Килейский котел - Андрей Андросов

— Пойду пройдусь. Разомнусь, навещу летуна и верну кри. А заодно тебя лег… лега… Шаргова плесень! — рявкнул Логи, — Бракованный!

— Легендирую? — предположил механик.

— Легализую? — сунулся в дверь парнишка.

— Оба два, — довольно кивнул толстяк, — Посиди пока здесь, Четырехпалый, не уходи. Жрачка есть, пойло тоже, захочешь проковылять до сральника — твой костыль где-то в углу валяется.

— Это трость, — поправил Брак. — И она не для ходьбы. А что потом, Логи?

— Потом? Потом я вернусь и мы займемся самым важным делом.

— Каким?

— Я буду хвастаться, — широко улыбнулся предводитель «Драков», — А ты будешь восхищенно глазеть.

Внутренняя территория «Гнездовья» скорее напоминала закрытый со всех сторон лесной поселок, чем обычное огороженное подворье с парой хозяйственных строений. Нет, «Драки» раскинулись здесь с небывалым размахом, а судя по огромным пустующим пространствам — останавливаться процесс не собирался.

За высоким железным забором пряталось многое, в том числе здоровенный проточный пруд, на берегу которого вольготно раскинулась та самая пивоварня.

— Та самая! — гордо заявил Логи, любуясь то ли закатным солнцем над водой, то ли стройными рядами готовых к отгрузке бочонков, возле которых суетились работяги. — У нас тут лучшая пресная вода в радиусе пяти миль. И лучшее пиво. «Черный Драк», «Белый Драк» и «Яростный Драк».

— Как-то не особо разнообразно, — заметил Брак, не слишком впечатлившись, — Всего три сорта.

— Да потому что ты ни шарга не понимаешь в том, как живет столица, — почесал грудь уязвленный толстяк, — Это во всяких дырах, вроде твоей Ямы, варят хмельную дрянь из того, что попадется на свалке. И если оно на вкус выходит не как привычная моча, а как другая моча — они гордо называют эту мочу совсем иной мочой и задирают цены. Здесь это не сработает, Арк любит большие объемы и стабильность во вкусе.

Сзади кто-то с готовностью хохотнул. Брак настороженно обернулся, но тут же успокоился — все та же пятерка лысых рож, сопровождавших их от самого выхода из таверны. В разговор они не лезли, если только Логи не спрашивал напрямую, держались поодаль — но при этом не отставали, периодически грозно бряцая сбруей из всевозможных безделушек, нашитых прямиком на куртки.

Из пояснений толстяка Брак уже понял, что брить голову среди отряда было почетно, как и украшать себя и скиммер всевозможным хламом, так что сопровождали их отнюдь не рядовые бойцы. В их числе — прихрамывающий Брудник, чье стремительно опухающее лицо вызывало беспрерывный поток тихих насмешек со стороны собратьев по банде.

— Здесь у нас кипятильня, — повел рукой Логи в сторону массивной цистерны, увенчанной ворохом труб и паровых клапанов. — Она толком не нужна уже, с тех пор как конденсаторная пристань появилась, но пусть будет. Свой эйр всегда пригодится. А вон там насосная. Давление, конечно, скачет, но водокачка портит вид, а эйровую башню боюсь ставить. Вдруг жахнет еще… Обойдусь пока.

Толстяк обходил свои владения неспешно, обстоятельно, явно вознамерившись показать напарнику все, вплоть до последней выгребной ямы. Не преминув при этом заметить, благодаря кому тут все это появилось. Периодически он искоса посматривал на спутника, высматривая следы хромоты, недоверчиво хмыкал и продолжал степенно вышагивать, явно решив отложить все вопросы на потом. Шел он развалистой походкой человека, которому в этом мире принадлежит все — от проминающейся под сапогами земли до самого воздуха, которого едва хватает наполнить гордо выпяченную грудь.

Брак поначалу был настроен скептически, предвидя занудную и хвастливую экскурсию по владениям дорвавшегося до власти толстяка, но с каждым шагом, с каждым новым строением все больше проникался уважением. «Гнездовье» явно строилось основательно, по заранее продуманным планам — и в этих планах учитывалось многое.

Прямо сейчас тройка рабочих возилась с коралловой мешалкой на четырехколесном прицепе, засыпая внутрь дребезжащей машины крупный морской песок и внимательно следя за тем, чтобы белесый, жидкий раствор равномерно заливал прямоугольное основание фундамента. Эйнос в недрах устройства басовито подхрюкивал, изливая из раструба все новые и новые порции быстрозастывающей смеси.

— Дома будут, — Логи указал рукой на уже затвердевшие коралловые плиты по соседству, на которых веревками были размечены стены и внутренние помещения. — Я камни хотел, но город выгребает все с карьеров и просит добавки, поэтому ждем кирпич. Не так брутально, как тесаный камень, зато по цене куда приятнее. Да и возить его легче. Мне заодно обещали черепицу со скидкой, пятьдесят скорлупок с куба.

— Кирпич, — покачал головой Брак, — Патрон «Драков» размышляет о ценах на кирпич.

— Не ожидал, да? — подбоченился Логи. — Это еще что. Сейчас покажу, где мы скотину держим. Молоко, сыр, сметана опять же. Знаешь, какая охеренная штука эта сметана?

— Сметана?

— Сметана! Блаженство! Ничего, еще проникнешься, — толстяк хлопнул калеку по плечу. — Переедешь сюда, познакомлю тебя с поваром, который готовит самый нажористый глардский гуляш во всем Арке.

— Сметана… — пробормотал механик, — Точно. Логи, рассуждающий о кирпиче и сметане.

— А о чем я, по-твоему, должен рассуждать?

— О Майроне. Когда мы с ним поговорим?

Толстяк остановился и пристально посмотрел на напарника. Бредущие сзади лысые бандиты тоже остановились.

— Куда он денется? Из подвала ему ходу нет, мои люди его сторожат. Закончим со всеми делами и пообщаемся.

— С какими еще делами, Логи? — недоуменно спросил Брак. — Я очень впечатлен всем тем, что ты мне здесь показал, я очень рад за тебя. Признаюсь, я до сих пор с трудом могу во все это поверить. Но я здесь ради…

— Ради чего? — вскинул бровь толстяк, — Какие еще у тебя могут быть дела сегодня? Какой Майрон, ты башкой об лесной пень шибанулся?

— А что такого? — не понял механик. — Закончим с ним, а затем…

— Шаргова плесень, Четырехпалый! Начать с того, что сейчас вечер. А на сегодняшний вечер у меня, а значит и у моих людей тоже, серьезные планы. И ты в них идеально вписываешься.

— Каким же образом? — хмуро спросил Брак, предчувствуя подвох.

— Мы собирались прокатиться по окрестностям, побухать и покуролесить. А заодно решить пару мелких неприятностей, грозящих вылупиться в проблемы, — хмыкнул Логи. — Но раз уж такой