Михаил Ларионов. Лучистая живопись и лучистая материя - Екатерина Бобринская

трансцендентализм, теософия, спиритуализм и анархизм.

255

Успенский П. Tertium Organum. Ключ к загадкам мира. С. 225.

256

Успенский П. Внутренний круг. О последней черте и сверхчеловеке. СПб., 1913. С. 128. Матюшин неоднократно обращался к образам хаоса, экстатической трансформации восприятия: «Надо разбить фиксирующую точку… и сделать сетчатку вместилищем хаоса, чтобы построить новое восприятие мира» (Матюшин М. Запись в тетради // Повелихина А. Мир как органическое целое / Великая Утопия. М.: 1993. С. 58).

257

Парнах В. Жирафовидный истукан. М.: Пятая страна, Гилея, 2000. С. 52.

Ларионов в поздних заметках с удовольствием вспоминал стихотворение Парнаха: «В 1919 году, стихотворение Парнака, посвященное Ларионову и районизму, впервые говорит, сравнивает живопись Ларионова и Гончаровой с радиумом и говорит о том, что одному грамму достаточно взорвать весь земной шар» (ОР ГТГ. Ф. 180. Оп. 2. Ед. хр. 2907. Л. 4).

258

Кульбин Н. Новое мировоззрение. Тезисы // Импрессионизм в авангарде. М.: Музей импрессионизма, 2018. С. 175.

259

Кандинский В. Содержание и форма // Кандинский В. Избранные труды по теории искусства. Т. 1. С. 86.

260

Такая реакция была не общей. Возможно, на Ларионова повлиял реальный опыт войны: с августа 1914 года он участвовал в боевых действиях в Восточной Пруссии, где был контужен. Многие его современники сумели перейти этот рубеж и развернуть жизнестроительные проекты уже в новой поствоенной, революционной и постреволюционной реальности.

261

Пунин Н. Импрессионистический период в творчестве М. Ф. Ларионова // Пунин Н. Русское и советское искусство. М., 1976. С. 132–134.

262

Поспелов Г., Илюхина Е. Михаил Ларионов. М., 2005. С. 55.

263

Там же. С. 39.

264

Там же. С. 35.

265

Там же. С. 109.

266

Там же.

267

Там же. С. 39. Аналогичные мотивы возникают в поздних воспоминаниях С. Романовича: «Ларионов «был включен в круг той стихийной жизни <…>. Выразить эту жизнь так, как он этого хотел, можно было, передав ее мощную животную основу» (Там же. С. 109).

Е. Ковтун: «Радость и легкость – это два состояния, которые присущи живописи Ларионова, его мироощущению. Выражая „радость бытия“, его искусство чуждо многозначительности символистских холстов, оно непосредственно, часто простодушно и детски импульсивно» (Ковтун Е. Русский авангард: Недописанные страницы. СПб., 1990. С. 10).

268

Неоимпрессионистическая стилистика может быть отмечена в целом ряде работ М. Ларионова. Назову наиболее характерные: «Натюрморт с сыром», ок. 1903; «Сад», 1900‑е; «Сирень», 1904; «Свиньи», 1906; «Гуси», 1906; «Волы на отдыхе», 1906; «Утки», 1905–1906; «Рыбы», 1906; «Индюшка», 1905; «Индюк», ок. 1907; «Рыбы при закате», сер. 1900‑х; «Розовый куст после дождя», 1904; «Сад», сер. 1900‑х; «Сад весной», 1906–1907; «Голубые розы», 1907; «Рассвет», 1907.

269

Бобров С. Основы новой русской живописи // Труды Всероссийского съезда художников в Петрограде. Декабрь 1911 – январь 1912. Т. 1. Пг.: 1914. С. 41.

Конечно, в какой-то мере С. Бобров представляет «партийный» взгляд, заставляющий его не замечать пуантилизма, например, в творчестве Д. и В. Бурлюков, А. Явленского, К. Малевича. Фигура художника Паркова, вероятно, принадлежит к мистификациям ларионовского круга.

270

Boccioni U. La Pittura Futurista. Conferenza tenuta a Roma nel 1911 // Boccioni U. Scritti sull’arte. Milano: Mimesis, 2011. Р. 19.

271

Я опираюсь на работы: Hutton J. Neo-Impressionism and the Search for Solid Ground. Baton Rouge: Louisiana State University Press, 1994; Ward M. Pissarro, Neo-Impressionism, and the Spaces of the Avant-Garde. Chicago: University of Chicago Press, 1996; Roslak R. Neo-Impressionism and Anarchism in Fin-de-Siècle France. London; New York: Routledge, 2016; Roslak R. Organicism and the Construction of a Utopian Geography: The Role of the Landscape in Anarcho-Communism and Neo-Impressionism // Utopian Studies. 1990. Vol. 1. № 2. Р. 96–114; Roslak R. The Politics of Aesthetic Harmony: Neo-Impressionism, Science, and Anarchism // The Art Bulletin. 1991. Vol. 73. № 3 (Sep.). Р. 381–390; Divisionism / Neo-Impressionism. Arcadia and Anarchia / Ed. by V. Green. New York, 2007.

272

Прежде всего надо назвать имена: П. Синьяк, Дж. Сёра, К. Писсаро, М. Люс, А. Кросс, Э. Лонгони, Т. Ван Риссельберг.

273

Roslak R. Neo-Impressionism and Anarchism in Fin-de-Siècle France. London; New York: Routledge, 2016. P. 25.

274

Ibid. P. 27.

275

Хотя надо отметить, что и такие темы возникали в произведениях неоимпрессионистов: М. Люс («Металлургический завод в Шарлеруа», 1896, «Парижская улица. Май 1871 г.», 1903–1905), П. Синьяк («Разрушитель», 1897–1899), Э. Лонгони («Оратор на забастовке», 1890–1891).

276

Химические процессы как аналогии и модели для социума были важны также в дискурсе анархизма.

277

Работы М. Бертло были известны в России. Еще в конце XIX века была переведена его книга «Наука и нравственность» (М., 1898).

278

Вальден П. Марселен Бертло. Рига, 1913. С. 11.

279

Roslak R. The Politics of Aesthetic Harmony: Neo-Impressionism, Science, and Anarchism // The Art Bulletin. 1991. Vol. 73. № 3 (Sep.). P. 388.

280

Философия органицизма (особенно в области социальных наук) разрабатывалась в России еще в XIX столетии. Самыми известными и популярными авторами в этой сфере были А. Стронин («Политика как наука», 1872; «История общественности», 1885), П. Лилиенфельд («Мысли о социальной науке будущего», 1872) и Н. Страхов («Мир как целое», 1872).

281

П. Кропоткин в различных работах подчеркивал органицистские принципы анархизма: «Каждый индивидуум… представляет собою мир органов, каждый орган – мир клеток, каждая клетка – мир бесконечно малых, и в этом сложном мире благосостояние целого зависит вполне от размеров благосостояния, которым пользуются мельчайшие микроскопические частицы организованного вещества. Целый переворот происходит таким образом в философии жизни» (Кропоткин П. Анархия, ее философия, ее идеал. М., 2004. С. 208).

282

Guro E. Selected Writings from the Archives / Ed. by A. Ljunggren & N. Gourianova. Stockholm, 1995. P. 93.

283

Кульбина можно рассматривать как одного из главных поставщиков научно-философских идей и информации в кругу художников. Медицинское образование и научные интересы Кульбина позволяли ему значительно свободнее, чем его коллегам-художникам, ориентироваться в новейшей литературе в области химии и физики.

284

Кульбин Н. Свободное искусство как основа жизни // Студия импрессионизма. СПб.: 1910. С. 11–12.

285

Кульбин Н. Свободная музыка // Там же. С. 15.

286

В отношении различий между аналитической и научно обоснованной дивизионистской техникой письма европейских художников и русским «пуантиляжем» показателен такой мифологизированный (но от этого не менее выразительный) эпизод из воспоминаний Бенедикта Лившица. Описывая работу братьев Бурлюков в Чернянке, Лившиц вспоминал: «Подходит Давид к только что законченному Владимиром пейзажу. – А поверхность у тебя, Володичка, слишком спокойная… Но Владимир уже не слушает его и пинком