Ириниец - Антон Лупандин

— Не вы, доктор, — перебил я Вальца. — Ваш непосредственный начальник. Директор отдела ксенобиологии. Профессор Лин. Это же он из семьи беженцев?

Имя прозвучало как выстрел. Аркадий Вальц ахнул, схватившись за голову.

— Лин? Да, профессор родился в Российской империи, но его семья переехала из Китайской империи. Но… Он вёл проект по стабилизации сдвигов! Он…

— Он идеально подходил на роль, — мрачно закончил я. — У него был доступ, знания и… вера. Вера в то, что можно договориться, найти общий язык с сущностью. Свечин видел его в своих контактах. Лин отвечал за то, чтобы данные о коконе в «Глотке» и о резонансе фрагментов никогда не дошли до вас в полном объёме, Ваше Величество. Он сдерживал информацию, пока другие готовили почву.

Император закрыл глаза на секунду. Когда открыл, в них не было ни удивления, ни гнева. Была лишь ледяная, беспощадная решимость.

— Капитан Волкова. Немедленно арестовать профессора Лина. Изолировать его от всех систем и подчинённых. Доктор Вальц, вы временно принимаете руководство отделом. Проведите полный аудит всех исследований Лина за последние пять лет.

Император снова посмотрел на меня.

— Сроки, Кронов. Сколько у нас времени по данным Свечина?

— Кокон активируется через восемнадцать-двадцать часов, — сказал я, и слова повисли в воздухе тяжёлым приговором. — Когда это произойдёт, все фрагменты «Предела», включая этот, — я кивнул на дрон, — с резонируют. Это откроет временные швы по всей Империи. «Те, Кто Ждут» прибудут в наш мир не через один сдвиг. Они вырвутся на свободу везде одновременно.

В ангаре воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь гудением систем. Даже непоколебимая Волкова выглядела подавленной. Двадцать часов. На то, чтобы найти и обезвредить сеть агентов, подготовиться к проникновению в «Глотку» и остановить то, что уже должно было родиться в её глубине.

Император первым нарушил молчание. Он выпрямился, и в его фигуре снова появилась та непоколебимая сила, которая держала Империю в кулаке.

— Тогда мы не будем терять ни секунды. Глеб Кронов, Ольга Лозова, капитан Волкова — следовать за мной. У нас есть восемнадцать часов, чтобы выковать меч и нанести удар. А начнём мы с того, что вычистим своё собственное гнездо от паразитов.

* * *

Операция «Кузнечный молот» началась через час после нашего возвращения в командный центр. Доктор Вальц, бледный, но собранный, координировал спешную эвакуацию небоевого персонала с «Дельта-Три» и анализ данных Лина. Инквизиторы в своих чёрных плащах, наконец, покинули свои наблюдательные посты и превратились в активные единицы поиска и зачистки. По всему комплексу гремели выстрелы, вспыхивали подавляющие поля — шла охота на агентов сущности.

Нас же, так сказать, «Кузнецов» будущей операции по предотвращению смерти Империи, готовили к удару в самое сердце угрозы. На основании данных, вырванных из сетей Свечина и Лина, был составлен план проникновения в шестой сдвиг. Но не для исследования. Если нам повезёт и кокон ещё не вызрел, то нашей главной задачей будет его уничтожение.

В арсенале нам выдали тяжёлое вооружение, разработанное специально против биологических и эфирных аномалий. Но главным оружием в грядущей битве, на который возлагали основные надежды, были не огромные пушки, а я, Ольга и Инквизиторы.

Перед самым вылетом виконтесса подошла ко мне в предстартовом отсеке. Её лицо было странно спокойным, почти отрешённым.

— Глеб, — сказала она тихо. — Что бы ни случилось там… спасибо. За то, что не бросил такую бесполезную дуру, как я.

— Ты не дура, — ответил девушке, чувствуя лёгкое беспокойство. Её тон был… прощальным. — Ты выжившая. Как и я. И мы выживем сегодня.

Девушка лишь слабо улыбнулась и посмотрела куда-то поверх моего плеча, в пустоту.

— Возможно. Просто… если со мной что-то пойдёт не так… если оно внутри возьмёт верх… обещай, что остановишь меня. Любой ценой. — шёпотом закончила Ольга. Я сжал её плечо.

— Обещаю. Но ты справишься. Мы справимся.

Она кивнула, но в её глазах, в глубине салатового свечения, мелькнуло что-то неуловимое. То ли страх, то ли решимость, то ли нечто третье. Внезапно Ольга резко прильнула ко мне и мимолётно коснулась моих губ своими. Я не успел даже осознать, что произошло, как девушка уже была в нескольких метрах от меня.

Высадка в «Глотку» была адом. Сдвиг изменился до неузнаваемости. Тоннели пульсировали, как живые артерии, стены были покрыты бьющейся плотью и светящимися кристаллическими наростами. Воздух гудел от мощнейшего эфирного давления. Меченые здесь не просто бродили, они строили что-то. Сложные, биомеханические структуры, похожие на алтари или порталы. И все они были обращены к эпицентру — к тому месту, где когда-то было ядро сдвига, которое изменил артефакт, а теперь зияла огромная пещера.

Мы пробивались с боем, теряя людей. «Призраки» Волковой сражались с отчаянием обречённых. Моя «Бригада Роя», теперь уже привыкшая к своим силам, выжигала коридоры сгустками эфира. Ольга шла впереди, расчищая путь чёрными лозами, а её внутренний «радар» вёл нас кратчайшим путём, обходя самые густые скопления тварей. Я тоже использовал все доступные мне возможности. Диссонанс не прекращал вращение ни на секунду. Весь очищаемый в процессе боя эфир тратился на коронарные выбросы и волновой щит. Инквизиторы в какой-то момент отделились от общей колонны и двинулись в смежные ответвления. Там тоже было достаточно тварей, которые могли напасть на нас со спины. Поэтому их уход был оправдан.

До нужного места мы добрались примерно через восемь часов нескончаемых боёв. Я, благодаря НМА, который поддерживал состояние моего тела с помощью эфирной подпитки на должном уровне, чувствовал себя довольно неплохо. А вот остальная команда довольно сильно устала. Но выбора не было. Все терпели. Поддерживали свою выносливость и другие параметры за счёт каких-то разноцветных жидкостей, которые они периодически вливали в себя. Ольга тоже была в порядке. Семя изредка вытягивало из моего резерва небольшое количество чистого эфира и обновляло ресурсы девушки, за счёт чего виконтесса не выглядела сильно уставшей.

Пещера, которая являлась конечной точкой нашего пути, была огромной. Купол из живой породы испещряли переливающиеся жилы. В центре на огромном, пульсирующем пьедестале из плоти и кристалла лежал Кокон.

Он был гигантским, размером с многоэтажный дом. Его поверхность дышала, двигалась, и сквозь полупрозрачную оболочку было видно, как внутри клубятся и переливаются тьма и свет, формируя нечто чудовищное. От него исходила такая мощная психическая волна, что даже я, защищённый артефактом, едва держался на ногах. Обычные солдаты «Призраков» падали, хватаясь за головы, их разумы атаковали видения безумия и отчаяния.

— Оно… пробуждается, — прошептала Ольга, и её голос дрожал. Она смотрела на Кокон не