Подлинная история оккультизма XX века. Свет с Востока - Рафаэль Кормак

Определенно можно сказать только одно. Без тщательного документирования и контроля со стороны Даммуса истории о деятельности доктора Дагеша в 1950–1960-е годы стали все более и более недостоверными. Один житель Бейрута написал в американский журнал, что своими глазами видел, как доктор Дагеш уменьшился до 10 дюймов, а потом вернулся в нормальный вид. В другой раз доктор Дагеш пришел в гости в дом, где на одной стене висел большой портрет Рембрандта, а на другой – портрет Бетховена. Доктор Дагеш приказал Рембрандту сойти с картины и нарисовать что-то для гостей, а затем приказал Бетховену что-то сыграть на рояле. Два великих человека подчинились его приказу, и гости стали свидетелями самого удивительного зрелища в жизни[463]. Еще одна история, о которой много говорили в то время, произошла в небольшой местной парикмахерской. Доктор Дагеш пришел подстричься, но увидел большую очередь. Парикмахер сказал, что ему придется подождать. Святой невозмутимо снял голову с тела и положил на стойку. Он заявил парикмахеру, что вернется забрать голову, когда все будет готово. С этими словами его тело спокойно отправилось на прогулку, чтобы скоротать время[464].

Но популярность доктора Дагеша не поспевала за все более безумными историями, которые о нем рассказывали. В середине 1960-х годов в Бейруте царила атмосфера толерантности и движение практически не преследовали, но в то же время освещение его деятельности сократилось. Противоречия – хорошая реклама. В 1940-е годы доктора Дагеша преследовали, с его именем были связаны скандалы, и общество прекрасно его знало. Теперь же ему было нечего бояться, но известность его снизилась. И все же небольшая группа преданных дагешистов продолжала трудиться во имя великого дела. В 1970 году о дагешизме заговорили в самом престижном учебном заведении Ливана: недавно примкнувший к дагешистам Гази Бракс прочел в Американском университете Бейрута лекцию «Чудеса доктора Дагеша и единство религий». Он выступал в историческом зале собраний университета перед множеством слушателей, среди которых был известный египетский актер Юсеф Вахби. Бракс долго рассказывал о чудесах доктора Дагеша, о том, как тот исцелял больных, превращал воду в вино и менял обычные лотерейные билеты на выигрышные. Он хотел, чтобы слушатели узнали: дагешизм несет важную весть тем, кто страдает от, по его словам, «трагической агонии нашего века». С момента появления доктора Дагеша в Бейруте прошло тридцать лет, и Бракс считал, что настало время, когда мир должен принять универсалистскую идею дагешизма. «С начала времен, – сказал он, – человечество не испытывало такой тревожности и отчаяния, таких бедствий и жизни столь тяжелой и беспросветной, как в XX веке»[465].

Тот факт, что два влиятельных мистика – Тахра Бей и доктор Дагеш – жили в Бейруте в одно и то же время, вызывает вопрос: а встречались ли они? Общался ли доктор Дагеш с человеком, который стал пионером факирских выступлений, с которых в 1929 году началась его собственная карьера в Палестине? Ответ на этот вопрос неоднозначен. Свидетельств подобной встречи не существует, однако есть несколько рассказов о том, что они, по крайней мере, хорошо знали друг о друге.

Когда в конце 1940-х годов Тахра Бей приехал в Ливан, он почти сразу же столкнулся с враждебным отношением со стороны последователей доктора Дагеша. Для ярых дагешистов, которые в тот момент страдали без своего лидера, присутствие Тахра Бея в Бейруте было весьма нежелательно. Он мог стать конкурентом или ненужным напоминанием о сценическом прошлом их пророка на Ближнем Востоке. В 1950 году доктор Фарид Абу Сулейман, который стал последователем доктора Дагеша в 1942 году при поддержке Юсефа аль-Хаджа и был вынужден оставить государственный пост из-за преданности дагешизму, публично выступил против факира Тахра Бея[466]. Абу Сулейман весьма скептически отозвался о якобы чудесных способностях Тахра Бея. «Я призываю вас, – заявил он, как многие до него, – продемонстрировать свои чудеса перед зрителями, среди которых буду и я. Я объясню, как вы делаете эти трюки, а если не смогу… то немедленно выплачу вам 200 000 ливанских лир»[467].

Тахра Бей был не новичком в подобных ситуациях. Он использовал ту же стратегию, что и в Афинах в 1923 году. Тахра Бей заявил, что готов пройти любое испытание, но при одном условии. Противник должен положить деньги на банковский счет на его имя, чтобы после неизбежного триумфа можно было легко их забрать. Естественно, дагешист сказал, что таких денег у него нет, и вся затея провалилась[468]. Позже Тахра Бей припомнил и другую стратегию, использованную в Париже: он подал на своих противников в суд. В начале следующего года он подал иск к Абу Сулейману за клевету, которая опорочила его честное имя, и выиграл. Противник был вынужден заплатить штраф в размере 50 лир, а также оплатить судебные издержки[469]. Тахра Бей наглядно доказал, что позитивное мышление зачастую приводит к исчезновению проблем, пусть даже и на время.

В 1965 году Фарид Абу Сулейман, который к этому времени стал правой рукой доктора Дагеша, продолжил борьбу. В 1960-е годы доктор Дагеш позиционировал себя как борца с разнообразным шарлатанством и, в частности, с гипнозом, хотя в 1930-е годы строил свою карьеру именно на нем. В интервью, которые доктор Дагеш давал после воскресения из мертвых, он заявлял, что гипноз – это ложь и мошенничество, а любое представление с участием гипнотизера и медиума в действительности основывается на сложной системе обмана и кодовых слов, а вовсе не на сверхъестественных способностях[470]. В рамках своей кампании Фарид Абу Сулейман организовал выступление Тахра Бея, в ходе которого он показывал, как делаются все его трюки. Событие стало очень символичным, поскольку корни движения крылись именно в факирских представлениях Тахра Бея в Париже в 1920-х годах. Теперь же, в 1960-е годы в Бейруте, дагешисты пытались положить конец его карьере[471]. И во многом им это удалось. Тахра Бею было уже за шестьдесят, и он не пытался отбиваться. В 1975 году он умер – безо всякой помпы. Тахра Бей прошел свой путь до конца.

К началу 1970-х годов доктор Дагеш тоже успокоился. Он вел жизнь богатого пенсионера, путешествовал по миру, побывал в самых известных туристических местах. Он ездил в Индию и Японию, Францию и Кению, в Англию и на Гавайи. Он ходил по музеям восковых фигур, зоопаркам и художественным галереям. Его видели в ресторанах, театрах, парках и дворцах. Незадолго до смерти он опубликовал серию из 20 богато иллюстрированных книг «Путешествия по миру». В них он подробно рассказал о своих поездках. Те, кто надеялся найти в этих