Как я строил ТехМаш II - Сим Симович

— А специально для вас, многоуважаемый полковник Мвуба, — Виктор Крылов с легкой полуулыбкой передал трясущемуся губернатору эксклюзивную именную пластиковую карту сибирского международного клирингового центра, — нами сегодня открыт особый, нелимитированный золотой счет в головном банке в Новосибирске. Разумеется, это скромный бонус за будущее полное и всестороннее содействие в бесперебойной отгрузке сырья из этого прекрасного порта. Надеюсь на взаимовыгодное сотрудничество.

Полковник Мвуба благоговейно, как величайшую святыню, прижал золотую карту к увешанной орденами широкой груди. Губернатор был готов расцеловать спокойного Крылова прямо здесь, на грязном асфальте, перед всем вооруженным строем:

— Сеньор мудрый Крылов! Вы — истинный, посланный нам небесами спаситель всей Африки! Этот глубоководный порт Кабинда отныне и навсегда — ваша личная безопасная гавань! Отгружайте через нас абсолютно все, что только захотите, пошлины отменены! Мои солдаты будут охранять грузы лучше зеницы ока!

Уже к четырем часам этого жаркого дня в ожившем порту вовсю, без перекуров кипела грандиозная работа, больше напоминавшая слаженный, отлаженный до идеала гигантский механизм.

Сразу три огромных тяжелых портальных крана, напрямую запитанных по толстым кабелям от мощных мобильных турбогенераторов инженера Потапова, работали без единой остановки. Краны монотонно, ритмично подавали в бездонные трюмы пришвартованного океанского сухогруза «ТехМаш-Ориент» тысячи тонн ценнейшего серебристо-серого сподуменового концентрата.

Первые, исторические восемьсот тонн высокочистого литиевого сырья успешно, с опережением графика пошли на загрузку в трюмы. Тяжелое судно уже готовило навигационный курс на далекий российский Владивосток. А оттуда бесценное сырье по надежным рельсам специальными охраняемыми поездами СибВО направлялось прямиком на новейшие, жаждущие работы новосибирские фабрики батарей профессора Штейна. Конвейер заработал.

Виктор Сергеевич Крылов расслабленно, скинув напряжение дня, стоял на высоком капитанском мостике сухогруза. Президент корпорации тяжело оперся сильными руками о нагретый солнцем стальной поручень, с высоты с удовлетворением глядя на кипящий, безостановочный процесс отгрузки на причалах.

В его правой руке привычно, задавая ритм мыслям, тихо пощелкивала матовая стальная зажигалка. С приятным звоном вспыхивал теплый язычок пламени. Виктор неспешно прикурил любимую сигарету, глубоко, полной грудью затянулся и медленно выдохнул длинную сизую струю дыма прямо в освежающую синюю океанскую даль.

Рядом с ним, неслышно подойдя сзади, грациозно оперлась об ограждение мостика прекрасная Елена Романова. Свежий соленый морской бриз ласково играл длинными темно-каштановыми волосами.

— Африканский сырьевой, стратегический узел затянут в нашу орбиту безупречно, без единого выстрела и потерь, Виктор, — предельно тихо, чтобы не нарушать торжественность момента, проговорила Елена. В ее глубоком, бархатном голосе отчетливо звучало искреннее, заслуженное удовлетворение от проделанной работы. — Мы полностью, монопольно перехватили весь литиевый и кобальтовый рынок этого богатого региона. Влиятельный французский сырьевой картель в одночасье навсегда лишился главной, бесплатной кормовой базы. Они в ярости.

— Это только первый, разминочный шаг нашей экспансии, Леночка, — абсолютно спокойно, без лишнего пафоса ответил Виктор, не отрывая удовлетворенного взгляда от идущей внизу мощной погрузки. — Сегодня мы железобетонно обеспечили всю нашу растущую высокотехнологичную промышленность дешевым сырьем минимум на пятьдесят лет вперед. Теперь наши новейшие сотовые телефоны, умные бортовые компьютеры для «Мамонтов» и защищенные операционные системы серии «Спектр» будут выпускаться в России в абсолютно неограниченном, любом необходимом количестве. Дефицита компонентов больше не будет.

— План выполнен. А какой же у нас будет следующий этап? Куда ударим? — с неподдельным интересом, блестя глазами, спросила преданная Романова.

Виктор аккуратно, щелчком выбил серый пепел сигареты за борт корабля. Его холодные, стальные серые глаза внезапно ярко вспыхнули ледяным, безумным азартом гениального кризис-менеджера из далекого XXI века, предвкушающего очередную победу на шахматной доске:

— Возвращаемся домой, в Россию, Елена. Настала пора провести наш грандиозный, беспрецедентный Трансконтинентальный автопробег по маршруту «Владивосток — Москва». Мы весьма наглядно покажем всему зажравшемуся западному миру реальную, сокрушительную силу нашей новой сибирской техники в деле. И этим пробегом мы намертво, навсегда закроем огромный внутренний автомобильный рынок нашей страны от абсолютно любых посягательств и квот со стороны Запада. Они больше ничего нам не продадут.

Глава 18

Владивостокский торговый порт укрывало липким предрассветным туманом. В воздухе стояла густая смесь запахов: пахло соленой океанской водой, старой мазутной гарью от буксиров, сырым кедровым стлаником и ледяными глубинами огромного залива Петра Великого. Город на краю земли только просыпался.

Со стороны Корабельной набережной, прорезая ватную тишину, с мерным металлическим лязгом начали двигаться стрелы портальных кранов. К глубоководному причалу номер семь только что, филигранно маневрируя, пришвартовался гигантский сухогруз «ТехМаш-Ориент». Судно благополучно доставило прямиком из Африки первую партию ценнейшего сподуменового концентрата для батарей.

На верхнем ярусе мобильного штабного модуля, основательно установленного на бетонной платформе причала, горел одиночный тусклый светильник. За панорамным бронированным стеклом во всю стену четко виднелся неподвижный силуэт Виктора Сергеевича Крылова.

Президент сибирской корпорации в одиночестве стоял у широкого штурманского стола. На ровной поверхности была полностью развернута гигантская топографическая карта страны с масштабом десять километров в одном сантиметре.

На Викторе был надет легкий темно-серый пиджак, небрежно накинутый поверх светлой сорочки, расстегнутой у горла. Галстука не было.

Крылов молча, с пугающей сосредоточенностью разглядывал тонкую красную нить маршрута. Эта дерзкая линия непрерывно протянулась от самого мыса Эгершельда во Владивостоке, уходя через Хабаровск, суровую Читу, Иркутск, Красноярск и родной Новосибирск прямиком к старинному булыжнику Красной площади в Москве.

Ровно десять тысяч километров сплошного бездорожья, коварных таежных гатей, размытых дождем грунтовок и заброшенных горных перевалов.

— Этот заявленный маршрут выглядит как гарантированное самоубийство для любой современной серийной техники, Виктор Сергеевич, — предельно сухо произнес Аркадий Валерьевич Сидоров, не отрывая покрасневших глаз от мерцающего дисплея ноутбука.

Главный финансовый гений растущей Империи невозмутимо сидел на привинченном к полу стальном судовом стуле. Банкир аккуратно расправил на коленях свежие распечатки биржевых клиринговых графиков. На его носу педантично поблескивали стекла очков в тонкой оправе, а в скрипучем голосе звучал привычный, лишенный эмоций холодный расчет бухгалтера.

— Знаменитая Транссибирская автомагистраль как единое, непрерывное дорожное полотно пока существует только на бумаге и в фантазиях столичных проектировщиков, — монотонно продолжал Сидоров сыпать фактами. — На диком участке от Могочи до Чернышевска твердого покрытия нет вовсе. Как класса. Там вас ждут сотни километров острого, рвущего резину скальника, глубоких русел бурных горных рек и топких, непролазных марей. Если показательная колонна внезапно встанет, завязнет в Читинской тайге хотя бы на один световой день — вся купленная иностранная пресса