От перестройки до Путина. Третья русская смута - Александр Георгиевич Мосякин

Государственную налоговую службу и уже в марте назначается… начальником Управления по работе с крупными и крупнейшими налогоплательщиками Госналогслужбы России! Спасаясь бегством из Германии и оформляясь на госслужбу в России, Кутателадзе изменил дату своего рождения (приписав два года) и взял фамилию жены, став Александром Потемкиным, о чем, однако, не указал ни в одной анкете.

В итоге подозрительный субъект, 13 лет болтавшийся неизвестно где, возглавил ключевое налоговое управление, получил доступ к важным государственным секретам и право взимать налоги с крупнейших естественных монополий и оборонных предприятий! Ни в одной цивилизованной стране мира такого не может быть, потому что не может быть никогда. В ельцинской России это стало возможным. Следующий рубеж, который аферист наметил себе, было кресло заместителя главы Госналогслужбы. И если бы не противодействие директора ФСБ Николая Ковалева, который не дал ему доступа к важнейшим гостайнам и уведомил главу государства, карьера Остапа Бендера наших дней состоялась бы, потому что его лоббировал курировавший налоговую систему вице-премьер правительства России.

Весной 1998 года Кутателадзе-Потемкин был уволен из Госналогслужбы и куда-то исчез. Но таких проходимцев в российской власти в лихие 1990-е было хоть пруд пруди. И это были еще цветочки.

Боярская вольница

В ельцинские времена произошло крупнейшее в истории России проникновение иностранных спецслужб в правящую «элиту» страны. Об этом и сейчас предпочитают не говорить, но такая работа в 1990-е годы велась в небывалых масштабах и последствия ее ощущаются до сих пор. Вербовка госчиновников высшего звена, парламентариев, бизнесменов, видных журналистов, военных, ученых и других персон, способных влиять на политику государства и имеющих доступ к гостайнам – одна из главных задач иностранных спецслужб. Вербовка на этом уровне относится к разряду их высших достижений, а провалы приводят к политическим катаклизмам.

Примеров тому немало. Факт кратковременного проживания убийцы Джона Кеннеди, Ли Харви Освальда, в СССР и интерес к нему со стороны КГБ породил версию о причастности Лубянки к убийству 35-го президента США и опасно накалил советско-американские отношения. Гюнтер Гийом – помощник канцлера ФРГ Вилли Брандта – был кадровым сотрудником восточногерманской разведки Штази. Его разоблачение привело к отставке Брандта и острому политическому кризису в ФРГ. В романе Юлиана Семенова «ТАСС уполномочен заявить» описана история агента ЦРУ «Трианона» – по книге Сергея Дубова, чьим прототипом был высокопоставленный работник советского МИДа Александр Огородник. Известный романист правдиво описал сюжет, опустив по настоянию цензуры одну деталь: шпион сделал предложение о замужестве дочери секретаря ЦК, помощника Генерального секретаря ЦК КПСС Константина Русакова. Американцы придавали огромное значение этому браку, надеясь получить прямой доступ в Кремль. Разоблачение и самоубийство Огородника в момент ареста сорвало эти планы. Проникнуть в Кремль было заветной мечтой всех западных разведок, однако фактов проникновения иностранных спецслужб в это «святилище власти» или вербовки советских чиновников высшего ранга – нет, хотя высокопоставленные предатели (Пеньковский, Поляков и др.) в рядах спецслужб были.

С развалом СССР настали новые времена. Если раньше власть предохранялась от случайных людей, то после 1991 года во власть повалили люди случайные, некомпетентные и, мягко говоря, малодостойные. В корне изменилась и обстановка в высших эшелонах власти. Люди, влиявшие на принятие важных государственных решений и посвященные в государственные секреты, стали свободно общаться с иностранцами. При этом определить характер их общения спецслужбам было непросто, так как на смену классическим формам работы с обязательной вербовочной беседой, подпиской, вручением денег и прочим пришли мягкие формы сбора информации и платы за нее. Например, приглашение на роскошный семейный отдых и его обеспечение. А пресечь такие взаимоотношения с точки зрения российских законов было невозможно.

Или другой пример. Чиновник высокого ранга выезжает за рубеж (в составе делегации или один) и пропадает на несколько дней из поля зрения посольства и консульства. В любом самом демократическом обществе ничего подобного быть не может, ибо носитель государственных секретов не имеет права без уведомления исчезать или один на один общаться с представителями другой страны. Везде после подобного рода происшествий назначается служебное расследование с пристрастием, и если чиновник не может вразумительно объяснить свой поступок, то его увольняют по «волчьему билету» с государственной службы. В ельцинской России фактов свободного перемещения чиновников высшего ранга было великое множество, и это не имело для них никаких последствий.

Во властных структурах любой страны не могут работать люди, имеющие двойное гражданство. В России таких людей было пруд пруди! Вот что сказал в 1999 году Валерий Стрелецкий – бывший полковник МВД Москвы, с 1994 по 1996 год возглавлявший отдел «П» Службы безопасности президента – контрразведывательное обеспечение аппарата правительства Российской Федерации: «Если сейчас копнуть тех людей, которые находятся у власти в России, то греческое гражданство (Кипр. – А. М.) среди них имеется у каждого пятого. Израильское гражданство у каждого десятого. Очень многие имеют американские Green Card. Это нормальное явление».

«Зеленую карту», сулившую американское гражданство, имел министр внешнеэкономических связей и вице-премьер правительства России Олег Давыдов, который прославился тем, что вместе с Г. Куликом и другими правительственными чиновниками подписал скандально известную сделку со швейцарской фирмой NOGA и при чьем участии Россия потеряла более половины своих рынков сбыта высокотехнологичной продукции. Обзавелся Green Card министр атомной энергетики Евгений Адамов. Именно этим фактом объясняют ряд невыгодных для России сделок по обогащенному урану и плутонию, которые он подписал с США, и тот развал, который оставил после себя во вверенном ему ведомстве. «Зеленую карту» имели многие чиновники Администрации президента, Госкомимущества, Министерства финансов, Центрального банка и других ведомств. Она была аппетитной приманкой, на которую американцы ловили московских чиновников, побуждая их проводить нужную им политику во внешнеэкономической сфере, обороне, приватизации, финансах. Не зря в ЦРУ ее прозвали «золотой рыбкой».

Прозрачные границы, свободное хождение доллара, отсутствие элементарного контроля за чиновниками и их доходами, повальное воровство и коррупция, свободные контакты с иностранцами, разваленные силовые ведомства – всё это создало для иностранных спецслужб режим наибольшего благоприятствования в ельцинской России.

Шпионы, шпионы…

В 1990-е годы российская контрразведка фиксировала небывалую активность западных разведок. «Был период, когда мы разоблачали по 14 человек в год! Я таких цифр не помню со времен Второй мировой войны», – признался глава ФСБ России генерал Николай Ковалев. Были зафиксированы многочисленные контакты высокопоставленных российских чиновников со штатными сотрудниками иностранных спецслужб или связанными с ними лицами, чем особенно отличался российский МИД, когда его возглавлял Андрей Козырев.

Вот что свидетельствует генерал-майор Виктор Иваненко, возглавлявший в 1991–1992 годах КГБ РСФСР, а затем Агентство федеральной безопасности России: «Я могу