Две стороны равновесия. Клубок змей - Хайдарали Мирзоевич Усманов

облегчение. Гордость. Воодушевление. Однако среди многочисленных представителей различных павильонов и старейшин Академии нашлись несколько человек, чьи лица выглядели... иначе. Один пожилой старейшина слишком крепко сжал рукав собственного одеяния. Другой заметно побледнел. Третий почти сразу опустил взгляд, стараясь скрыть выражение лица. Со стороны могло показаться, будто они просто растерялись. Но Максим уже достаточно хорошо научился наблюдать за людьми. Он видел напряженные мышцы челюсти. Короткие переглядывания. Едва заметные знаки глазами. И главное — отсутствие той самой радости, которую сейчас испытывали почти все вокруг.

“Странно...” — спокойно отметил он про себя.

Политика крупных Академий всегда была сложнее обычных соревнований. Победа открывала новые возможности, но одновременно меняла прежний баланс влияния, усиливала одни группы и ослабляла другие. Поэтому было неудивительно, что столь значительное событие вызывало у разных людей разные чувства. Эта мысль лишь укрепила его решение не торопиться с выводами. Сначала следовало понять, кто именно так отреагировал и почему. Лишь после этого можно было делать какие-либо предположения. По площади Академии Небесного Свода продолжали расходиться волны радостного возбуждения. Одни ученики окружали вернувшихся участников турнира, осыпая их вопросами. Другие уже строили самые невероятные предположения о том, что происходило на древней арене. Третьи оживленно спорили о том, какие награды теперь ждут победителей. Праздничное настроение постепенно охватывало все больше людей. И именно тогда начали проявляться те, кого подобные события неизменно притягивали словно огонь ночных мотыльков. Несколько молодых учеников, державшихся немного поодаль, переглянулись. Их лица выражали ту самую самоуверенность, которая нередко появляется у людей, ощущающих безопасность в толпе. Один из них, бросив взгляд на стоявшую позади Максима Юэ Жуянь, усмехнулся.

— Так это и есть знаменитая Королева Крови?

Другой нарочито громко фыркнул.

— Какая теперь королева? Обычная пленница. Какая-то глупая девчонка.

Третий демонстративно покачал головой.

— Столько слухов ходило... А в итоге стоит молча, словно собственной тени боится.

Несколько стоявших рядом учеников негромко рассмеялись. Они не кричали. Не пытались открыто провоцировать. Но говорили достаточно громко, чтобы их слова были услышаны. Именно этого они и добивались.

Юэ Жуянь медленно перевела взгляд в их сторону. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Лишь глаза стали чуть холоднее. Когда-то подобной фразы хватило бы, чтобы весь зал, где ее произнесли, оказался залит кровью. Она слишком хорошо помнила, как в Темных мирах люди, позволившие себе подобное, редко успевали договорить до конца.

Но сейчас девушка осталась неподвижной. Это спокойствие оказалось куда страшнее любого выкрика. Некоторые из более опытных наставников сразу заметили выражение ее лица и едва заметно нахмурились. Однако молодые насмешники этого не понимали. Или не хотели понимать. Для них происходящее было всего лишь удобным случаем показать собственную удаль перед многочисленными зрителями.

— Видели? — усмехнулся один из них. — Даже ответить не смеет.

— Еще бы...

— Здесь ведь Академия Небесного Свода.

— Тут ей уже не на кого рычать.

Снова послышался смех.

Максим молча наблюдал за происходящим. Не вмешивался. Пока что. Его взгляд спокойно скользнул по лицам говоривших. Он узнал некоторых. Память у него была хорошей. Очень хорошей. Один из этих юношей когда-то проиграл ему учебный поединок за несколько мгновений. Другой оказался среди тех, кто после поражения долго утверждал, будто просто был не готов. Третий вообще предпочел тогда сдаться, едва почувствовав необычную силу Инь. Сейчас же все трое словно напрочь забыли о тех событиях.

Заметив всё это, парень мысленно усмехнулся.

“Любопытно...”

Победа действительно меняет людей. Причем далеко не всегда в лучшую сторону. Эти ученики сами не участвовали в Турнире Тьмы и Света. Не рисковали жизнью. Не выходили на арену против неизвестного противника. Не принимали решений, от которых зависела судьба экспедиции. Но теперь, оказавшись среди своих, уже говорили так, будто именно они одержали победу. Будто именно их усилиями был достигнут этот результат. Подобное поведение не укрылось и от некоторых наставников. Один из старших мастеров недовольно нахмурился. Другой бросил предупреждающий взгляд в сторону шумной компании. Но вмешиваться сразу не стал. Возможно, рассчитывая, что молодые люди сами поймут неуместность своих слов. Не поняли. Наоборот. Воодушевленные тем, что никто их не одернул, они стали говорить еще громче.

— Интересно, долго она такой спокойной останется?

— Может, просто поняла свое положение?

— Или боится даже поднять глаза?

В этот момент Максим наконец сделал небольшой шаг вперед. Совсем небольшой. Он даже не изменил выражения лица. Но тут же произошло нечто странное. Веселые разговоры вокруг этой группы начали стихать сами собой. Несколько человек неожиданно почувствовали, как по спине пробежал холодок. Кто-то инстинктивно сделал полшага назад. Не потому, что увидел угрозу. А потому, что внезапно вспомнил. Перед ними стоял вовсе не обычный ученик. Это был тот самый юноша, о котором только что докладывали старейшинам. Тот, кто сумел переломить ход Турнира Тьмы и Света. Тот, чья аура заставила опытных мастеров переглядываться с изумлением. И рядом с ним находилась воительница, силу которой сами наставники оценивали с большой осторожностью. Несколько насмешников словно только сейчас осознали, что говорили не о беззащитной пленнице, а в присутствии людей, которых даже старейшины Академии встретили с подчеркнутым уважением. По площади снова стало тихо. Даже те, кто еще мгновение назад улыбался, начали внимательно следить за тем, что произойдет дальше. Насмешки продолжались еще несколько мгновений. Один из молодых дворян, явно привыкший к тому, что окружающие поддерживают каждое его слово, даже картинно развел руками.

— И это та самая гроза Тёмных миров?

Рядом кто-то негромко рассмеялся. Другой с нарочитой небрежностью добавил:

— Слухи всегда оказываются красивее правды.

Третий лишь презрительно усмехнулся, словно уже вынес окончательный приговор. Максим все это время молча наблюдал за ними. Без раздражения. Без злости. Даже без насмешки. Словно рассматривал какое-то любопытное явление.

“Странная вещь человеческая память...” — мелькнула у него мысль.

Он прекрасно помнил каждого из этих людей. Помнил учебные поединки. Помнил, как некоторые из них еще совсем недавно покидали арену, поддерживаемые товарищами, после собственных самоуверенных попыток испытать его силу. Помнил их растерянные лица. Помнил, как потом они неделями объясняли окружающим, что проиграли случайно, были не готовы или просто недооценили противника. А теперь... Теперь, окруженные десятками зрителей и находясь на территории собственной Академии, они вновь обрели привычную уверенность. Вот только направили ее не на него. А на человека, который совсем недавно был его противником на Турнире Тьмы и Света.

Максим невольно покосился на Юэ Жуянь. Он слишком хорошо помнил тот бой. Если бы тогда он не сумел скрыть