Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

клиента не проконсультировали прокуроры дела. «Эминем вошел в судебный зал с двумя или тремя адвокатами, – усмехнулся он, – может, прокуроров это впечатлило. С помощью маневров они превратили его обвинение в простое ношение скрытого оружия лицензии. Это нарушение закона без учета мнения жертвы… и прокуроры просто согласятся с этим? Расскажите-ка, почему».

Свежий, тошнотворный аспект того, что он американская знаменитость, очевидно, предполагался этим отрядом высокооплачиваемых адвокатов среднего возраста с аккуратными бородами, которые приводили аргументы в пользу своего застенчивого клиента, по его возвращению в зал суда 10 апреля. Корпоративные фонды Interscope окружали его самый ценный инструмент, словно силовое поле, мешающее законодательству и его проступкам уничтожить его. О том, что было бы с Эминемом, столкнись он с обвинениями тремя годами раньше, явившись в зал суда в одиночестве из трейлерного парка, можно было только догадываться.

Между тем, вынесение приговора в апреле прошло гладко, судья Антонио Вивиано приговорил его только к двум годам условно. Среди условий было воздержание от чрезмерного употребления алкоголя и наркотиков, получение психологической помощи, избежание «агрессивного поведения» и запрет на владение и хранение оружия. Также Эминему требовалось разрешение судьи на выезд из страны. Вивиано предупредил, что любое нарушение его условного срока или проблемы с законом могут привести к настоящему тюремному заключению на пять лет, за ношение скрытого оружия. Также Эминема оштрафовали на 2500 $ плюс 500 $ судебных издержек, 60 $ в фонд Мичигана по поддержке жертв преступлений и 30 $ в месяц как сбор за наблюдение на время условного срока. «Не думаю, что он отделался легким испугом», – сказал Вивиано.

Его мать увидела сына в зале суда. «Уверена, он переживал, – рассказала она “NME”. – Он пытается выставить себя крутым парнем, но он не такой». Его взгляд выражал внутреннюю сосредоточенность, руки потирали подбородок, когда его фотографировали поднявшимся, чтобы выслушать приговор, что подтверждало ее заявление. Когда все закончилось, он был, как и тогда на Грэмми, необычно рассудительным с репортерами. «Я рад, что судья и присяжные отнеслись ко мне честно как к человеку, – сказал он. – Я просто хочу оставить это позади и вернуться к тому, чтобы проводить время со своей маленькой девочкой и заниматься музыкой». После «он не праздновал, – рассказал “NME” его адвокат Уолтер Пищетовский. – Мы поговорили, и после он ушел обедать со своей семьей. Это была маленькая встреча».

28 июня Эминем признал обвинения в ношении и выставлении напоказ скрытого оружия во время его другой стычки годом раньше с Дугласом Дэйлом. Его приговорили к году условно и штрафам и издержкам в размере 2300 $. Последствия того, что Слим Шейди вырвался наружу, нависавшие над ним так долго, наконец, исчезли из его жизни.

1 марта завершилось что-то более важное для него. Ким второй раз подала на развод, ссылаясь на «расторжение брачных отношений… и [из-за того, что] не осталось обоснованной возможности, что брак может быть сохранен». К 20-му уже было соглашение о том, что она и Эминем разделят юридическую и физическую опеку над Хейли, и что Эминему достанется их дом стоимостью 450 000 $ и он подпишет ей чек на 475 000 $ на новый дом. «К этому легко удалось прийти, – рассказал адвокат Эминема по этому делу Харви Хауэр “Detroit News”, – потому что каждый из них заботился о семье и о благополучии их дочери». Это совсем не было «спорным» решением. Бракоразводный процесс завершился без суеты тем октябрем. «жeланием Маршалла всегда было то, что, что бы ни произошло, все должно быть в интересах ребенка», – сказал Хауэр. Напряжение и губящая ярость, которые ранили пару так долго и подпитывали самые жестокие произведения Эминема, выгорели. Когда-то неистовые подростки-возлюбленные теперь стали цивилизованными отдалившимися взрослыми ради их дочери. Самые тяжелые любовные отношения Эминема остановились. Спор в «Kim» завершился.

1 мая Мэтерс-Бриггс тоже согласилась урегулировать свое судебное разбирательство, 10 миллионов долларов компенсации, которые она запросила, рухнули до суммы в 25 000 $. Но осложнения, которые последовали за этим, показали, что эта юридическая война все еще не окочена, но теперь уже страдала мать Эминема и облегчения не предвиделось. Она уволила своего адвоката, сказав, что он был «растерян и подавлен» из-за урегулирования, с которым она позднее обратилась. Бэтти Кресин описала уязвленное замешательство, которое, казалось, испытывала ее дочь, репортеру: «Дэбби подала иск, потому что хотела попытаться примириться со своим сыном. Но сначала она сказала мне, что хочет вернуть его назад, потом – что не хочет, и я просто не понимаю, что происходит». Судья Марк Свитальский, тем не менее, упрочнил первоначальное урегулирование 6 июня на базе вербального соглашения Мэтерс-Бриггс в голосовом сообщении Гибсону и письма Гибсона от ее имени суду. Последующее «раскаяние», как он сказал, ничего не изменило. После оплаты всех ссуд, Мэтерс-Бриггс осталась со смехотворными 1600 $. «Маршалл думает, что это уморительно», – вздохнула она в интервью с «NME».

Внезапно, все проблемы Эминема со времен Marshall Mathers LP исчезли. Теперь все, что ему нужно было делать, – это поддерживать этот мир.

Глава 10

Грязная дюжина

Восточный Детройт был местом, где раздался следующий залп. Там все еще жили товарищи Эминема еще со школы – D12, анонимно, в немного потрепанных дощатых домах, таких, которые покинула их рэп-звезда. Именно там в апреле 2001-го «Spin» пришлось их разыскивать, слушая жизнерадостные истории пятерых чернокожих участников группы о полицейском произволе, угонах автомобилей и стрельбе. Поводом стал релиз дебютного альбома D12 Devil’s Night 19 июня. Имя Эминема было написано жирным шрифтом на его обратной стороне как «исполнительного продюсера» – титул, обозначающий покровительство, который раньше Дре использовал в работе с ним, и он выложился на все сто со своей стороны. Но вышедший едва ли через год после громогласного The Marshall Mathers LP, Devil’s Night стал отвлекающим маневром.

Шесть участников D12 спустя шесть лет после ее основания теперь уже были ветеранами детройтской хип-хоп сцены, которая разрослась вокруг них: Руфус Джонсон, также известный как Бизарр, в свои двадцать пять выпустил альбом Attack Of The Weirdos и проводил время с Эминемом в Outsidaz; Денон Портер, Кон Артис, тоже 25-летний, продолжил работать в продюсерской сфере после Infinite, продюсируя других андеграундных рэперов Детройта, и записал и выпустил альбом в составе Da Brigade вместе с Воном Карлайлом (Кунива, 25 лет); Дешон Холтон (Пруф, 27) записал не вышедший альбом с группой 5 Ela; Ондре Мур (Свифт), бывший участник дуэта Da Rabeez с Baredda, был заменой Багза, которого застрелили два года назад. А еще в группе был Маршалл Мэтерс, он же Эминем, он же Слим Шейди, он же человек, продавший 8 миллионов копий своих записей, 28-летний старший игрок. Но материал, собранный «Spin», показал, что события, произошедшие после основания группы, не разрушили D12