Мой брат Мохаммед Али - Фиаз Рафик

я ни разу не видел, чтобы Мохаммед кому-нибудь отказал. Люди выстраивались в очередь у стола, и он расписывался для каждого. Брат говорил: «Понимаешь, фанаты вдруг видят в ресторане Мохаммеда Али. Боже, они никогда в жизни не видели знаменитость вживую! А потом я даю им автограф, и этот момент они будут вспоминать до конца своих дней. Я делаю их счастливыми. Как я могу отказать людям, которые меня уважают?».

* * *

Вскоре после переезда брата в Калифорнию в Лос-Анджелес с туром приехали The Jacksons: они должны были выступать на арене Forum три вечера подряд. В тот день, когда группе предстоял первый концерт, Мохаммед отдыхал дома, болтая с Тимом, который часто приходил к другу. Вдруг позвонил консьерж и сказал, что к нему гости. На вопрос Мохаммеда, кто они, тот ответил: «Говорят, что The Jacksons». Брат велел открыть ворота. А потом вместе с Тимом пошел к калитке и увидел, как во двор въезжает белый Rolls-Royce. Впереди сидел Майкл. Рэнди вел машину, а Тито устроился сзади. Когда Майкл вылез из машины, Мохаммед закричал на всю округу: «Смотрите все! Здесь Майкл Джексон! Майкл Джексон приехал, чтобы встретиться со своим другом, Мохаммедом Али! Смотрите все, мой друг Майкл Джексон заходит в мой дом!» В этом довольно фешенебельном районе его мог услышать только садовник, который стриг траву на соседнем участке: засмеявшись, он помахал рукой.

Когда Майкл зашел в дом, они с Мохаммедом крепко обнялись. Братья последовали его примеру. «Не могу поверить, что я дома у Мохаммеда Али, – первое, что сказал Майкл. – Просто в голове не укладывается. Помнишь, я приезжал к тебе в Дир-Лейк, а ты к нам, когда мы застряли в аэропорту?» Я тоже встречал Майкла и его братьев в лагере. Очень приветливые, дружелюбные ребята. Они вошли в комнату и сели. В углу стояло большое белое фортепиано. Пару лет назад Майкл начал свою сольную карьеру, но теперь они снова решили возродить группу. «Майкл, а сыграй мою любимую песню», – попросил Мохаммед самого молодого из Джексонов. Он имел в виду I’ll Be There. Майкл кивнул, сел и сыграл первый куплет – так здорово.

А потом брат сказал: «Майкл, станцуй, а? Изобрази Джеймса Брауна». У Тима с собой был магнитофон, а в нем как раз кассета Джеймса. Тим ее купил, чтобы слушать в машине не только Брауна, но еще Майкла Джексона и The Jackson 5, Смоки Робинсона и Арету Франклин. Майкл сказал, что ему не хочется танцевать. Но потом Тим включил I Feel Good, и Майкл все-таки изобразил движения Брауна на деревянном полу – ковер убрали, чтобы не мешал. «I feel good, I knew that I would, now. I feel good… – пел Майкл и двигался, как Браун – I feel nice, like sugar and spice…»[11] Мохаммед был в восторге, аплодировал и смеялся, и все остальные тоже. Брат обожал людей, которые хорошо танцевали. Например, Джеки Уилсона, Джеймса Брауна и Чабби Чекера. А Майкла он вообще считал лучшим танцором на свете, даже лучше Брауна.

В кабинете Мохаммеда стояло два стула и диван: Джексоны заняли стулья, а один из братьев сел на диван с Тимом. Мохаммед уселся за стол. Они обсуждали тур, и вдруг Мохаммед спросил:

– Ребята, вы ведь не колетесь, правда?

– Нет, – ответил Майкл своим мягким голоском.

– Молодцы, – сказал Мохаммед. – Многие певцы балуются наркотой, а зачем? Неужели они не понимают, что развлекать других – это и есть кайф? Для этого не нужны наркотики. Необязательно быть в полубессознательном состоянии, чтобы выступать – надо просто уметь делать людей счастливыми.

Брат ненавидел наркотики. Он не пил, не курил, не имел вредных привычек. Единственной его слабостью были женщины. Майкл тоже старался вести здоровый образ жизни и предпочитал натуральные продукты.

– Ты следишь за своим питанием? – спросил он у Мохаммеда.

– Да, – ответил брат, – всегда, когда тренируюсь. Иначе никак. А ты?

– Конечно, – сказал Майкл, – я на такой диете. Здесь, в Лос-Анджелесе, на бульваре Святого Винсента, есть один ресторан, где готовят только из натуральных продуктов, я туда все время заглядываю, – и он дал брату адрес. – Как-нибудь зайди, попробуй. А лучше, сходим вместе.

В том ресторане подавали здоровую еду. Вероника тоже была за здоровое питание, и в конце концов с Майклом туда пошла она. Мохаммеда тогда не оказалось дома, а Майклу захотелось пойти в ресторан, и он пригласил Веронику.

Рэнди и Тито были очень скромными и тихими ребятами. Не очень общительными. Они только слушали разговор Мохаммеда и Майкла. Сами в него не вмешивались. Если Мохаммед спрашивал о чем-то, отвечали очень лаконично и предоставляли Майклу возможность рассказать поподробнее. Майкл был прирожденным лидером. Неудивительно, что именно он стал самым известным из братьев.

Майклу нужно было в туалет, а он находился на первом этаже, как раз рядом с кабинетом Мохаммеда. Когда Джексон зашел в кабинку, брат встал из-за стола и неслышно подкрался к туалету. Он хотел разыграть ничего не подозревающего гостя. Всем своим весом налег на дверь, ожидая звука спускаемой воды. Майкл попытался выйти, но не смог. Повертел замок, толкнул дверь, ничего не получилось. «Мохаммед, дверь заело, – крикнул он своим детским голоском, – не могу открыть!» Было слышно, как он пытается вытолкнуть ее плечом. Попробовал еще несколько раз и сдался. Мохаммед бросился обратно в кабинет, сел, как ни в чем не бывало, и прокричал: «Давай-ка еще разок!» Майкл ударил дверь плечом изо всех сил и вылетел из кабинки, как пробка. Все так и легли со смеху. «Да, подловил ты меня, парень, ничего не скажешь», – улыбнулся Майкл. Брату нравилось разыгрывать гостей. Помню, через несколько лет он пытался проделать то же самое с одним спортивным журналистом в своем доме в Мичигане. Жертвы всегда сами смеялись до слез над безобидными шутками Мохаммеда.

Джексоны знали о любви брата к розыгрышам, потому что много общались с ним раньше. Они ездили к нему домой в Хэнкок-Парк, а потом и на Восточное побережье, в Нью-Джерси. И, конечно, бывали в Дир-Лейке. Мохаммед ходил на их концерты, а Джексоны частенько заглядывали в отель, где он останавливался, и с удовольствием общались. Они были как дети. Брат всегда говорил, что в их компании он главный красавчик.

Майкл любил Мохаммеда, как и все его братья. Он был немного застенчивым, но очень сильным, учитывая свой невысокий рост. Майкл умел себя защитить и всегда говорил Мохаммеду: «Давай, чемпион, покажи-ка мне пару приемчиков». Им нравилось дурачиться. Они вставали,