барьеров, шпалерника, скамеек, беседок и проч.» к 25 апреля, а в случае просрочки и не завершения работ к указанному дню «подвергаться» за каждый просроченный день штрафу в размере 10 руб.

На работах в Екатерингофском саду с 19 по 30 апреля 1873 г. участвовал 381 человек. 23 апреля, например, 48 «рабочих для уборки листьев и сучьев» и 10 «баб для сграбливания листьев», 25 апреля – 23 рабочих «для закапывания листьев» и 27 «баб». Мусор выносили на носилках. Было закуплено (на 7 руб. 45 коп.) 450 метел, 50 «пометельников», 15 «грабель», 10 рогож и гвозди[329].

Всего на содержание Екатерингофского сада в 1873 г. Думой предполагалось ассигновать 2500 руб.[330]

Расходовались средства и на уборку территории парка после гуляний (не только первомайского). В конце XIX в. в парке «и в будни и в праздники можно [было] видеть группы рабочих, расположившихся на траве, закусывающих, играющих на гармониях и т. д.; вследствие этого, весь парк всегда усеян остатками пищи, бумагою, окурками»[331].

Одним из источников доходов, приносившихся Екатерингофским парком, было предоставление частным лицам на несколько лет по контракту права скашивания «травы произрастающей на местах Екатерингофской рощи»