Джонни Уокер. Супершпион КГБ - Борис Юрьевич Сырков

7 января 1983 года советское посольство в Вашингтоне отправило в американский Государственный департамент письменное уведомление о прибытии своего нового сотрудника. Согласно этому уведомлению, 4 января 1983 года в нью-йоркский международный аэропорт имени Джона Кеннеди прилетел Алексей Гаврилович Ткаченко. Ему было 38 лет, он родился в Москве и последние 5 лет работал в советском Министерстве иностранных дел. В Вашингтоне Ткаченко получил должность третьего секретаря.

Через неделю в американский Государственный департамент поступило еще одно уведомление: в Вашингтон приехали жена и двое дочерей Ткаченко. Жене Ольге исполнилось 35 лет, и она должна была работать секретаршей в советском посольстве. Двенадцатилетнюю дочь звали Оксана, а шестилетнюю – Маша. Копии обоих уведомлений были отосланы в ФБР. Там установили круглосуточное наблюдение за Ткаченко и его женой.

Советское посольство арендовало для семьи Ткаченко квартиру с двумя спальнями в городе Александрия в Вирджинии за 520 долларов в месяц. Взятая напрокат мебель была громоздкой, выдержана в стиле рококо и украшена вставками из пластика, напоминавшего красное дерево. В гостиной весь пол покрывал выцветший оранжевый ковер. Чтобы придать узким комнатам с низким потолком более уютный вид, Ольга прикрепила на стену рядом с кроватью Маши карандашный рисунок, на котором она изобразила радугу, а на зеркало в прихожей – бело-голубую наклейку для бампера с надписью «ПРЕЗИДЕНТ РЕЙГАН – ВОЗВРАЩЕНИЕ АМЕРИКИ».

За несколько месяцев слежки ничего подозрительного в поведении Ткаченко выявлено не было, поэтому вести электронное наблюдение за его квартирой в ФБР не стали. Рабочее место Ткаченко в советском посольстве располагалось на значительном удалении от мест обитания сотрудников посольской резидентуры КГБ. Поиском объектов для вербовки он не занимался: библиотеки местных колледжей не посещал, в пивных поблизости от военных баз не появлялся и не звонил леворадикальным американским журналистам с предложением обсудить разрядку международной напряженности.

В ФБР сразу же обратили внимание на военную выправку Ткаченко. Участвуя в дипломатических приемах, на которых щедро угощали различными деликатесами и спиртным, сотрудники советского посольства быстро набирали лишний вес. А Ткаченко, напротив, был подтянут и строен. Он имел вид человека, предпринимающего значительные усилия, чтобы оставаться в хорошей физической форме. Аккуратная короткая стрижка дополняла признаки его принадлежности к категории советских военнослужащих. Но с каких это пор опрятный внешний вид иностранного дипломата свидетельствовал о его намерении нарушить закон в стране пребывания? Поэтому сотрудники наружного наблюдения ФБР пришли к однозначному выводу о том, что Ткаченко являлся в точности тем, за кого себя выдавал – советским дипломатом. В итоге досье ФБР на Ткаченко получило служебную пометку, которая означала, что проведенная тщательная проверка не выявила отклонений в его поведении, представляющих оперативный интерес для ФБР.

Это было ошибкой. На самом деле Ткаченко являлся оперативником 16-го отдела ПГУ КГБ. Он прошел специальную подготовку в Ленинграде и прибыл в Вашингтон для работы в качестве связного. В его служебные обязанности входили выбор мест для проведения тайниковых операций, написание для них инструкций и выплата шпионских гонораров за добытую секретную информацию. Ткаченко принимал непосредственное и активное участие в самой крупной разведывательной операции КГБ в Америке в роли тайного почтальона, скрытно поддерживающего связь с Джонни Уокером.

Две стукачки

Когда сотрудник ФБР Петерсон потерял надежду узнать, кто такой РУС, когда попытка Барбары шантажировать Уокера закончилась неудачей, а сам он твердо уверовал в свою полную безнаказанность, после шестнадцати месяцев отсутствия вдруг объявилась блудная дочь Уокера Лаура.

23 ноября 1984 года Барбаре исполнилось 47 лет. В свой день рождения она с утра до позднего вечера разгружала грузовики, привозившие товар в местный магазин, который торговал елками, украшениями и прочими новогодними товарами. Барбара была не из тех, кто ноет по поводу жизненных трудностей, но в этот день ей пришлось нелегко. Впрочем, трудной была и вся ее жизнь. Она выросла в бедной семье, а после замужества долго скиталась с четырьмя детьми, переезжая с места на место, пока не превратилась в пожилую женщину, вынужденную за 3 с половиной доллара в час таскать тяжелые картонные коробки с товаром. По окончании долгой рабочей смены она пошла пешком домой, предвкушая, как выпьет вкусный коктейль, а потом будет долго принимать горячую ванну.

Барбара жила вместе с дочерью Синтией и семилетним внуком Томасом в съемной квартире на втором этаже здания, на первом этаже которого располагался книжный магазин. Синтия приготовила праздничный ужин. Курица оказалась сухой и пережаренной, но зато на десерт Барбара съела свой любимый кекс с клубничной глазурью. Томас пропел «С днем рождения, бабушка» и сыграл для Барбары на скрипке.

Вдруг раздался телефонный звонок. Барбара сняла трубку и услышала голос Лауры:

– Мама, я больше не могу жить без Кристофера. Я нуждаюсь в твоей помощи, и ты прекрасно знаешь, как мне помочь. Тебе предстоит сделать нелегкий выбор.

Закончив разговор с Лаурой, Барбара подлила в свой коктейль изрядную порцию водки. Будущее внука зависело исключительно от нее. Только она могла устранить главное препятствие для возвращения Кристофера к Лауре в лице своего бывшего мужа. Барбара позвонила в справочную службу и попросила продиктовать ей телефон ФБР в Бостоне. Набирая его, Барбара была преисполнена радости. Наконец-то она сможет положить конец мучениям, которые терпела долгие годы.

– Это ФБР. Говорите, – произнес мужской голос на другом конце телефонного провода. Барбара помедлила несколько секунд и сказала:

– Я хочу, чтобы вы знали, что мой бывший муж является иностранным шпионом.

После того как Барбара позвонила в ФБР, она решила не ложиться спать. Барбара была уверена, что в ближайшее время около ее дома завоют сирены, завизжат тормоза и замигают спецсигналы машин, на которых к ней примчатся сотрудники ФБР. Она несколько раз прорепетировала, что скажет им и как будет себя вести. Наступило утро, но в дверь к ней никто так и не постучал. Барбара решила, что этой ночью у сотрудников ФБР были другие, более важные дела: они поехали в Норфолк, чтобы арестовать Уокера и его старшего брата Артура. Поэтому Барбара отправилась на работу, полагая, что, вернувшись из Норфолка, сотрудники ФБР в любом случае отыщут ее и допросят. После того как до конца ее рабочей смены никто не появился, Барбара купила вечерний выпуск местной газеты, ожидая увидеть в нем сенсационные заголовки: «Ликвидирована шпионская сеть» и «Бывшая жена спасает страну». К удивлению Барбары, в газете об этом не было ни слова.

Ночь Барбара провела за просмотром телевизора, сидя на кушетке и периодически подливая водку в свой быстро пустеющий стакан. Она не могла поверить, что никто не обратил внимание на ее экстраординарный поступок, совершенный прошлым вечером. 16 лет Барбара пыталась найти в себе силы, чтобы позвонить в ФБР и донести на Уокера. Она с ужасом представляла последствия этого своего поступка: на мужчин, которых она любила, наденут наручники, или Уокер откажется добровольно сдаться и будет до последнего патрона отстреливаться из 38-го калибра, или обуреваемый чувством вины Артур примет смертельную дозу снотворного.

Но Барбара и подумать не могла, что в результате с ней и близкими ей людьми не произойдет ровным счетом ничего. В отчаянии она позвонила Лауре и сказала, что сообщила в ФБР о шпионской деятельности Уокера ради того, чтобы вернуть ей Кристофера. Однако, по мнению Барбары, в ФБР захотят сначала обезвредить шпионов, поставивших под угрозу безопасность страны, а уже потом вести расследование их преступной деятельности. Поэтому она посоветовала Лауре внимательно следить за новостными сообщениями и ждать телефонного звонка из ФБР.

Ожидание продлилось 11 дней. 7 декабря 1984 года Барбаре позвонил сотрудник офиса ФБР в Бостоне Уолтер Прайс и спросил, может ли он встретиться с ней.

– Приезжайте ко мне домой, я вас жду, – ответила Барбара.

Прайс встретился с Барбарой в гостиной. На столе перед ней стояла початая бутылка водки. По долгу службы Прайсу приходилось общаться со множеством чудаков, и он подумал, что ему опять придется выслушать какую-нибудь безумную историю. Прайс привычным движением достал ручку и блокнот. Барбара говорила, прихлебывая водку из бутылки, а Прайс сидел напротив и делал заметки. Ее рассказ изобиловал деталями, и она производила впечатление умной женщины. Однако этот рассказ не показался Прайсу достаточно убедительным.

На следующий день Прайс напечатал отчет о встрече с Барбарой. Он был уверен, что