Фантастическая Русь. От кикимор романтизма до славянского киберпанка. Славянские мифы и фольклор в искусстве и масскульте XVIII–XXI веков - Федор Михайлович Панфилов

лучшим из ее магических творений[231]. Избушка и принесла Бабе-яге бессмертие. Однажды колдунья просто зашла в нее и навеки исчезла. С тех пор избушку видели всего несколько раз, и та всегда приплясывает. Ей даже посвящено отдельное приключение, игровой модуль D&D «Танцующая избушка Бабы-яги» (The Dancing Hut of Baba Yaga, 1995).

«Книга Артефактов», в сущности, предлагала два варианта трактовки образа Бабы-яги. Один – пересказанная мной выше история о могущественной колдунье. Другой же подразумевал трактовку, более близкую к фольклорному оригиналу. В нем Баба-яга представала чудовищной людоедкой. И в дальнейшем в D&D сохраняется ряд аллюзий к сказочной Бабе-яге. Как и в русском фольклоре, Баба-яга летает в большой ступе, помогая себе железным пестом, которым она орудует как веслом, отталкиваясь от земли. А помело (метла), которое тоже есть в сказочном арсенале Бабы-яги, служит для заметания следов[232]. Упоминается, что иногда героям удавалось перехитрить ведьму и засунуть ее в горящую печь. Правда, казалось бы, сгоревшая Баба-яга всегда вновь объявлялась невредимой, что вызвало слухи о ее неуязвимости к огню.

Со сказочным образом Бабы-яги связаны безобразные ведьмы или карги (hags), зачастую питающие пристрастие к человеческому мясу. Карга по имени Баба Лысага (Baba Lysaga) стала опекуньей и наставницей для будущего вампира графа Страда фон Заровича, одного из главных злодеев D&D и ключевого персонажа сеттинга Рэйвенлофт (Ravenloft). В дополнении Frostburn (2005) для D&D 3.5 появляется карга-марзанна (marzanna). Она обязана своим именем польской Мардзане (Marzan(n)a) – мифологическому персонажу, связанному с циклом умирания и возрождения природы (Марене, Моране в других славянских традициях). Той самой Мардзане, которую Ян Длугош в XV веке уподоблял античной богине Церере, как я рассказывал в первой главе.

У Бабы-яги есть три дочери, могущественные и коварные карги: Скабата Паслен (Skabatha Nightshade), Бавлорна Гнилая солома (Bavlorna Blightstraw) и Энделин Лунная Могила (Endelyn Moongrave). Не исключено, что история о трех демонических дочерях Бабы-яги связана с русским фольклором. Например, трех дочерей Бабы-яги обманом засовывает в печь герой сказки «Баба-яга и жихарь», записанной в Пермской губернии (№ 106 в сборнике Афанасьева). Правда, образ трех сестер-ведьм, довольно распространенный в массовой культуре, может также быть связан с персонажами шекспировского «Макбета» и восходит к античным сестрам-мойрам.

Баба-яга и ее Пляшущая Избушка в D&D. Иллюстрации из The Book of Artifacts Дэвида Кука. 1993.

В фольклоре упоминаются «падчерицы» Яги («Сказка о Василии-королевиче»). Баба-яга из D&D также удочерила девушку Наташу по прозвищу Темная. Из простой смертной та превратилась в могущественную архфею, демонолога и архимага, сменив имя на Таша, а затем стала зваться Иггвилв. Именно с ней связано заклинание Отвратительный смех Таши (Tasha's Hideous Laughter). Оно вызывает у противника дикие приступы смеха, от которого тот падает плашмя и корчится от хохота, не в силах подняться.

Имеется здесь и свой Кощей, показанный в одной из версий бестиария Tome of Beasts для D&D 5e как суровый седобородый старик в темных одеждах. Но более интересен великан по имени Кощчие (Kostchtchie), который обязан Кощею Бессмертному своим именем и такой деталью биографии, как надежно спрятанная жизнь. В D&D это Князь Гнева, владыка демонов и божество морозных великанов. Кощчие не слишком умен, легко впадает в приступы ярости и больше всего любит лупить людишек молотом.

Кощчиево оружие называется Маталоток (Matalotok) – авторы игры, не мудрствуя лукаво, просто исказили русское «молоток». Бессмертие Кощчие получил благодаря Бабе-яге. Вначале он был просто уродливым человеком. Из-за насмешек над его внешностью Кощчие стал впадать в ярость и расправляться с обидчиками, однажды даже сокрушив голыми руками череп вождя своего племени. Баба-яга дала Кощчие набор проклятых черепов, своего рода матрешку, внутри которой скрывался черный бриллиант. В камень Кощчие и переместил свою душу, использовав для этого темные чары.

Став бессмертным, Кощчие начал разрастаться в размерах, постепенно превратившись в огромного безобразного великана. Небесному паладину удалось уничтожить череп с черным бриллиантом и сразить Кощея, отправив его душу в населенную демонами Бездну. Там Кощей возродился в демонической форме и вернулся к своим сокрушительным развлечениям. Тогда он и обзавелся Маталотком, полученным от ведьмы Таши, ученицы Бабы-яги.

На сказочного Кощея в D&D также похожи чародеи-личи (lich), ставшие нежитью ради бессмертия. Подобно Кощею, прячущему жизнь в яйце, личи хранят свою жизненную силу в особом предмете – филактерии (лат. phylactērium, от греч. φυλάσσειν «охранять, защищать»).

Домашние духи-домовые (domovoi) в Рашемене живут в домах как людей, так и ряда других рас. Это волосатые человечки, перемазанные в копоти и саже, неуязвимые для огня и способные управлять им, как и дымом. Домовые наряжены в лохмотья, выброшенные хозяевами дома. Обычно не показываясь на глаза, они активны ночью и помогают поддерживать дом в порядке. Довольные домовые гудят себе под нос, недовольные – вздыхают и стенают. Чтобы умилостивить домовых, им делают небольшие подношения, например хлеб-соль, завернутые в платок. Домовой может поставить на крышу три скрещенные палки, обозначив, что хозяева дома. Эти же палки могут полететь в того, кто не приглянется домовому.

Водяные (vodyanoi), обитающие в глубоких пресноводных водоемах, больше похожи на обычных подводных монстров из бестиария. Это огромные чудовищные создания со склизкой зеленой шкурой, мощными челюстями и перепончатыми когтистыми лапами. Водяные, как правило, одиночки и ревностно охраняют свою территорию. Они разумны, но не слишком склонны к размышлениям, предпочитая уму физическую силу и агрессию.

Встречаются в D&D и девы-лебеди (swanmay), впервые упомянутые в 1983 году в «Энциклопедии чудовищ II» (Monster Manual II). Это оборотни, но не простые. Девы-лебеди входят в тайное сестринство, куда принимают только представительниц человеческой расы. Им дают зачарованный пернатый наряд или волшебное кольцо, и пока дева-лебедь носит его, она может превращаться в птицу. Я не вижу оснований считать, что девы-лебеди D&D вдохновлены именно славянским фольклором, поскольку подобные волшебные создания встречаются в преданиях самых разных народов, в том числе германцев и кельтов. Однако в некоторых случаях дева-лебедь все же напрямую связывается со славянской мифологией, хотя обычно это происходит в других вариантах игры.

Дело в том, что D&D оставляет определенный простор для создания собственных сеттингов. Используя базовые правила этой ролевой системы, при достаточном упорстве и увлеченности можно придумывать новые вселенные. А ролевая игровая система d20, опубликованная в 2000 году Wizards of the Coast, служит основой для ряда игр со «славянским» сеттингом. В сборнике «Мороз и мех. Путеводитель путешественника по морозным землям» (Frost & Fur. The Explorer's Guide to the Frozen Lands), изданном в 2004 году и основанном