Жизненный путь митрополита Вениамина (Федченкова). 1880–1961 - Ростислав Просветов

Вениамин продолжил и далее мирно сослужить с управляющим Северо-Американской епархией и по просьбе митрополита Платона поминал на службе в качестве главы Русской Православной Церкви Местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Петра (Полянского), отложив вопрос об имени заместителя Местоблюстителя на более позднее время, чтобы не тревожить ни самого митрополита Платона, ни его паству.

По словам владыки, митрополит Платон в эти дни переживал «беспокойство и колебания». Опасения его были не напрасны. Еще в 1923 году советское правительство посредством давления на Святейшего Патриарха Тихона предприняло попытку отстранить митрополита Платона от управления Северо-Американской епархией и «дать зеленый свет» «обновленцам-живоцерковникам». Опираясь на признание советским правительством обновленческого Синода в Москве, обновленческий епископ Иоанн (Кедровский) за 14 лет судебных тяжб в Америке получил в свое пользование несколько десятков церквей, а в 1926 году завладел кафедральным собором Св. Николая в Нью-Йорке.

Опасаясь подобных судебных исков со стороны Московской Патриархии, митрополит Платон открыто признавался владыке Вениамину, что если его удалят от управления епархией, то ему некуда будет пойти. С другой стороны, желание многих мирян и представителей церковного клира Северо-Американской епархии защитить свои имущественные права от других церковных групп побуждало их искать единства с Матерью-Церковью, чтобы сделать свое положение в Америке легитимным. Стало очевидным различие между старой русской эмиграцией и новой, среди которой политические настроения брали верх над чисто религиозными и церковными. Последние ни в коем случае не допускали единения с Московской Патриархией. А о признании Советского Союза даже и слышать не хотели. Это вскоре проявилось в инциденте с недопущением архиепископа Вениамина в храм Христа Спасителя в Нью-Йорке, куда он был ранее приглашен его настоятелем протоиереем Василием Курдюмовым с ведения и благословения митрополита Платона.

Огромный храм был зарегистрирован на имя «религиозной православной корпорации» с целью избежать притязаний «обновленцев». Во многих американских приходах при таком положении делами заведовали не настоятели, а прихожане через специально созданные церковные комитеты. Клир полностью зависел от них как в материальном, так и в административном плане. Именно такой церковный комитет, состоящий главным образом из мирян, заведовал в храме Христа Спасителя всеми вопросами и даже приглашением самого настоятеля. Этот-то комитет и выступил против приглашения архиепископа Вениамина на богослужение в храме, закрыв для него двери.

Такая ситуация насторожила митрополита Платона, поскольку этот случай не был единственным. Митрополит передавал владыке Вениамину, что к ним приходят люди с протестами против его миссии в Америке. Такому положению способствовала подогреваемая антимосковскими настроениями местная русскоязычная пресса, а также позиция архиепископа Аполлинария (Кошевого), который возглавил приходы Карловацкого Синода в Америке. Рост влияния «карловчан» беспокоил и самого митрополита Платона. Непримиримые противники заместителя Местоблюстителя в лице представителей Русской Зарубежной Церкви, как теперь именовал себя Заграничный Синод в Карловцах, набирали здесь силу. В таком положении митрополит Платон имел полное основание не доверять духовенству и пастве, которые могли в любой момент отвернуться от него и поменять юрисдикцию.

Через два дня после устного заявления о своей «лояльности» митрополит Платон решил воспользоваться приездом архиепископа Вениамина и постричь в монашество, а затем хиротонисать во епископа настоятеля кафедрального Покровского собора протоиерея Леонида Туркевича. Это событие должно было совершиться во время ежегодного епархиального паломничества в Тихоновский мужской монастырь в Саут-Кейнане (штат Пенсильвания), которое проходило с 27 по 29 мая. После того, как митрополит Платон сообщил об этом архиепископу Вениамину, тот заметил, что в случае новой хиротонии необходимо испросить разрешения предстоятеля Русской Церкви, а именно митрополита Сергия. Сам владыка Вениамин, по его же словам, не возражал против кандидатуры протоиерея Леонида и даже изъявил желание принять участие в хиротонии. Но раз митрополит Платон подтвердил на словах свое единство с Московской Патриархией, то должен был и делом показать свое подчинение, направив соответствующий запрос высшему священноначалию. Управляющий Северо-Американской епархией согласился с этим, и заместителю Местоблюстителя был послан запрос телеграммой за подписью двух архиереев: митрополита Платона и архиепископа Вениамина. Однако разрешения на хиротонию от митрополита Сергия не последовало. Напротив, 25 мая он на имя владыки Вениамина прислал ответ с указанием затребовать наконец у митрополита Платона письменное заявление о его «истинных заверениях, данных раньше», с тем, чтобы «напечатать его в газетах и сообщить Патриархии». Только после этого заместитель Местоблюстителя рассмотрит вопрос о хиротонии протоиерея Леонида.

27 мая, в канун праздника Святой Троицы, архиепископ Вениамин выехал в Тихоновский монастырь. Однако митрополит Платон уехал туда раньше, не дожидаясь владыку. В монастыре, как выяснилось, проходило совещание епископов Северо-Американской епархии. Архиепископ Вениамин через своего секретаря передал митрополиту Платону, что желал бы присутствовать на этом совещании. Ответа не последовало. Тогда владыка направил ему письмо, в котором просил разрешения приехать для переговоров. Однако ответа на это письмо он не получил. Встреча состоялась уже по приезде митрополита Платона обратно в Нью-Йорк, где последний и сообщил владыке о своем окончательном намерении не давать «подписку», а также объявил о принятом на собрании духовенства в монастыре решении об «автономии» Северо-Американской епархии. Теперь архиепископу Вениамину ничего не оставалось делать, как поставить в известность митрополита Платона об отстранении его в таком случае от управления епархией с предъявлением подготовленного указа заместителя Местоблюстителя о своем назначении временным экзархом Московской Патриархии в Америке. Митрополит Платон был этим крайне возмущен и выгнал архиепископа Вениамина «вон». Раскол, которого так старался избежать владыка, совершился.

Аргументируя свой отказ подчиниться митрополиту Сергию, управляющий Северо-Американской епархией ссылался на авторитет Местоблюстителя Патриаршего престола митрополита Петра (Полянского), находившегося в то время в заключении. Ни представители зарубежного Синода, ни американские иерархи не считали нужным соблюдать распоряжения заместителя Местоблюстителя. Кроме того, требование подписки о «лояльности» искаженно рассматривалось ими как требование политической лояльности по отношению к советской власти. Этому толкованию способствовало восприятие английского слова «лояльность» (loyalty — «верность, преданность»), что, по мнению «американских подданных», создавало конфликт с конституцией США. Ухватившись за такое толкование и заручившись поддержкой духовенства, митрополит Платон окончательно отверг все требования заместителя Местоблюстителя, изложенные в телеграмме архиепископу Вениамину, и опубликовал послание, в котором публично заявил о разрыве отношений с Московской Патриархией. «Разъяснить собранию простой и приемлемый смысл требования Патриархии и что это нужно не политически, а церковно, для пользы православию, митрополит Платон, — по словам владыки Вениамина, — не счел нужным».

После всех описанных событий в послании назначенному временным экзархом Московской Патриархии в Америке архиепископу Вениамину и «боголюбивым клирикам и мирянам, устоявшим в вере и послушании Святой Церкви», митрополит Сергий заявлял: «Чтобы затушевать раскол, митрополит Платон по примеру других раскольников старается громче возглашать о подчинении своем Местоблюстителю. Мы-де