Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

наблюдалось немало стилей: выразительность и насыщенность «Исторических записок», пышность эпохи Шести династий, простота Тао Юаньмина и Ван Вэя, прелесть Сюй Лина и Юй Синя, глубина и сила Ду Фу, легкость и живость Ли Бо, тонкость «Сна в красном тереме», лаконичность «Неофициальной истории конфуцианцев». Каждый из них прекрасен по-своему, однако порой для большей выразительности автор может использовать в своем сочинении сразу несколько стилей. В стихах и прозе в парном стиле пяньвэнь большое значение имеет чередование ровных и ломаных тонов. Это свойство не характерно для произведений на других языках, но ярко проявилось в китайском (возможно, благодаря его структуре). Китайцы не сумели сразу постичь эту особенность и освоили ее только после длительной практики. Конечно, наши эссе, стихи и пяньвэнь разнятся по написанию, но порой поэтические методы и подходы можно использовать и при создании прозы. Таким образом можно добиться более насыщенного звучания текста, сделать его мощным и убедительным.

После того как дописана основная часть текста, следует работа над концовкой. И тут нужно помнить, что если уж начать текст непросто, то закончить его еще сложнее. Для наглядности приведу несколько примеров из китайской классики. Сочинение «В беседке Пьяного Старца» заканчивается таким образом: «Но кто же тайшоу? То Оуян Сю из Лулина». Напомню, что это произведение начинается строкой с частицей 也 (е), завершает его предложение с такой же частицей. Более того – многочисленные предложения с этой частицей на конце перекликаются друг с другом и как бы формируют единое целое.

Другой пример – знаменитое стихотворение Ду Фу «Посвящаю Вэй Ба, живущему на покое», которое заканчивается так:

Завтра ж нас разделят,К сожаленью,Горных кряжейКаменные стены[190].

Создается ощущение, что в этих кратких строках таится бесконечный смысл.

Также можно вспомнить поэму «Вечная печаль» Бо Цзюйи – длинный текст в несколько сотен строк, события в котором происходят и на земле, и на небе. Заканчивается он так:

Много лет небесам, долговечна земля,но настанет последний их час.Только эта печаль – бесконечная нить,никогда не прервется в веках[191].

Эти строки оставляют у читателя длительное и приятное послевкусие.

Вот концовка известной оды «Духи реки Сян играют на сэ» Цянь Ци:

Никто не виделДо конца напева,Что потемнелиНад рекой вершины.

Об этой фразе давно идут споры. Мне, например, кажется, что данная концовка совершенно не относится к экзаменационным одам. Она уносит читателя в вечные пределы.

Таковы в целом мои рассуждения о вступлении, основной части и концовке текста. Повторюсь, к каждой из этих составляющих следует относиться со всей серьезностью, в то же время не забывая и о центральной теме. Нельзя к концу текста позабыть, о чем писал в начале, произведению следует быть целостным, одновременно выдержанным, живым и обязательно логичным. В то же время при необходимости следует не бояться использовать гротеск и неожиданные повороты, а также тщательно вымерять объем сочинения. Словам, хорошее эссе – это совершенное единое целое.

Мне нравится сравнивать написание эссе с сочинением музыкальной симфонии.

Возможно, меня спросят: «Что такого необыкновенного в написании эссе? Разве ваши многочисленные педантичные предписания не связывают нас по рукам и ногам?» Что ж, любая форма литературы и искусства имеет свои закономерности, без которых она не может считаться таковой. Именно в теоретических основах и заключается разница между теми или иными видами искусства, включая, в частности, литературу. Конечно, все они могут вдохновляться друг другом и заимствовать некоторые элементы, и чем больше этих заимствований, тем стремительнее развивается тот или иной вид искусства. Доказательства этому есть в истории литературы и искусства любой страны.

Вероятно, кто-то скажет: «Среди древних и современных эссе многие написаны произвольно, свободно и кажутся естественными. Это вовсе не так обременительно и запутанно, как вам кажется». Пожалуй, такие эссе и вправду есть, но выглядят они произвольными только при поверхностном знакомстве. В действительности же автор приложил немало усилий и долго размышлял над изменениями в тексте, чтобы постепенно довести его до совершенства. Именно благодаря закономерностям и создается ощущение, будто эссе отклоняется них. Это правило высшего порядка, которым весьма непросто овладеть.

Уже пятьдесят лет я учусь писать эссе, и давно бы окончил школу или университет эссеистов или даже исследовательский институт эссеистики, если бы такие учебные заведения существовали. Однако я, похоже, все еще на уровне начальной, самое большее – средней школы. Да, мне известны правила, по которым создаются эссе, но сам я не слишком умело их использую. Многие из них – только лишь цели, к которым я стремлюсь, учусь и уповаю, что когда-нибудь их достигну. По тем же самым критериям я оцениваю сочинения и других авторов, но порой думаю, что сам я никогда не приду к желаемому результату. В разное время я выполнял самую разную работу и возвращался к эссеистике время от времени, скорее, как любитель. Но этот жанр никогда не переставал интересовать меня, и поэтому я накопил немного так называемого опыта, а вернее, составил свое собственное мнение о том, каким должно быть хорошее эссе. Специалистам в области эссеистики мои суждения, возможно, покажутся странными или тривиальными. Но сам я верно храню эти заветы, поскольку считаю их своим детищем.

В главе «Ян Чжу» трактата «Ле-цзы» рассказывается следующая история:

Некогда в царстве Сун жил землепашец. Одевался в очесы конопли, только чтобы зиму провести, а весной, принимаясь за работу, грел спину на солнце. Он не ведал, что в Поднебесной существуют просторные палаты, теплые покои, вата и шелка, [мех] лисиц и енота. И [как-то] сказал он своей жене: «Никто не знает, как греет спину солнце. Если доложу об этом нашему государю, получу большую награду».[192]

Так вот, здесь я изложил свои мысли подобно тому землепашцу, и пусть они станут предисловием к собранию моих сочинений. Надеюсь, эти размышления не превосходят того, как землепашец грел спину на солнце. Большой награды мне не нужно, я лишь хочу, чтобы со мной согласились, а может быть – и возразили. И пусть эта моя новая откровенная повесть старого сельчанина вместе с ее достоинствами и недостатками, радостями и тревогами доберется до читателей!

17 апреля 1980 года

Предисловие к «Сборнику эссе Цзи Сяньлиня»

Я пишу уже более полувека – мне с малых лет очень нравится это занятие. Становиться писателем мне и в голову не приходило, но искоренить свою склонность к сочинительству я никак не могу и при всякой возможности берусь за перо. За долгие годы у меня накопилось множество сочинений, три книги даже были изданы – «Сборник светлого и сияющего», «Впечатления об Индии» и «Избранные сочинения Цзи Сяньлиня» (Гонконг). Но эти сборники вместили только часть моих эссе. И вот теперь