Холодная война и защита гостайны. 1946–1953 гг. - Геннадий Александрович Куренков

заинтересовать, подобные откровения совершенно не повлияли на то, чтобы сделать наш народ более богатым или счастливым. Не повлияли они и на уровень технических знаний американцев[622] (выделено мной. – Авт.).

В принципе, данные слова можно отнести к любому сюжету, изложенному в настоящей главе. Государственная тайна есть часть суверенитета страны. На наш взгляд, секретная информация нужна только специалистам, кому она необходима по работе и службе. С этой точки зрения необходимо и смотреть. Использование секретности в политических целях и политической борьбе всегда было и в обозримом будущем будет. Это «имеет место быть», и не только у нас, но и в «самых демократических странах», но это уже, как говорится, тема для другой книги.

Глава 6

Потенциальные противники о значении секретности, добыче и защите информации

В данной книге мы описали и проанализировали процесс и методы защиты государственной тайны в послевоенный, первый период холодной войны, а также значение сбора информации (в частности, в открытых источниках) и ее защиту как элемент контрразведывательной деятельности в СССР. Возникает вопрос: а почему мы это делали, насколько данная работа была обоснована и нужна ли была она вообще, не зря ли мы тратили силы и средства? А также как относились к секретности и защите собственных секретных сведений, в том числе и утечку через СМИ и другие открытые источники, а также к сбору информации, наши потенциальные противники? Думается, что здесь по данному вопросу будет уместно показать их мнение и позицию. Этот вопрос нам помогут рассмотреть не кто иные как руководители ЦРУ. В частности, мы предложим точку зрения по данной тематике директора ЦРУ Алена Даллеса и заместителя директора ЦРУ Рея Клайна. И это прочтение поможет ответить на вопрос о целесообразности и необходимости проводимой Советским государством работы в этом направлении.

Так, заместитель директора ЦРУ США Рей Клайн пишет: «Правомерность сбора информации – в том числе и при помощи «тайных» методов, методов агентурной разведки – для овладения некими секретными или труднодоступными данными, так же, как и последующая их аналитическая оценка, никогда не подвергались сомнению в качестве необходимой и существенной части работы правительственного механизма. Разумеется, всегда есть люди, которые, демонстрируя особую щепетильность, склонны считать тайный сбор информации чем-то нелегальным или аморальным, но обычно американцы полагают, что тайно добывать информацию, которую другие страны скрывают от нас, – это честная игра. Они исходят из предположения, что информация эта, весьма вероятно, может сказаться на наших отношениях с другими странами и так или иначе связана с обеспечением безопасности американских институций и самой жизни американских граждан. Тайные акции, охраняющие страну от неприятных, а то и опасных сюрпризов, обычно не считаются чем-то аморальным или неприличным, это всего лишь предусмотрительность»[623]. Он заявляет также о правомерности тайных операций США по добыванию информации, методах и источниках информации: «Сотрудники этого подразделения следили за радиопередачами и перлюстрировали почту, собирая всевозможные сведения о новинках в работе служб безопасности стран «оси»… При всем том работа эта осуществляется на базе извлечения полезной информации из потока довольно случайных данных, которые затем обрабатывает многочисленный штат аналитиков»[624]. Он также приводит слова из книги историка Шермана Кента об исследовательско-аналитической деятельности УСС: «Некоторые из этих сведений могут быть получены тайным путем, но основную массу их приходится добывать посредством далекой от романтизма работы по изучению и анализу открытых источников информации»[625]. Как видно, информации из открытых источников в УСС – ЦРУ придавалось всегда большое значение, и работали с данной информацией не простые сотрудники, а ученые-аналитики. В заключение, касаясь этого вопроса, Р. Клайн отмечает: «…суть разведывательной работы состоит из умения должным образом оценивать информацию из различного сорта источников, каким бы способом она ни была добыта»[626]. К слову сказать, в число разведывательных органов США, кроме ЦРУ, созданного в 1947 году, входили: Военно-воздушная разведка, Армейская разведка, Морская разведка, Разведывательное управление Министерства обороны (РУМО), Бюро разведки и исследований при государственном департаменте, Федеральное бюро расследований (ФБР), Управление национальной разведки (УНР), Агентство национальной безопасности (АНБ), Разведка корпуса морской пехоты. Число американских служб, занимающихся разведывательной деятельностью, в разное время доходило до 16 и 20. Как видно, значение работы по сохранности государственной и военной тайны в изданиях и в СМИ (открытых источниках) со стороны Советского Союза наглядно показало значение, которое придавали иностранные разведки сбору информации из открытых источников. По этим направлениям работали целые подразделения аналитиков, к примеру ЦРУ США. Кстати, Р. Клайн был одним из основоположников направления научно-аналитической работы и взаимодействия ученых и спецслужб. Ученых-аналитиков охотно брали на работу в ЦРУ.

Сразу отмечу, что отношение было более чем серьезное и даже научное. О значении объективных оценок и анализа информации говорит Р. Клайн: «Прежде всего: единственное подлинное достоинство заключений, базирующихся на доступных данных, – это объективность их, так же, как и объективный подход к оценке различных точек зрения, и объективная оценка динамики описываемых событий, их тенденций. Оценки должны опираться на всестороннее знание фактов, учитывать мнение дипломатических и военных ведомств, но при этом они должны быть чем-то большим – тем, что можно сделать лишь на основе совокупного опыта профессионалов разведывательного дела, специалистов-аналитиков»[627]. Он также отмечает: «Информация о международных делах полезна, лишь если она проанализирована и подвергнута всесторонней оценке в контексте интересов американской внешней политики и обеспечения национальной безопасности. Эта информация взвешивается с точки зрения ее точности и надежности, при этом учитываются методы ее сбора и источники; затем она оценивается с точки зрения весомости, значимости ее содержимого сравнительно с другими доступными данными и с точки зрения (выделено мной. – Авт.) влияния ее на американские интересы. Результат этого процесса находит выражение в докладе, цель которого – помочь принять верные решения тем, кто работает в сферах внешней политики и национальной безопасности»[628]. Так о секретности писал А. Даллес: «По собственному опыту планирования разведывательных операций могу сказать, что я всегда исходил из необходимости сохранения их в секрете, во-первых, от противника и, во-вторых, от средств массовой информации. При этом проблемы во втором случае вызывали у нас большее беспокойство» (выделено мной. – Авт.)[629]. Далее он пишет: «Естественно, такое ведомство должно взять на себя бремя доказательства, что требование к соблюдению секретности – оправданная мера, проводимая в национальных интересах» (выделено мной. – Авт.)[630]. В итоге он резюмирует: «Меры самозащиты являются неотъемлемым правом суверенитета (выделено мной. – Авт.). Само собой, понятно, что этот принцип ни в коем случае нельзя использовать легкомысленно»[631], «…против свободы