Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь - Андрей Леонидович Звонков

«Меркурий» после полудня пришвартовался к причалу Карфагена, подошла санитарная машина с надписью «AMBULANCE» и забрала матроса. Капитан уехал с ними. Вернулся через три часа, довольный. За обедом Бирюков сказал:

– Лысенко просил передать вам, Таня, что вы спасли жизнь нашему мотористу, что кровотечение вам удалось остановить. Он сделал Саше эту, гастроскопию, говорит – там приличная язва, кровотечение из небольшой артерии. Но когда он ее нашел, то вроде как оно закрылось. Велел через пять дней Сашку забрать. – Бирюков не сказал, что хирург отругал его за отсутствие страховки. – В город пойдете? Я могу дать всем три часа на разграбление его лавок.

Через двое суток «Меркурий» пришвартовался в порту Неаполя. Бирюков отсчитал пятьдесят два евро, вложил их в ладошку Тане.

– Вы отработали проезд, девушка. И ничего нам не должны. Счастливо отдохнуть! Привет Москве! Давно я там не был. Родителям вашим поклон. Жениху, если есть, – привет и поздравления.

В Неаполь входила огромная, по сравнению с «Меркурием», «Морская звезда».

А еще через три дня из Рима самолет уносил Таню в слякотную весеннюю Москву. Первый, кто узнал всю историю, был папа. Он похвалил дочку за находчивость и профессионализм. Но добавил:

– Эх, Таняша-растеряша! Карточку я заблокировал. А вот айфон жалко. Придется тебе копить на новый.

Комментарий специалиста

Ситуация с кишечным кровотечением основана на реальном событии. Подобный звонок из Индийского океана на самом деле был сделан в НИИ им. Склифосовского в конце 80-х годов, и совет хирурга глотать лед спас матросу жизнь.

Именно это позволило затормозить кровотечение и доплыть до крупного порта. Описанная в рассказе тактика допустима, если под рукой есть лед, а бригаду скорой приходится какое-то время ждать по не зависящим ни от кого причинам.

Грозное осложнение массивной кровопотери – ДВС-синдром – приводит к смерти.

Не менее серьезное осложнение, которое может развиться из-за геморрагического (критического снижения артериального давления из-за кровопотери) шока, – острая почечная недостаточность, которая без оказания специфической помощи – гемофильтрации (гемодиализа) – тоже заканчивается гибелью больного.

Поэтому читатель может понять отчаяние и страх и героини рассказа, и капитана «Меркурия».

Информация для немедиков – участников событий

Что нужно делать?

Если кровотечение открывается в желудке, то проявляется обычно рвотой, по виду напоминающей кофейную гущу. Темно-коричневую и с зернышками.

При кровотечении по причине язвы двенадцатиперстной кишки рвоты обычно не бывает, а симптоматика анемии нарастает медленно или быстро в зависимости от диаметра повредившейся артерии.

Подтверждением кишечного кровотечения является мелена – черный жидкий стул. Для подтверждения кишечного кровотечения (при отсутствии резиновой перчатки) можно воспользоваться туалетной бумагой – на белом черное содержимое кишечника точно укажет на кровь.

Действия в подобных случаях несложные:

• Вызвать бригаду скорой с поводом «ЖЕЛУДОЧНО-КИШЕЧНОЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ. ЧЕРНЫЙ СТУЛ».

• На живот положить лед.

• Давать глотать кусочки льда.

• Осмотр хирурга, гастроскопия и лечение в стационаре – обязательно!

Часть 2

Неотложка

«…ограбление пенсионеров, всего народа началось с постановления правительства Гайдара от 19 декабря 1991 года “О мерах по либерализации цен”. В письме также отмечается, что Е. Гайдар заявил о том, что ничего страшного нет в том, что часть пенсионеров вымрет».

В. Илюхин «Откровенный разговор с Россией» 2007 год

Экзотические болезни или Призрак третьей мировой войны

– Я согласна выйти замуж!

С момента, как Татьяна выкрикнула эти слова, прошло больше полугода. Жизнь ее изменилась. Она узнала, что Саша Ерофеев, который учил ее на практике до самого выпуска из медучилища, оказался военным моряком, разведчиком, как в сериале «Морские дьяволы» – Степановым Александром и это был большой секрет государственной важности. А она теперь стала хранителем этого и других секретов, которые она только еще могла узнать. Об этом ей пришлось расписаться в одном закрытом учреждении, где она прошла инструктаж у серьезных дяденек и тетенек.

Фельдшер Ерофеев со скорой помощи уволился, и его как бы и не было.

Степанов понимал, что, предложив Татьяне стать его женой, он обязан при всей своей засекреченности все-таки кое-что рассказать. Не все, конечно, но некоторые эпизоды своей жизни и причину, по которой его знали как фельдшера Ерофеева – ее необходимо было прояснить.

Это в кино муж может иметь секреты от жены, выполняя тайные задания, а она – ничего о нем не знать. В реальности все не так. Она знает только то, что он всегда в опасности, что немного этой опасности достается и ей, и любой его приказ она должна исполнять быстро, точно и без сомнений, то есть не споря и не задавая вопросов.

Еще до свадьбы Татьяна, страшно труся, спросила:

– Почему ты меня выбрал? – она очень строго судила себя, считая совсем не привлекательной и трусихой. Как мог он, такой весь из себя, умный и смелый, выбрать такую серую мышь, как она?

Саша не сразу ответил на этот вопрос. Они шли по парку, под ногами шуршала сухая листва. Он произнес:

– Была такая женщина, о ней мало кто знает, ее звали Анна Тимирёва, и в историю она вошла как любовница адмирала Колчака. Так вот, когда ее спросили однажды, в чем для нее состоит идеал жены, она ответила: «Когда мой муж будет сражаться со всем миром, я буду стоять у него за спиной и подавать патроны». Так вот, мне кажется, что ты именно такая. Ты – надежная, и я могу не беспокоиться за тыл.

Несмотря на год знакомства, Татьяна открывала для себя нового Сашу. Она была в курсе, что у него прекрасная память, – он не раз удивлял ее знанием кодов подъездов во всех домах, где когда-то побывал, фамилии и адреса пациентов. Но вдруг узнала о том, что он весьма неплохо владеет почти всеми европейскими языками, кроме прибалтийских и финского. То, что он говорит на арабском, как сказал Саша – базовые знания, – стало неожиданностью.

– Я лучше понимаю, чем говорю, – объяснил Степанов. – Нужна практика, а где мне тут практиковаться?

– А китайский? – спросила Татьяна, когда они гуляли в Никитском ботаническом саду. – Папа сказал, что ты китайский знаешь.

– Китайскому нас учили с восьми лет. Я же детдомовский… только детдом наш назывался Специнтернат № 11. А арабский я начал осваивать год назад.

Татьяна слышала на подстанции, что это специальный детдом с углубленным изучением иностранных языков. И его