История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

Наряду с этим существуют и другие сведения. Так, Цицерон (de re р. II, 8, 14) говорил, что Ромул на три трибы разделил народ (populum). По словам Дионисия (II, 7, 2), Ромул поделил всю массу народа на три части (τριχη... τήν πληθύν δ, πασαν)[945]. Этому же следовали и некоторые более поздние авторы, как, например, Ампелий (49, 1). Он также писал о древнейшем (antiquissima) распределении римского народа на три трибы, противопоставляя его более позднему разделению Сервия Туллия (49, 2). Ампелий явно был довольно образованным человеком и использовал в своей небольшой «Памятной книжке» различных более ранних историков, включая Саллюстия[946], так что возможно, что и в этом пассаже воспроизведены данные писателей республиканского времени. Из этих данных вытекает, что на трибы были разделены и граждане тоже[947].

Возникает естественный вопрос, по какому принципу было проведено это деление, и, соответственно, каков был характер этих трех триб. Дионисий (II, 7, 2–3) сравнивает трибы и курии с греческими филами и фратриями. В гомеровской и раннеархаической Греции фила была высшим объединением родовых групп в рамках соседской общины, доставшимся в наследство от далекого первобытного общества[948]. Стадиально римское общество времени первых царей было в известной степени близко к гомеровскому и архаическому греческому[949]. Поэтому такое сравнение Дионисия тоже до известной степени правомерно. Но только «до известной степени». При всей стадиальной схожести с греческим римское общество обладало и собственными чертами, что выражалось и в характеристиках римских триб и курий. Греческая фила обычно соотносится с племенем как высшей структурой родового общества. Что же касается римских триб, то они были в первую очередь подразделениями свободных граждан и не имели признаков, характерных для племени как социально-этнического организма[950]. Может быть, для лучшего понимания римских триб лучше обратиться к италийскому материалу.

В Италии лингвистическим аналогом римской трибы была умбрская trifo-. Анализ этого термина показал, что речь идет о территориальной организации в противоположность tota- как организации политической[951]. По словам Феста (358L), в этрусских книгах ритуалов предписано делить людей по трибам, куриям и центуриям. Действительно, в этрусской Мантуе народ был тройной (triplex) и каждая часть делилась еще на четыре разряда. Вергилий (Aen. X, 201–202), говоривший об этом, сам был уроженцем этого города, что заставляет с доверием отнестись к его словам. Комментируя этот пассаж, Сервий (X, 202), писал, что в Мантуе народ делился на три трибы и четыре курии. Это положение вполне можно отнести и ко всем этрусским городам. Судя по этим параллелям, триба являлась в первую очередь территориальной единицей.

Традиция подчеркивает, что сам Рим был основан в соответствии с этрусским ритуалом. В таком случае правило деления людей по трибам и куриям должно было быть действенным и для Рима. Авл Геллий (XVIII, 7, 5) приводит слова Веррия Флакка, что когда речь идет о трибах и декуриях, говорится о месте, о праве и о людях (pro loco et pro iure et pro hominibus). На первое место опять же помещается территориальный аспект трибы. А главное, нет никакого упоминания о родовых связях, об общих предках, общем культе и других характеристиках племени. Сам Флакк активно использовал труды своих предшественников[952], так что его материал воспроизводит довольно древнюю традицию. Правда, встает вопрос: о каких трибах идет речь? Как об этом будет сказано позже, в VI в. царь Сервий Туллий провел радикальную трибутную реформу, введя строго территориальные трибы вместо существовавших ранее Тициев, Рамнов и Луцеров. Не могут ли слова Флакка относится именно к сервиевским, а не к «ромуловым» трибам? В какой-то степени ответ лежит в одновременном упоминании триб и декурий. Разделение на декурии, как об этом уже говорилось, традиционно связывалось с Ромулом. Сервиевские трибы прямого отношения к декуриям не имели. Поэтому очень вероятно (хотя некоторая доля сомнения, естественно, остается), что слова Флакка, унаследовавшего богатую антикварную традицию, относились именно к тем трем трибам, о который сейчас идет речь. Упоминания некоторых античных авторов о связях названий триб с именами Ромула, Тита Тация и этруска Лукумона привели к предположению, что первоначально трибы возникли на этнической основе: Рамны — латины, Тиции — сабины, Луцеры — этруски[953]. Контакты римлян с этрусками были довольно оживленными, но говорить о значительном этрусском элементе в римском населении, так чтобы этруски составляли чуть ли не треть граждан, нет оснований[954].

По-видимому, трибы оставили в римской исторической памяти столь смутный след, что потомки могли мало что о них сказать. Единственное, что в этой связи известно, что на трибы был разделен ager Romanus. Это означает, что каждая триба не только объединяла треть римских граждан, но и обладала определенной частью римской территории[955]. Таким образом, триба выступала не как родовой институт, а как единица территориального деления[956]. С другой стороны, Дионисий (IV, 14, 2) прямо называет эти трибы родовыми (γενικάς). Не исключено, что и в этом случае присутствует определенная аберрация автора, стремящегося как можно больше приравнять римские институты к греческим. Но все-таки просто отбросить прямое сообщение нельзя. По-видимому, каждая триба была все же связана с определенными родами, проживавшими на данной территории. Одновременно она являлась «рекрутским округом». Триба имела и религиозный аспект. По словам Цицерона (de re р. II, 9, 16), Ливия (X, 6, 7) и Дионисия (II, 22, З)[957], каждая триба имела своего авгура[958]. По-видимому, трибы поставляли и весталок[959]. Во главе триб стояли трибуны (Plut. Rom. 20; Serv. Aen. V, 560). Они, по-видимому, командовали соответствующей частью армии, но какова была их роль в других сферах жизни и каким образом они оказывались во главе триб, неизвестно.

Гораздо большее значение для жизни Рима имели курии. Характерно, что Помпоний (Dig. I, 2, 2, 2), говоря о разделении Ромулом римского народа, вовсе не упоминает трибы, а сразу говорит о куриях, куриатном законе и собрании. Видимо, юристам позднего времени трибы были совершенно неинтересны, и, с юридической точки зрения, значение имели именно курии. Римская пехота представляла собой куриатное ополчение[960]. По куриям, как об этом будет говориться позже, собирались комиции, т. е. народное собрание, и каждая курия независимо от ее численного состава имела там один голос. Сам термин «курия» римские эрудиты выводили от слова cura — забота