Егерь. Черная Луна. Часть 2 - Николай Скиба

воем ветра, Красавчик выскочил из-за пазухи, Актриса оказалась у моих ног в стойке к прыжку. Старик вынырнул из ядра с утробным рычанием. Карц потоком пламени вырвался на арену.

Лана уже была рядом — чёрная пантера с налитыми кровью глазами, готовая рвать и метать.

Но в следующее мгновение начался настоящий хаос бесконечной череды схваток, в котором я только и мог, что пытаться удержать всё под контролем.

* * *

Раннер смотрел на то, что осталось от солнечной саламандры. На изуродованную тварь с болотными отростками, пожирающую собственный хвост. Его лицо превратилось в маску холодной ярости — ту, которую никто никогда не видел.

— Ты… — голос тихий, но Эрика услышала через рёв толпы. — Ты убила единственный шанс!

Друид Жизни засмеялась. Четыре отростка за её спиной извивались, пробуя воздух, как змеи чуют добычу.

— А? О чём ты, мальчик? Я всего лишь забрала приз до того, как ты успел. Ох, я поняла. — Её улыбка была слишком широкой для человеческого лица. — Бедненький, ты хотел спасти кого-то высшим очищением?

Раннер не ответил. Инферно рычал рядом — грива пылала настоящим огнём, воздух вокруг льва дрожал от жара.

Эрика бросилась первой.

Отростки ударили одновременно — с разных направлений, под разными углами. Профессиональная атака, рассчитанная на то, что противник не успеет увернуться от всех сразу.

Но Раннер был не из тех, кто попадается в ловушки.

Он нырнул под первый удар, перекатился в сторону от второго. Инферно отбросил третий отросток дыханием, а от четвёртого гладиатор уклонился, просто отступив на шаг.

А потом из песка начали выползать твари.

Уродливые создания, сшитые из частей разных существ. Голова волка на теле паука. Змея с человеческими руками. Что-то, у чего вместо глаз росли зубы.

Творения безумного мясника, превращённые в оружие.

Раннер и Инферно оказались в кольце врагов. Лев сжигал ближайших, но их было слишком много. Они лезли из-под земли бесконечным потоком.

* * *

Нойс первым увидел Крагнора у королевской ложи. Их взгляды встретились через арену — и в этом было что-то личное.

— Так ты жив, — голос Друида Воды плеснул по трибунам, как волна о камни. — Думал, ты утонул на том архипелаге.

— Думал неправильно. — Нойс оскалился. — Умри.

Его мантикора сорвалась с места. Лапы едва касались песка — зверь несся вперёд как живой снаряд, хвост-скорпион изогнут над спиной. Жало капало ядом на раскалённый песок.

Крагнор не стал уклоняться. Исчез.

Растворился в собственной водяной копии, переместившись через неё, как через дверь. Появился в десяти шагах левее, и мантикора впустую полоснула когтями воздух.

Нойс не остановился — сложил пальцы каким-то символом. Его тело окутала призрачная аура. Позади него вспыхнул рычащий аватар огненной змеи. Он вытянул руку — и с ладони сорвалась волна огня.

Не его огонь. Заёмный. Способность какого-то существа, которого в его ядре не было.

Как, чёрт возьми⁈

Крагнор метнулся в сторону. Огненная волна прошла мимо, расплавив песок в стеклянную корку. Друид исчезал и появлялся через копии, как призрак, ускользающий от преследователя.

Нойс активировал другую ауру. Молнии пробежали по его телу синими змейками — и он рванул вперёд быстрее, чем я мог следить взглядом. Мантикора атаковала с фланга, хвост-скорпион бил в незащищённый бок друида.

Боец Южных Островов был хорош, но Крагнор играл нечестно. Друид Воды был повсюду.

Огненная волна гладиатора прошла сквозь очередную копию, испарив её в пар. Нойс развернулся, ожидая атаки с тыла, Мантикора хлестнула хвостом, но там было пусто.

Настоящий Крагнор материализовался из воздуха не сзади, а сверху. Он падал на гладиатора, сформировав в руке длинное лезвие из сжатой воды.

Нойс не успевал. Мантикора была слишком далеко.

В этот момент свистнуло древко.

Копьё. Удар был нанесён с такой точностью и таймингом, которые вбивал в ученика только один человек в этом королевстве — Драконоборец.

И удар пришёлся не в Крагнора — он бы увернулся. Удар пришёлся в точку, куда он должен был приземлиться.

Друид Воды напоролся на древко животом. Броня из воды смягчила удар, но инерция сбила друида с траектории. Водяной клинок прошёл в сантиметре от шеи Нойса, срезав прядь волос.

— Какого⁈ — выдохнул Нойс, отскакивая.

Рядом с ним встал Стёпа.

Мой друг был бледен, но копьё он держал мёртвой хваткой.

— Спина, — хрипло бросил копейщик. — Я прикрою. Его вода становится материальной в момент контакта, Нойс.

Крагнор приземлился на песок — лицо исказилось в гримасе презрения.

— Ещё одна букашка без дара?

Он махнул рукой. Три водяные копии сорвались с места, окружая их.

Я видел это периферийным зрением. Стёпе не выжить там. Копьё — это хорошо, но против магии воды и телепортации нужна скорость.

— Режиссёр! — мысленно рявкнул я.

Вижу. Сестра!

Актриса сорвалась с места, используя вихревые потоки брата для ускорения. Серебристая молния пронеслась через половину арены.

Копия Крагнора уже заносила клинок над Стёпой.

Актриса врезалась в водяную фигуру на полной скорости. Когти шторма разорвали поверхностное натяжение воды, и копия лопнула, обдав Стёпу брызгами.

Рысь замерла перед моим другом, оскалившись на друида.

Я остался без прикрытия фланга.

А Моран уже скользил по залитому кровью и усеянному обломками песку к телу упавшего Дракона.

Я выхватил взглядом тусклый блеск в его руке. Это был не боевой клинок, а изогнутый стеклянный стилет с кровостоком.

Мозг мгновенно сложил переменные. Тело Альфы Жизни лежало неподвижно в тридцати метрах от нас. Колоссальная древесная броня потрескалась, из глубоких разломов медленно, тяжело сочилась густая янтарная жидкость, пахнущая раздавленной хвоей.

Ему не нужно убивать павшую Альфу. Ему нужен образец. Кровь!

— Стая! — рык сорвался с губ быстрее, чем я осознал это, а икры уже напряглись в рывке, взметая песок.

Режиссёр с глухим хлопком уплотнённого воздуха взмыл вверх, занимая тактическую высоту. Красавчик стелился слева белой лентой, его лапки едва касались земли, не оставляя следов. Актриса вернулась в ядро и тут же соткалась из воздуха справа, её мускулатура уже перестроилась под взрывной прыжок. Карц остался прикрывать спину в двух шагах позади.

Моран уловил движение.

Песок вокруг друида… он скис. Из расползающихся чёрных пятен с влажным, утробным чавканьем болотной топи полезли твари. Гуманоидные силуэты, сотканные из густой, поглощающей свет тьмы. Вместо пальцев — когти размером с мой охотничий нож. Воздух мгновенно остыл, потянул склепом.

Десяток уродцев поднялись из песка и встали перед своим хозяином щетинящейся шипами стеной.

Немигающие глаза Режиссёра уже просвечивали поле боя с высоты. Барьер между нашими разумами стёрся, и в мою голову хлынул поток мыслеобразов. Чистая математика схватки, переведённая инстинктом