Озверение - Александр Изотов

На склонах возвышались редкие деревца, под ногами хрустел известняковый щебень. Ночной воздух приносил звуки каких-то животных, которых мы явно пугали. Кто-то наоборот, шумно принюхивался, насколько мы вкусные, но явно наталкивался на мою ауру, и передумывал.

Ни Бурый Приор, ни его отряд не озаботились тем, чтобы хоть как-то скрыть свои следы. Наоборот, запахи стали настолько яркие и густые, что это сразу мне не понравилось. Я остановился, делая знак Белиару, и по привычке присел. Поморщился, вспомнив, что стихия земли мне уже не подвластна.

Пока мы с Демоном читали следы, позади раздались истошные крики и ругань. Отряд, преследовавший нас, попал в ловушку, но, кажется, силой духа не вышел. Я даже не обернулся на этих слабаков, мысленно погрузившись в те запахи, что струились в воздухе. Должно же было что-то остаться⁈

— Этот засранец сам маг земли ведь, — проворчал Демон, — Всё подчистил!

— А воздух столько времени не хранит информацию, — проворчал я, — Запах не в счёт.

— Может, спросить кого? — предложил Демон и сам засопел от своей шутки. Правда, поперхнулся, когда я уставился на него влюблёнными глазами, — Эээ… я гений, да?

Я размашисто кивнул, улыбаясь. Привык Даром Соколов отбиваться от всяких падших ангелов, забыв, для чего изначально служит этот дар! В то время, как вокруг ползает и летает столько свидетелей.

Уж человечья-то мера, которая легко может ослепить тщедушных насекомых и животных, не может пройти незамеченной. И, зацепившись за разумы всяких мелких хомячков и ящериц, которые до сих пор дрожали от страха в своих норах, я уверенно показал совсем в другую сторону:

— Туда нам надо.

Глава 23

Охотники и добыча

Сойдя с тропы, мы двинулись вверх по каменистому склону, поросшему редкими деревьями, кустарниками и прочей колючей растительностью. Пока что вокруг были животные самое большее третьей ступени, которые с опаской принюхивались к двум одиноким путникам. Ещё больше округа кишела безмерной мелкой живностью, чьи мозги я просвечивал с особым трепетом, чтобы ненароком не сжечь первобытные разумы.

— Он словно просеку прорубил, — сказал я, скоро сообразив, что на пути Приора мелкой живности намного меньше, чем если шагнуть на несколько метров в сторону.

— Сами по себе они бы не стали глазеть на его меру… — задумчиво сказал Белиар.

Я кивнул.

— Может, Бертольд так увлёкся чисткой следов, что погубил животных? — предположил Демон.

Я вдруг остановился.

— А может, это Хильда? — растерянно сказал я.

— Думаешь, человек бы не заметил, что она такое творит?

В ответ я лишь пожал плечами. Жить захочешь, как говорится, и не так раскорячишься.

Тут Белиар спросил:

— Разве она может знать, что ты идёшь за ней?

Ответом ему был мой красноречивый взгляд, отчего Белиар только закатил глаза и шлёпнул себя по лбу.

— Ох, поглоти меня Бездна! Опять ты со своей любовью… — он оттянул пальцами губы, как уточка, и противно залепетал, — Ах, мой Маркушка идёт, и меня спасёт! Я вся прям такая чувствую, я вся горю!

Первушник чудом успел отскочить прежде, чем мой кулак воткнулся ему в плечо. Впрочем, его догнал воздушный толчок, сорвавшийся с моей руки, и Демон всё равно шваркнулся на землю. Перекатившись, тут же вскочил и расхохотался:

— Какие мы обидчивые!

— Знаешь, одна демоница мне нашептала, что тоже прям чувствует кое-кого: «Беляшенька мой жив! Ах, злые ангелы обнулили его! А может, это я с магией переборщила? Но всё равно спаси его, мой герой, частица Абсолюта!»

Улыбка сразу же слетела с физиономии Белиара, и несколько секунд мы стояли, пожирая друг друга глазами. Правда, потом не выдержали и оба расхохотались.

— Женщины, — проворчал Демон, отмахиваясь, — Что в Тенебре, что в Инфериоре…

Я лишь усмехнулся в ответ. Мы продолжили путь, отмеряя шагами горные склоны и перевалы. Ночная дымка уже совсем просветлела, и каменные возвышенности вокруг, поросшие редкими рощицами, окрасились в рассветный розовый. Где-то лучи солнца, которое мы в низине увидим лишь через пару часов, даже поймали испаряющийся туман, поднимающийся к вершинам.

Мы шли, прислушиваясь к движению сильных мер вокруг. Я усердно тренировал способность получать информацию из воздуха посредством дыхания, чтобы не тратить на это своё внимание, и, надо сказать, у меня получалось всё лучше и лучше. Чем-то это напоминало вспышки прозрения — при каждом вдохе картина мира вокруг вдруг расцветала на несколько сот метров во все стороны. При выдохе угасала, скукоживаясь до моих обычных чувств, а потом вдруг снова расширялась.

Ох-х… Поначалу меня даже чуть не укачало от такой свистопляски, приходилось делать перерывы, но потенциал у этого умения был огромным. Потому что я вдруг обнаружил, что таким образом мог даже видеть меры, не проникая в разум и не затрагивая стихию духа. Я не смотрел, это ветер приносил мне информацию.

Конечно, если существо надумало маскироваться, сливаясь со стихиями, ветер мог и сплоховать. Но на этот случай у меня было чутьё на опасность, которое тоже с каждой ступенью всё лучше и лучше раскрывалось. Так что освоить ещё один инструмент для того, чтобы видеть мир насквозь, было не лишним.

Редкие животные тут превосходили того же Белиара по силе, щеголяя такой же четвёртой ступенью, будь то горные козлы, кошки или даже медведи. Быть может, будь Демон один, они бы на него и поохотились, но я их всех отпугивал.

Что же касается монстров вроде муравьёв или пауков, то я искренне надеялся не нарваться на них. Эти охотились не стаями, а целыми полчищами, ужасно огромными колониями, и мне даже казалось, что их никакая мера не отпугнёт. Ну разве что человеческая.

Но всё же вскоре я почувствовал в округе присутствие ступеней выше четвёртой. Первая мера, пятая ступень… Кажется, это медведь. Шестая ступень? Уже внушительно.

Белиар даже остановился, повернув голову в том направлении, где я почуял медведя. Бывший демон, получив дар земли, испытывал удовольствие от каждой секунды его использования. Не удивлюсь, если он земной сканер освоил уже лучше, чем я в своё время.

И всё же кое над чем следовало подумать.

— Странно всё это, — сказал я, — Это прекрасные земли, но мы не встретили ещё ни одного селения. Больше всего это напоминает… — тут я осёкся, боясь озвучить мысль.

Демон нервно хмыкнул.

— А ты, бывший прецептор, не помнишь ли карту своего Ордена? Бурый Приорат где находится?

Вздохнув, я понял, что Белиар прав. Так получалось, что приорат этот был не только самым южным, но и в самой южной его точке встречались Проклятые Горы