Продавец обуви. Как я создал Nike. Версия для детей и подростков - Фил Найт

Когда приехали образцы первой партии, мы были на грани полного провала. Оригиналы, которые мы передавали на фабрику, были произведением искусства. То, что мы получили, было крайне далеко от этого состояния. Клей неряшливо вылезал из-под стыка между подошвами, прошиты кроссовки были криво. Носить такие было можно, но выглядели они далеко не лучшим образом.

Также мы привезли на шоу самые популярные модели Tiger, но уже с нашим фирменным новым логотипом. В конце концов, это мы их разработали для Tiger, мы их придумали и дали им названия. Когда шоу открылось, мы были на грани нервного срыва. И мы почувствовали себя намного лучше после закрытия. Представители крупных торговых сетей заходили посмотреть на них и заказывали. Заказывали больше, чем мы ожидали, и больше, чем нам было нужно. Мы снова очутились на плаву.

Двумя неделями позже в Орегон прилетел Китами. Мы встретились у Бауэрмана, и Китами выразил сожаление по поводу нашего «предательства» и протянул нам ноту о разрыве отношений. Джакуа, наш юрист, предложил обсудить ситуацию. Китами был тверд в своих намерениях, но предложил Бауэрману работу в Onitsuka Co. Ltd. в качестве оплачиваемого консультанта. Бауэрман был в таком шоке, что на несколько секунд лишился дара речи, а затем ясно дал понять, что этого никогда не будет. К концу встречи воздух в комнате искрился от напряжения.

Все было кончено.

Мы теперь были сами по себе. С неподтвержденным поставщиком и брендом, о котором никто не слышал. В конце той длинной недели мы вызвали Джонсона на встречу всей команды в Бивертон.

Я весь выложился, объясняя то, что с нами произошло.

«Это наш шанс. Больше не будем продавать чужой бренд. Не будем работать на кого-то другого. Мы больше не будем терпеть задержку поставок Onituska, их отказы с нами что-то обсуждать, применение наших дизайнерских идей – все это в прошлом. Если мы придем к успеху или прогорим, то мы все же будем работать по своим собственным условиям, применять свои собственные идеи и работать под своим брендом. Продажи на два миллиона долларов, которые мы выполнили в прошлом году, были больше результатом наших умственных усилий и тяжелой работы, чем заслугой производителя. Это наше освобождение. Наш День независимости». Я говорил своим людям так.

Не то чтобы все мои сотрудники однозначно считали большой удачей то, что случилось и как это все произошло. Но то, что мы все без исключения ощущали в итоге, называется словом облегчение. У нас был шанс. Мы были все еще на плаву.

Самые серьезные соревнования – это Олимпийские игры, которые проходят раз в четыре года. Вторые по значимости – отборы в олимпийскую команду США. В тот июнь впервые отборы проходили в городе Евгения, который располагается в нашем штате. Мы провели кампанию в магазине Геоффа Холлистера, выдавая бесплатно спортивную обувь тем ведущим спортсменам, которым это было интересно. В комнате в глубине магазина Пенни печатала по трафарету имена спортсменов на футболках.

Мы отдали бесплатную пару кроссовок великому прыгуну в длину Джесси Уилльямсу. А через час к нам снова пришел человек, уже другой, и заявил, что это именно он Джесси Уилльямс, и он явился за своей парой бесплатных кроссовок. По сей день я не знаю, кто из них был настоящим, но мы не стали рисковать и осчастливили бесплатной парой Nike их обоих.

Шиповки еще не были достаточно хороши. Ни один финалист не пришел к финишу в наших шиповках, но многие спортсмены носили наши тренировочные модели, и около 25 % марафонцев бежали свою дистанцию в той или иной модели гоночных кроссовок Nike.

И, хотя никто из «наших» спортсменов не пробился в олимпийскую команду, они финишировали четвертыми, пятыми, шестыми и седьмыми. Учесть то короткое время, которое мы успели проработать на рынке спортивной обуви, мы были довольны таким результатом.

Но финалом была гонка, которой мы все ждали, – последняя гонка этого отбора, – 5 миль, которые бежали 22-летний Стив Префонтейн (он же Пре) из Орегонского университета и трехкратный олимпийский чемпион, 34-летний Джордж Янг. Это больше напоминало не гонку, а бой быков.

Как только прозвучал стартовый выстрел, Пре сорвался с места, Янг – сразу за ним. Янг оставался в шаге от Пре на протяжении 7 кругов, и с каждым кругом уровень громкости на трибунах стадиона Хейвард Филд нарастал.

И на последнем круге Пре оторвался от соперника на ярд. Затем на два, на три, и вот уже перед самой лентой он увеличил разрыв на десять ярдов. Под оглушительный рев болельщиков оба спортсмена побили национальный рекорд. Когда мы в тот день выходили со стадиона, мы решили быть как Пре: живучими и дерзкими. Мы поборемся. Он станет примером для нас, нашей путеводной звездой.

Глава 12

1972

Мы с нетерпением ждали грядущих Олимпийских игр в Мюнхене. Бауэрман был главным тренером команды по бегу, а Пре (как всегда) подавал большие надежды, хотя Лассе Вирен из Финляндии был однозначным фаворитом и чемпионом, защищающим свой титул. Пре заявлял, что готов пробежать последнюю милю в гонке на 3 и 1/8 мили, выйдя за пределы 4 минут. Но до начала соревнований Бауэрман умудрился обидеть Мюнхенский оргкомитет, заявив, что организовано все из рук вон плохо, и в особенности это касается безопасности.

Накладки и правда случались каждый день. Бумажка с анонсом о том, что время старта 100-метровок перенесено, оказалась закопана в тысяче других никому не нужных бумаг. Двое из троих американских спринтеров в итоге даже не попали на старт своей гонки.

Шест мирового рекордсмена по прыжкам в высоту Боба Сигрена перед самым началом соревнований признали не соответствующим новым стандартам. Прыгая с незнакомым оборудованием, он занял второе место.

Пре дошел до финала. Он зашел на финальный круг, буквально наступая на пятки Вирену и Мухаммеду Гаммоуди, и почти на финишной прямой вырвался вперед на несколько шагов. Но затем срезался на повороте. Вирен и Гаммоуди рванули вперед, к финишу, а умирающего Пре обошел англичанин Иан Стюарт, отняв у него в итоге и бронзовую медаль.

Пре был убит. Когда ему говорили, что в Евгении все им гордились и в его честь надо улицу назвать, он спрашивал: «Ну и как бы ее назвали… Четвертая?»

Но поражение Пре отошло в тень после того, как произошла большая трагедия. Восемь вооруженных людей в масках пробрались в Олимпийскую деревню и похитили 11