Тайны пушкинских раритетов. Предметный мир поэта - Лариса Андреевна Черкашина

Пресвятое,Мечут жребий о ризах Твоих».

Счастливцем оказался некий воин родом из Иберии. Вместе с её владельцем святыня оказалась в древней Грузии, в одном из её монастырей.

Как знать, и не пришлось, быть может, Ризе Господней покинуть пределы христианской страны, если бы не притязания хищного и воинственного персидского шаха Аббаса I, мечом и огнём испепелившего грузинскую землю. Его воины грабили и разоряли церкви, тысячами убивали грузин-христиан. Замучили до смерти мать царя Теймураза I, отказавшуюся принять мусульманство, истязали его сыновей. Кахетинский царь (Теймураз вошел в историю как поэт-лирик!) обратил свои надежды к московскому владыке Михаилу Фёдоровичу.

Русские послы в Персии пытались увещевать хана не притеснять христиан, если тот дорожит дружбой русского царя. Аббас же в свою очередь со всей восточной витиеватостью заверял посланников в преданности и безграничном уважении к своему царственному собрату. Последовал целый ряд дипломатических ухищрений: угроз, просьб, переговоров и, как их счастливый итог, обещание шаха подарить христианскую святыню, похищенную из Мцхетского собора, где та была сокрыта в кресте, русскому самодержцу.

Оберег Романовых

Встречали Ризу Господню, заключённую в золотой ковчег, изукрашенный драгоценными камнями, царь Михаил Фёдорович вместе с отцом Патриархом Московским и всея Руси Филаретом, с превеликими почестями в марте 1625-го. Много позже, уже в царствование Петра I, на том самом месте, где у стен древней Донской обители персидский посланник передал тот бесценный дар, возвели церковь Ризоположения.

А тогда Филарет решил «испытать» на святость обретённую реликвию, ведь она была принята из рук неверных. Патриарх указал: «Во всех монастырях держать семидневный пост и во всех храмах молить Господа Бога, чтобы Он Сам явил Свою волю о той святыне; а самую святыню с пением молебнов в крестных ходах носить по городу и возлагать на больных».

И святыня свершила в Москве немало чудес: прикладываясь к ней, исцелились множество страждущих и увечных. В великую силу «одеяния исцелений» уверовали настолько, что частицы Ризы Господней, заключенные в ладанки и ковчежцы, разошлись по русским монастырям и соборам. Оказалась частица святых одеяний и в Ипатьевском монастыре под Костромой, прародине державной фамилии.

Удивительно, но в «Борисе Годунове» Пушкин косвенно упоминает о святыне – похищенной ризе:

П а т р и а р х

<.. >Бесовский сын, расстрига окаянный,Прослыть умел Димитрием в народе;Он именем царевича, как ризойУкраденной, бесстыдно облачился:Но стоит лишь ее раздрать – и самОн наготой своею посрамится.

Уже при Павле I ковчег с частью Ризы Господней доставили в Санкт-Петербург, в собор Зимнего дворца. Ещё одна часть Ризы передана была в Петропавловский собор, императорскую усыпальницу. Часть святыни оставалась в Москве, в Успенском соборе Кремля, где венчались на царство российские монархи.

Хранилась она и в личных покоях императора Павла, осталось ее описание: «Золотой ковчег, устроенный наподобие книги, содержит нашитую на шёлковой подушке часть Ризы, или Хитона Господа нашего Иисуса Христа…»

Святыня стала особо почитаемой в царской семье, в доме Романовых.

Икона «Положение Честной Ризы Господа»

В ризничной описи Большой церкви Зимнего дворца указан «образ Божией Матери Тихвинской, в золотой ризе, с крестиком, в котором частицы Риз Спасителя и Божией Матери». На обороте иконы читалась надпись: «Этим образом Государыня Императрица Мария Феодоровна благословила Государя Императора Александра Павловича в день его крещения 20 декабря 1777 года. А крестик возложен тогда же на него».

А вот и любопытные воспоминания Андрея Муравьёва, в то время секретаря Святейшего синода, автора многих духовных трудов.

В 1837 году Андрею Николаевичу довелось стать свидетелем августейшего визита цесаревича, в будущем императора Александра II, в Москву. Тогда великий князь Александр Николаевич, в сопровождении наставника Василия Жуковского и митрополита Московского Филарета, посетил кремлёвские храмы, побывал он и в ризнице Успенского собора. Андрей Николаевич оставил памятную запись: «Его Высочество вспомнил, что при крещении каждого Императорского младенца полагают ему в крест малую частицу от Ризы Господней; так простирается благословение Патриаршее на всё его потомство».

Но ещё первыми Романовыми ковчежцы с частицами святых одежд даровались людям именитым, отмеченным особой милостью за заслуги перед царем и Отечеством.

Ключ к тайне

Вот тогда-то ладанка и была дарована одному из предков поэта, приближённому к престолу. Имя его уж не узнать, но велика вероятность, что получил её из царских рук кто-то из Пушкиных, ратовавших за Михаила Романова.

Да, семеро Пушкиных в числе других бояр «руку приложили» к грамоте об избрании на Московское государство Михаила Федоровича Романова, «венец и бармы Мономаха» перешли к шестнадцатилетнему Михаилу.

Смирив крамолу и коварство,И ярость бранных непогод,Когда Романовых на царствоЗвал в грамоте своей народ,Мы к оной руку приложили,Нас жаловал страдальца сын.

Страдалец – Патриарх Московский и всея Руси Филарет, томившийся несколько лет в польском плену (в миру – опальный боярин Фёдор Никитич Романов), а после освобождения – соцарствовавший с сыном Михаилом.

Не есть ли последняя пушкинская строка ключом к тайне обретения сакральной реликвии?

Сын поэта, генерал Александр Александрович Пушкин. Фотография. Конец 1890-х гг.

Можно лишь полагать, что в 17-м столетии ею владел прапрадед поэта Пётр Петрович Пушкин, затем его сын Александр, после – внук Лев. Лев Александрович Пушкин, он же дед поэта, передал ладанку своему старшему сыну Василию. После кончины дядюшки поэта, Василия Львовича Пушкина, в августе 1830-го фамильная реликвия вместе с родовым гербом, печатью и пушкинским древом перешла к его гениальному племяннику.

«Я видела у отца (генерала Пушкина) эту древнюю серебряную ладанку, истёртую и тонкую, – вспоминала внучка поэта Елена Пушкина. – По преданию, в ней были частицы Ризы Господней. Древнюю ладанку носил всегда и мой дед Александр Сергеевич».

Была ли она на груди поэта в день роковой дуэли? Думается, нет. В смятении чувств Пушкин, вероятно, позабыл про святой оберег…

После смерти поэта хранительницей семейной реликвии стала его вдова. И обет, о котором упоминала её дочь, она исполняла, пока не подрос старший сын Александр. Возможно, в день свадьбы сына с Софьей Ланской, 8 января 1858 года, Наталия Николаевна передала ладанку ему, ведь Александр сам стал главой семейства.

И, как знать, не святая ли ладанка, что прежде была достоянием поэта, спасала его любимца-сына в грозных сечах Русско-турецкой войны?! Тогда молодой полковник не расставался с ладанкой, переданной ему матерью, и всегда носил заветный оберег на груди, под гусарским ментиком. С войны Александр Александрович вернулся невредимым, и ему суждено было прожить долгую славную жизнь, дослужившись до генерала от кавалерии.

А вот дальше следы ладанки теряются. Передал ли генерал Пушкин святую реликвию старшему сыну и тёзке Александру, или она в силу каких-либо обстоятельств досталась второму сыну, Григорию, боевому полковнику, а тот, уходя в 1914-м на фронт, доверил святыню одной из сестёр? Да и можно ли найти пушкинскую ладанку после всех потрясений и катастроф, случившихся в России в минувшем веке?

Потаённая реликвия

«Что