Непокорённые - Валерий Николаевич Ковалев

Новая украинская власть тут же получила признание Евросоюза и США.

В столице, северных, центральных и западных регионах Украины новое руководство, заявившее о возобновлении движения в сторону евроинтеграции, пользовалось поддержкой населения и быстро упрочило своё положение.

Однако на Юго-Востоке с первых же дней прихода бывшей оппозиции к власти стала шириться волна протестов против действий ультраправых националистических организаций, в защиту статуса русского языка, под антиправительственными, федералистскими и пророссийскими лозунгами.

Протесты были вызваны отказом нового руководства учитывать мнения и интересы значительных групп населения, настроенных на сохранение тесных связей с Россией и намерением экстремистских ультраправых группировок, усиливших за время беспорядков своё политическое влияние. Распространить на русскоязычные регионы Юго-Востока методы и приёмы силового давления, опробованные в ходе массовых беспорядков в Киеве и на западе Украины.

Начались протесты в Крыму, а затем перекинулись в Донецкую, Луганскую, Харьковскую, Одесскую, Днепропетровскую, Николаевскую, Херсонскую и Запорожскую области.

В результате при участии русского спецназа Крым обрел независимость и вошел в состав Российской Федерации, в остальных регионах волнения сошли на нет. Кроме Донбасса.

Там в апреле провозгласили народные республики, отказавшиеся подчиняться киевскому режиму. Вскоре в Славянск вошел отряд добровольцев из России во главе с полковником ГРУ Стрелковым, начавшим формировать ополчение из шахтеров, металлургов, химиков и строителей.

Киев же решил провести в отношении непокорных территорий антитеррористическую операцию, приняв соответствующий указ.

В ответ протестные настроения на этих территориях усилились. В Донецке, а потом Луганске продолжили создавать народное ополчение. Появилось оно и в других городах, в том числе в Первомайске.

Сначала в близлежащем Стаханове организовали отдельный казачий полк имени атамана Платова под командованием Павла Дрёмова, назначившего военным комендантом Первомайска Евгения Ищенко. Поскольку городская администрация сбежала, он принял на себя обязанности и народного мэра, начав формировать самооборону.

В неё записывались местные шахтеры, заводские рабочие, строители и другие, пожелавшие взять в руки оружие. Оружия было мало. В основном захваченное в городских отделах СБУ и полиции, а ещё охотничье.

Записался в отряд и отец Юрки, чем сын очень гордился.

Между тем на узловую железнодорожную станцию города Попасная, в четырнадцати километрах к западу от Первомайска, для подавления восставших стали прибывать части украинской армии.

Поскольку войти туда они могли по соединявшей города трассе, ополченцы соорудили на ней блокпост из железобетонных плит, а по сторонам вырыли окопы. Такой же возвели на выезде из Первомайска в сторону Лисичанска, установив наблюдение с терриконов за трассой и грунтовыми дорогами.

Однако за оружие взялись не все. Часть семей уезжала из города в другие, более спокойные места, в том числе в центральную Украину и Россию. Уехали к родне в Полтаву и Гриценко, а с ними Сашка.

— Я бы остался, пацаны, — сказал он друзьям на прощание. — Но отец с мамкой не разрешают. Так что не поминайте лихом.

Юрка с Генкой не осуждали. Семья есть семья.

Они же решили стать ополченцами. Запись шла в городской администрации, о чем сообщали расклеенные по городу объявления.

— Как думаешь, возьмут? — прочтя такое, спросил приятеля Генка.

— Должны. Гайдар в семнадцать командовал полком, а вспомни молодогвардейцев?

— Когда это было?

— Сейчас то же самое. Война!

На следующее утро, сбежав с уроков, оба отправились по адресу. До того в этом учреждении не бывали. Администрация находилась в центре, на широкой площади. Справа кинотеатр, слева плавательный бассейн. Перед ней на постаменте памятник Ленину, сзади зеленый парк с альпинарием и фонтаном.

Вход в учреждение был свободным, друзья быстро нашли на первом этаже нужный кабинет. Из него как раз вышли двое мужчин, молодой и старый, пошагали к выходу. Юрка постучал в дверь, изнутри глухо донеслось «да». Открыл, ступили за порог.

— Чего надо, пацаны? — поднял голову от бумаг сидевший за столом человек лет сорока в пятнистом камуфляже.

— Мы это… — мальчишки, робея, подошли ближе, — хотим записаться в ополчение.

— Похвально, — обвел их глазами тот. — А лет вам сколько?

— Мне семнадцать, — соврал Юрка.

— И мне тоже, — добавил Генка.

— Придете через год, — пожевал губами мужчина. — Свободны.

— Да мы… — начал было Грач.

— Я сказал, свободны! — повысил голос хозяин кабинета. — Чего непонятно?

Развернувшись, мальчишки с грустью покинули помещение.

— Что будем делать? — спросил Генка, когда вышли наружу.

— Да пошел он! — сплюнул на землю Юрка. — Айда к ополченцам. Попытаемся на месте.

Через парк они направились к городской прокуратуре, оттуда поднялись вверх по улице Театральной, миновав выходивший в сторону Попасной жилой квартал. В километре за ним, на трассе, находился блокпост, по сторонам — извилистая линия окопов.

Однако добраться туда друзьям не удалось. На подходе из лесопосадки вышли двое с охотничьими карабинами.

— Стоять! Куда идете?

— У меня там батя, — показал Юрка в сторону окопов. — Хотим проведать.

— Запрещено! Топайте назад.

Делать было нечего, пошли обратно.

А на следующий день с той стороны ухнул взрыв, и донеслась частая стрельба. К вечеру стало известно, ополченцы отбили первую атаку оккупантов.

В это же время в Рубежном и Лисичанске начались бои между ополченцами и украинскими национальными гвардейцами, некоторые из последних перешли на сторону восставших. Одновременно «Армия Юго-Востока» (так теперь именовалось ополчение) захватила украинскую военную часть и патронный завод в Луганске. То же случилось и со второй военной частью — в Александровске. Далее повстанцы выбили из областного центра отряд Госпогранслужбы, захватив склад оружия и боеприпасов. Накал боев нарастал.

Второго июня украинские военные самолеты нанесли авиаудар по зданию областной администрации, убив восемь и ранив около тридцати человек, а к середине месяца оккупанты с севера вплотную подошли к Луганску. Там, при попытке высадки в аэропорту десанта, ополченцами был уничтожен военно-транспортный Ил-76. Спустя неделю в Зеленополье восставшие перебили ещё более двухсот карателей, завладев их оружием и техникой.

С этого времени силы АТО (так Киев назвал свою карательную операцию) начали целенаправленно наносить ракетно-артиллерийские удары по восставшим городам Донбасса.

В конце июля под превосходящими силами ВСУ Луганское ополчение отступило из Северодонецка и Лисичанска в Первомайск, организовав там новую линию обороны.

Основной ударной силой стал казачий полк Дрёмова, насчитывающий полторы тысячи человек. Помимо стрелкового оружия в нем уже имелись ствольная артиллерия, РСЗО и бронетехника, захваченные у противника.

К тому времени стало известно, что после отступления ополченцев из Лисичанска в городе остался отряд подростков, именовавшийся «Юная самооборона». Семьдесят два человека. Вооруженные стрелковым оружием и гранатометами, ребята вступили в бой с оккупантами. Удерживая город двое суток, бывшие школьники уничтожили несколько десятков оккупантов, три единицы бронетехники и две установки «Град». А одна из девушек — Валерия Ляхова, бросилась со связкой гранат под танк.

Часть