Богословие истории как наука. Опыт исследования - Михаил Легеев

– и вселённой в нас особым образом действия Святого Духа,

– и усвоенной нам в силу причастия обоженному человечеству Сына Божия.

В последнем случае человек становится жилищем Святого Духа и обителью Сына, своей жизнью являя в себе Самого Христа. Таков в общих чертах образ действия по отношению к человеку второй Ипостаси Святой Троицы.

3.3.2. Образ действия Святого Духа

Образ действия Святого Духа иной.

Дух Святой, в отличие от Сына Божия, образом Своего действия подаёт благодать не всегда, не каждому и не единой мерою. Дело Духа Святого направлено не на человеческую природу в целом, но на ипостась человека и на экклесию – богоподобное собрание человеческих личностей[1148].

Из направленности дела Святого Духа на отдельную человеческую ипостась проистекает и важнейшая особенность Его образа действия, которая состоит в том, что Дух, Который «дышит где хочет» (Ин. 3:8), свободно сообразует Своё действие со свободными действиями людей. Можно сказать, что человеческое усилие, исполнение заповедей и т. п., хотя и являются необходимым условием последующей синергии и освящения человека Духом, наглядно выражая ответ человека на Божественный призыв, однако никоим образом не являются условием, достаточным для этого освящения, для продолжения синергийного диалога. То есть не существует «заслуги», за которую над Духом Божиим довлеет некое «обязательство» ответного действия по отношению к человеку. Образ действия Святого Духа таков, что в преподаянии человеку благодати, в каждом конкретном случае в Своём действии, учитывая свободное настроение и выбор самого человека, Он исходит не из «обязательств» перед ним, но из глубин промысла Божия о нём.

Дух Святой действует таким образом, что вселяет и усваивает нетварную энергию Троицы внутри человека, Он соединяет нас со Христом, и, вместе с тем, приоткрывает нам Христа каждый раз в иной, качественно новой мере, которую ещё не вмещало наше сердце. Если образом действия Своей Божественной природы Сын Божий подаёт нам энергию Бога[1149], соединённую с во-природными нам (ἐνουσίαν, свойственными нам по замыслу Творца) образами и логосами[1150], то Дух Святой образом действия Своей Божественной природы открывает нам, делает нам духовно видимыми и доступными образы и логосы бытия Бога, мира и нашей человеческой природы[1151], и помогает усвоить их. Мы же в ответ на это единое, хотя и много-образное действие Божие[1152] следуем (или не следуем, свободно определяясь в своём действии)[1153] открываемому нам.

Кенозис Духа, состоящий в неявленности, сокрытости «в самом Своем явлении» Его Лица, в не имении Им «Своего образа в другом Лице»[1154] Божественном, в Его приспособлении к каждому человеку как свободной личности, в Его личностно сокрытом, невидимом «действии в мире»[1155], в отдании славы святым людям, которым именно Он и помог усвоить дары благодати и принести «достойные плоды покаяния», является еще одной характерной чертой действия Духа в мире. Своим кенозисом третье Лицо Троицы являет нам, как и Слово, кенотический образ бытия Личного Бога: «Когда Дух Божий нисходит на меня, тогда я люблю Его всем моим существом. Чрез Его пришествие внутрь меня, следовательно, чрез соединение с Ним в самом Акте Бытия, я живу как Он, Он – моя Жизнь; Его Жизнь – моя. В часы Его пребывания со мною – я познаю, что Он есть Любовь. Однако странная, особенная любовь… – кенотическая»[1156].

Таков в общих чертах образ действия по отношению к человеку третьей ипостаси Святой Троицы.

Подводя некоторый итог вышесказанному об образах действия Сына Божия и Святого Духа, ещё раз отметим следующие ключевые особенности этих образов действия, этих дел двух «рук Отца»:

– Сына мы имеем всегда (хотя и не всегда пребываем в Нём), а Духа – нет;

– Сын начинает обращение к нам извне, а Дух изнутри;

– Сын открыт и обращается к каждому, а Дух открыто действует в немногих;

– Действие Сына обращено в первую очередь на нашу природу, а Духа на наши личности, хотя Они и восполняют действие друг друга;

– Сын образом Своего действия являет единую у Сына с Отцом Божественную природу, и подает нам благодать неразрывно с воипостасной[1157] человеческой природой, а Дух помогает человеку усвоить нетварную благодать Сына и воипостасную Ему тварную природу;

– Сын являет нам образ ипостасного бытия Отца, а Святой Дух ведет нас к познанию ипостаси Сына, помогая нам уподобиться Ему, творчески и свободно изобразить Его в нашей жизни, усвоить образ Его действия.

3.4. Образ действия человека к Лицам Святой Троицы

Каков же может быть наш синергийный личный ответ действующим по отношению к нам и в нас Лицам Святой Троицы? Каков направленный от нас к ним личный образ действия каждого из нас?

Прежде всего обратимся к истории отношений Бога и человека. Как падший человек мог отвечать Богу, и что Бог мог открыть этому человеку?

Мы знаем, что по грехопадении природа человеческая была повреждена, но не абсолютно. Человек сохранил способность действовать хотя бы отчасти согласованно с Богом. Перед человеком стояла задача: опираясь, с одной стороны, на остаток «дыхания жизни», вдохнутый в человека Духом Святым, а с другой стороны, на водительство Божие, на Его Слово, на все «многочастные и многообразные» образы, обетования и повеления, подаваемые через Сына Божьего к нашему спасению, начать долгое и трудное восхождение к встрече с Богом. Восхождение, завершившееся рождением, крестной смертью и воскресением Спасителя, и сошествием Святого Духа на апостолов.

На этом долгом пути действие Божие (безграничное само в себе) никогда не являлось и не могло явиться человеку, не будучи соединённым с действиями тварного мира – то есть являлось лишь в творении и человеке, через них. Мера человеческого открывала в Священной Истории и меру Божественного. Наконец, только во Христе, через Его жизнь, смерть и воскресение, и через ипостасное явление Святого Духа в Пятидесятнице, энергия Божия всецело открылась человеку. Каждая эпоха ветхозаветного времени, таким образом, в своей мере являла[1158]:

– Образы истины, содержимые Сыном Божиим[1159]

– Образ действия Святого Духа – меру освящения человека

Теперь, когда перед человечеством открыта полнота благодати, мы, имея больше, чем древние ветхозаветные святые, оказываемся перед тем же по своему качеству выбором, который стоял перед ними – выбором свободного ответа Богу, привлекающему нас к Себе. Окружаемые в нашей жизни многочисленными образами и смыслами, свидетельствующими о Боге и действующими Его силою (питаемыми Его энергией и