Мой брат Мохаммед Али - Фиаз Рафик

как на ринге, и делали вид, что лупят друг друга под дых. Или брат, нанося удар, легонько касался головы Майкла, а тот старался ответить. Джексоны брали уроки восточных единоборств, но из-за постоянных разъездов не могли регулярно заниматься. Интересно, что Джермейн учился в одной группе с Вероникой на курсах актерского мастерства.

А после того, как Мохаммед развелся с Белиндой, случилось кое-что любопытное. Брат и бывшая жена много лет были знакомы с Джексонами. Майкл любил их обоих и нередко заходил в гости, когда они жили на Восточном побережье. После развода Мохаммеда Майкл приезжал в Калифорнию и вообще хотел насовсем туда перебраться. Как-то он пришел к Белинде и признался, что влюблен в нее. Та просто дар речи потеряла. Уж от кого от кого, а от него она совсем этого не ожидала. Майкл хотел встречаться с Белиндой, хотел, чтобы она переехала к нему жить. Однако Белинда сказала: «Малыш, стоп. Нет, нет, нет. Я тебя, конечно, люблю, но как друга». А Майкл ответил: «Нам было бы так хорошо вместе». В те годы Джексона определенно тянуло к женщинам постарше.

Несмотря на отказ Белинды, они сохранили теплые отношения. Белинда подружилась со всей его семьей. Они вместе катались на роликах и гуляли. Она считала Майкла прекрасным человеком и всегда заботилась о нем, как о друге.

Их дружба оставалась крепкой, даже несмотря на все обвинения в адрес короля поп-музыки, которые посыпались на Джексона спустя много лет. И Белинда, и Мохаммед верили тогда, что Майкл невиновен. Я не знаю, что он делал на самом деле, а чего не делал, но могу сказать одно: Майкл был сложным парнем. Он никогда не любил себя, никогда не любил цвет своей кожи. Это само по себе уже очень огорчает. Вот Мохаммед, тот всегда говорил: «Черный – это красиво».

Неудачливый бизнесмен

Никогда нельзя было угадать, кого застанешь у брата дома. Там постоянно кто-то околачивался – Бандини Браун, члены команды или любители халявы, которые присасывались, как пиявки. Эти гости раздражали, когда хотелось спокойно поболтать с братом, и просто выводили из себя, если нужно было обсудить с Мохаммедом деловые вопросы. Больше всего я сочувствовал Барри Фрэнку – финансовому консультанту брата из IMG, который вел его дела в конце семидесятых – середине восьмидесятых. Фрэнк предпочитал обсуждать деловые вопросы с глазу на глаз, но брат неизменно отвечал: «Пусть остаются. Это же друзья. Они могут послушать о моих делах». И делился с Барри очередным планом.

Как-то раз Фрэнк зашел, чтобы обсудить идею брата. Мохаммед опять заладил свое. Но Барри сказал:

– Нет, мы не будем обсуждать деловые вопросы, пока здесь все эти люди. По крайней мере, я не буду, а ты как хочешь.

Но брат был непреклонен:

– Да ладно, все в порядке. Ведь это мои друзья. Они никому не расскажут. Пусть остаются, пусть слушают.

Но здесь уже уперся Фрэнк:

– Я ничего не буду обсуждать, пока они не уйдут. Можешь говорить о своих планах. Пусть все слушают, это твое дело.

Как выяснилось, один друг подкинул Мохаммеду довольно необычную идею. Убедил, что брату стоит начать продажу собственной марки автомобилей под брендом «Али», и Мохаммед сразу поверил, что их с руками оторвут. Помню, с каким недоумением смотрел на брата Фрэнк и с каким раздражением пытался растолковать, что начать производство машин – дело дорогое. Барри сделал все, чтобы объяснить масштаб подобного проекта, но Мохаммед, который в экономических деталях не смыслил ровным счетом ничего, только спросил:

– Мы что, не можем найти эти деньги?

– Нет, – ответил Барри. – Их никто не будет вкладывать. В мире тысячи марок автомобилей, а тебя в этой сфере не знают – ты не автогонщик.

– Но мой друг говорит, это классная идея, – не сдавался Мохаммед.

– А я тебе говорю, что хуже идеи в жизни не слышал! – парировал Фрэнк. – И не позволю тебе в это влезть.

– Ну а мне-то что делать? Что мне ответить этому парню? Как все объяснить? – казалось, Мохаммед расстроился в первую очередь потому, что должен будет отказать другу.

– Сошлись на меня, мол, я сказал – это не идея, а бред сивой кобылы, и забудь о ней, – посоветовал Барри.

Потом кто-то убедил брата, что на рынке не хватает газировки «Мохаммед Али», более того – такой напиток станет популярнее кока-колы. Барри случайно слышал этот разговор. К тому времени уже привык к подобным затеям, но не смог не вмешаться:

– Знаешь, сколько денег нужно на начальном этапе? Представляешь, какую сумму придется потратить на рекламу?

– Понятия не имею, – ответил брат. – Какую?

– Миллионы долларов!

– Ну, мы же можем найти такие деньги, – заявил Мохаммед.

Барри снова попытался растолковать, что это абсурд, но выбить подобные идеи из головы брата было почти невозможно. Словно теперь его больше всего заботило, каким крутым он выглядит в глазах друзей. Вообще-то Фрэнк в тот раз пришел обсудить с Мохаммедом кое-какие важные вопросы, поэтому остался ждать, тщетно надеясь, что гости испарятся. Но куда там. Барри казалось, что брат хочет показать свою важность, власть, заставить белого еврейского парня прислушиваться к его словам. Мохаммед стремился пустить пыль в глаза своей команде – Фрэнк не сомневался, что в этом-то все и дело.

В тот день свита Мохаммеда была в обычном составе под предводительством своего главы, Бандини Брауна – ближайшего друга и советчика. Когда Барри осознал, что Мохаммед не делает попыток спровадить своих приятелей, а сами они не уйдут, давая им возможность обсудить дела наедине, его терпение лопнуло. С отчаянием в голосе Барри сказал: «Как хочешь. Это конец, Мохаммед. Больше я так не могу. Прощай». И ушел после полуторачасового бессмысленного ожидания.

На брата постоянно обрушивались финансовые удары, если он начинал давать деньги на предприятия, у которых не было шансов стать прибыльными. Например, как-то раз его убедили создать Ali’s Trolley – оборудовать в трамвае куриный ресторан, который переезжал бы с места на место. Брат тогда готовился к третьему бою с Кеном Нортоном. К нему подошел очень дружелюбный парень и заявил, что у него есть секретный рецепт KFC – уже тогда очень популярной штуки. Говорил ли он правду? Не знаю, но Мохаммед поверил. Хотя цыплята и правда были вкусными, прибыли это принести не могло. Слишком маленькое помещение, всего шесть столов внутри – покупаешь цыпленка и садишься. Да и нанятый менеджер оказался дураком.

Курочка людям нравилась, но трамвайчик стоял в невыгодном месте – в шикарном районе, а