Женщины в бою - Анна Ларсдоттер

установила военную строгость, которая не отменяла «женственности». Женщины-солдаты носили брюки не чаще, чем требовала ситуация, а в состав повседневной формы вошла дамская сумочка, поскольку в брюках отсутствовали карманы для мелких вещей. Попытки использовать для этой цели карман на груди быстро оставили, ибо старались любой ценой избегать привлечения ненужного внимания к данной части тела.

Появления Женского корпуса очень ждали в войсках. В 1942 году из штаба Эйзенхауэра начали приходить предложения отправить Женский корпус в Европу, а вскоре также и в Северную Африку. Овета Калп Хобби пребывала в хорошем расположении духа. Во время посещения одного из штабов в Великобритании она своими глазами увидела, как генерал печатает на машинке одним пальцем. В американском штабе так дело обстоять не могло.

Словом, потребность имелась, однако набор в Женский вспомогательный армейский корпус продвигался медленно. И чиновникам, и женщинам требовалась определенная решительность для того, чтобы переступить через общественные предрассудки. В США сделать это было сложнее, чем в Финляндии и в Великобритании, — вероятно, потому, что у этих стран просто-напросто не было средств и времени вдаваться в мелкие дискуссии по поводу пристойного и непристойного. США не вели войну на своей территории, и жертв среди гражданского населения почти не наблюдалось. Возможно, причина состояла также в том, что, как написал один военный психиатр в 1946 году, американским мужчинам никак не удавалось поменять свой «базовый взгляд на роль женщины в обществе». Страх перед неожиданной необходимостью конфронтации с «женщинами-генералами» прочно засел в их головах.

В каком-то смысле естественным последствием гендерного переполоха стала клеветническая кампания (известная как the slander campaign), стартовавшая в 1943 году. Она набрала ход как раз тогда, когда корпус начали признавать полноправной частью американской армии.

Весной стали появляться письма, ставившие под сомнение порядки Женского корпуса. Авторы утверждали, что командование заставляло женщин маршировать голышом. Самих женщин называли аморальными искательницами приключений, которые отправились служить только для того, чтобы пить алкоголь и вести беспорядочную половую жизнь. Позднее выяснилось, что некоторые письма пришли от психически нездоровых людей и, конечно, не имели ничего общего с реальностью. Другие же представляли собой плоды дурацкого юмора, отчасти вдохновленного пиар-агентами самого Женского корпуса, полагавшимися на сексуальную составляющую в его рекламе. Вскоре стали поступать сообщения о женщинах корпуса, напивавшихся в барах до потери сознания, приглашавших мужчин в свои комнаты в отелях и скандаливших везде, куда они прибывали. Все это также было ложью. Военную форму корпуса часто путали с другими — например, с той, которую носили работницы военных заводов (вовсе не подчинявшиеся правилам Женского корпуса), а также с ее гражданскими копиями, внезапно вошедшими в моду. Множество фабрик с легкостью поставили производство таких копий на поток.

Распространился слух, будто девяносто процентов женщин корпуса занимались проституцией. Согласно секретным договоренностям с военными ведомствами, они отправлялись обслуживать американских солдат за границу. Всем солдатам, встречавшимся с девушками из Женского корпуса, рекомендовали посетить врача. Существовали большие подозрения, что они могли заразиться венерическими заболеваниями. «Свидетели» рассказывали, что сотни американских женщин были отправлены обратно из мест дислокации в Европе и Северной Африке, поскольку забеременели.

Вишенкой на торте стала газетная статья, основанная на некоем тайном донесении. В нем значилось, что всем женщинам корпуса выдали бесплатные противозачаточные средства. Таким образом, они якобы получили возможность вести тот же образ жизни, что и солдаты-мужчины, что само по себе считалось преступным.

Все это стало ударом в спину корпусу, который всеми силами доказывал, что приносит пользу на фронте, и получал хорошие характеристики на всех местах и базах, где нес службу. В том числе в Северной Африке, куда первые пять женщин-офицеров прибыли в декабре 1942 года, опоздав в Алжир из-за торпедной атаки на их корабль.

Кроме того, статистика показывает, что количество внебрачных беременностей в корпусе было намного ниже средних показателей для американских женщин и служивших в нем крайне редко задерживали за пьянство. Двести женщин, проходивших службу в различных точках Северной Африки, вставали в пять часов утра, в шесть садились в военный автобус, отправлявшийся на базу, целый день работали, а после восьми вечера не имели права покидать свое расположение.

Глава Корпуса Калп Хобби, как и многие другие, подозревала, что кампания по очернению корпуса являлась психологической атакой со стороны врага. Она предположила, что за этим, возможно, стояли немецкие спецслужбы. Началось расследование, и военным удалось проследить пути циркуляции слухов до их первоисточников.

Результаты оказались еще более удручающими, чем если бы выяснилось, что кампанию действительно срежиссировал враг. Немцы не имели к ней никакого отношения. На самом деле отвратительные слухи о своих соотечественницах распространяли простые американцы. В первую очередь солдаты и офицеры, при активной поддержке жен и подруг. Едва появившись, слухи обрастали все новыми подробностями и разлетались со скоростью света. Взять хотя бы такой пример: лейтенант береговой охраны рассказал, что служил на корабле, перевозившем сто пятьдесят беременных женщин из корпуса. Его задачей было не дать им прыгнуть за борт и утопиться. По мере того как слух передавался из уст в уста, цифра увеличилась сначала со ста пятидесяти до трехсот, а в конце концов до ста двадцати тысяч. Эта история, похожая на фарс, безусловно выводит на новый уровень такие понятия, как «злые языки» и «охота на ведьм». Люди явно находили удовольствие в смаковании грязных подробностей о шлюхах-«амазонках» в военной форме, устраивавших кабацкие драки, рожавших внебрачных детей и распространявших постыд-ные болезни.

Иногда в распространении слухов участвовали и сами женщины, имевшие отношение к корпусу, — чаще всего те, кого уволили или не взяли на службу.

Клеветническая кампания надломила некоторых женщин в корпусе. Набирать новых она также не сильно помогала. На вопрос, заданный американским солдатам в 1943 году, порекомендовали бы они своей сестре (двадцати одного года и старше) записаться в Женский вспомогательный корпус, сорок процентов ответили «нет», двадцать пять процентов — «да» и тридцать пять — «не знаю». Солдатская переписка военных лет рисует весьма грустную картину не только отношения к женскому военному персоналу в тылу, но и того женоненавистничества, а также отсутствия любви и уважения к женам и подругам, которые царили в некоторых американских семьях. «Твое письмо шокировало меня, и я этого решения совсем не одобряю. Если ты запишешься в Женский корпус, то между нами все кончено, и я прекращу выплаты тебе и прочее». В другом письме: «Я прекрасно помню, как сказал тебе, что твоего участия в Женском корпусе не потерплю. Я прямо заявил тебе, что даже не собираюсь это обсуждать. Зачем ты упрямишься? <…> Военная служба —