Уйти. Остаться. Жить. Антология литературных чтений «Они ушли. Они остались». Том III - Ольга Анатольевна Балла

застынет в изумленье,

когда увидит наконец

ужасное творенье.

Он уничтожит черновик,

но в горе рук не сложит —

мазком округлый детский лик

на чистый холст положит…

* * *

Да, и меня настигнет осень

Тягучим шелестом листвы

И как траву дождём подкосит

Загасит все мои костры

И будет жизнь воздушным шаром

На тонкой ниточке висеть

С моей гитарою на пару

Нам оторваться и лететь

В ушко судьбы мне не удастся

Втянуть любви златую нить

И над огнём её прекрасным

Мне только крылья опалить

Аккорд последней песни смолкнет

Но вы узнаете меня

По сумасшедшей рыжей чёлке

Опавших листьев и огня

Елена Семёнова. А корень красоты – отвага

© Елена Семёнова, 2023

Писать о поэте-барде непросто. Нужно изначально объяснить, что к нему строки стихов приходят не со стихотворным ритмом, а с музыкальным, и он сразу, используя подручный инструмент (для бродячего поэта это чаще, конечно, гитара, реже что-то экзотическое вроде гармоники или балалайки), создаёт песню. И мы знаем, что во второй половине XX века в советском литературном мейнстриме вопрос о принятии «человека с гитарой» в ряды поэтов как бы мягко, а на самом деле и не мягко, обходили. Такой великий бард, как Владимир Высоцкий, несмотря на всенародное признание, всю жизнь страдал от высокомерия советской литературной элиты: «И мне давали добрые советы, / Чуть свысока похлопав по плечу, / Мои друзья – известные поэты: / Не стоит рифмовать “кричу – торчу”». Однако тут Владимир Семёнович, конечно, утрировал: у него есть сложные, филигранные тексты, с изысканными рифмами, как с концевыми, так и с внутренними.

Проблема тут была (и, кстати, остаётся до сих пор) в том, что тексты поэтов-бардов всегда пытаются рассматривать в отрыве от присущего им изначально звукоряда, от музыкальной стихии, а значит, пытаются присвоить им другой ритм – и таким образом иссушают их. Это всё равно что вытаскивать рыб из воды: они судорожно хватают воздух ртами, прыгают, а потом умирают. Но то, что в советской литературе, да и в постсоветской, долго не принимали всерьёз бардовскую поэзию, отчасти объяснимо: опусам каэспэшников, «лабающих» у костра, часто далеко было до профессионализма. Да и если повернуть в сторону сложности мелодий, ритмических ходов, в музыкальной академической школе бардовские песни тоже были не ко двору. Слишком всё было просто, на нескольких аккордах. В итоге получался некий жанр-бастард, который мыкался посередине, как бездомный кот. Воистину, согласно средневековому определению странствующего певца, так оно и получалось – поэт бродячий.

Однако время расставляет точки над «ё». Поэты-барды как массовое явление заявили о себе в XX веке и заняли свою законную нишу. Сегодня многие барды уже стали классиками русской поэзии. Александр Вертинский, Владимир Высоцкий, Александр Галич, Булат Окуджава, Юрий Визбор, Новелла Матвеева, Юлий Ким, Вероника Долина, Александр Городницкий, Дмитрий Сухарев… Список можно продолжать. А Юлий Ким и Боб Дилан вообще увенчаны крупнейшими литературными премиями. Кстати, если уж заговорили о поэте бродячем, о скоморохе (да не оскорбит это определение вышеперечисленных), то нельзя отрицать и того, что в их выступлениях всегда присутствует элемент театра. Почти каждая песня – это как бы мини-пьеса, которую при исполнении порой разыгрывали в ролях: «Диалог у телевизора» Высоцкого, «Мадам, уже падают листья» Вертинского, «Диалог о соотношении земного и возвышенного» Визбора. Примерам, по-хорошему, несть числа.

Извините за длинный пролог, но он важен для понимания того места, которое поэт-бард занимает в картине эпохи. У него масса преимуществ. Вместо того чтобы годами ждать публикации, которая соединит его с читателем (я говорю про советскую эпоху, сейчас, конечно, всё иначе), можно было сразу исполнить вещь, по крайней мере для узкого круга друзей, на кухне. (И, конечно, – кто будет спорить, – важную роль тут, помимо текста, играли модуляции голоса, интонации.) А потом друзья – благословение техническому прогрессу – записывали песни на аудиокассеты, и те расходились по стране. Так произошло – назовём наконец имя героини этой статьи – и с творчеством Кати Яровой, без сомнения ярчайшего поэта-барда поколения семидесятников. Автор этой статьи впервые услышала её песни на аудиокассете примерно в 2002 году (дал послушать поэт Евгений Лесин) и сразу стала её поклонницей. Позже сама купила кассету «Я снова вхожу в это небо…». К сожалению, к тому времени Кати уже десять лет как не было на свете. Прожив всего 35 лет и успев ярко заявить о себе, она, несмотря на усилия докторов и родных, умерла от рака.

Благодаря Интернету мы легко можем найти с десяток видеозаписей Кати Яровой: оцифрованные домашние съёмки 1986 года, где она исполняет свои песни, откровенную беседу о личной жизни в передаче «Монолог счастливой женщины» на телеканале «Семья» 1989 года, концерт в Доме актёра 1989 года, концерт в США 14 января 1991 года, длинный, чуть ли не трёхчасовой «Вечер памяти Кати Яровой» в ЦДКЖ (февраль 2003 года), интервью, данное перед отлётом из США в Москву (и далее в Новосибирск на лечение), в котором она поёт свою «Последнюю песню». Рельефное представление о её личности и творчестве даёт как раз вечер памяти, где о Яровой говорят её сестра Елена Яровая, мать Эльга Яровая, дочь Катя Рыбакова, подруга Ольга Гусинская, художник Эдуард Дробицкий, поэт Юрий Юрченко, журналист Александр Минкин, поэт, прозаик Алексей Дидуров, поэт Владимир Вишневский, хранитель и популяризатор творчества Яровой Татьяна Янковская, телеведущий Дмитрий Крылов. Кроме того, в 2003 году трудами Татьяны Янковской и Елены Яровой вышли сборник стихов Кати Яровой «Из музыки и слов» и компакт-диск «Я снова вхожу в это небо…», позже ещё два компакт-диска – «Рисует Время мой портрет» (2007) и «Прощание» (2009), а в 2019 году – книга Татьяны Янковской «Когда душа любила душу. Воспоминания о барде Кате Яровой» и музыкальный альбом «Катя Яровая. Трибьют» (проект Михаила Новахова), где песни Яровой в новых оригинальных аранжировках исполнили Фёдор Чистяков (группа «Ноль»), Псой Короленко, Юлия Теуникова, Юлия Чичерина и другие известные исполнители.

Смотрим видеозаписи. С экрана поёт, играет на гитаре, говорит красивая, стильная, искренняя, уверенная в себе и своём творчестве женщина. На концертах почти каждую песню она предваряет каким-нибудь интересным, часто смешным рассказом. Те невзгоды, которые постигли Яровую в жизни, и даже смертельная болезнь не сломили её. Когда Катя была маленькой, отец ушёл из семьи: эту травму она переживала всю жизнь (и об этом откровенно рассказала в «Монологе счастливой женщины»). Потом были любови (не менее пяти) и постоянные расставания с мужьями, причём последний