История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

(Var. L. L. V, 155; VI, 46). Большинство современных исследователей считают этот термин производным от *co-vir-ija — союз мужей[961]. В условиях родового общества это мог быть мужской союз. В римской ситуации это слово стало обозначать основную структурную единицу гражданского коллектива.

Народное собрание собиралось именно по куриям, а не по трибам. Курии официально избирали царей и своим законом (lex curiata) вручали им империй, т. е. высшую военную власть. Совокупность курий образовывала римский народ — populus Romanus. Точнее, первоначально под римским народом, вероятнее всего, подразумевалась совокупность воинов куриатного ополчения (по-видимому, не только воюющих и готовых к войне, но и отвоевавших, т. е. мужчин старшего возраста). Некоторые ученые сопоставляют термин «курия» с именем бога Квирина и считают его покровителем римского народа как совокупности курий[962]. Второе название римлян «квириты» тоже связывается и с куриями, и с Квирином[963].

Во главе каждой курии стоял курион (Var. L. L. VI, 46; Dion. Hal. II, 7, 3), а культовую жизнь курии возглавлял фламин (Paul. 64)[964]. Существовала должность высшего куриона — curio maximus (Liv. III, 7, 6)[965]. Он явно возглавлял всю систему курий, но каковы были его функции и как он соотносится с царем, неизвестно. В каждой курии имелся также ликтор, созывавший членов курии на собрание (Gell. XV, 27, 1). Более поздние надписи засвидетельствовали существование малого куриона — curio minor[966]. Еще в XIX в. было высказано мнение об идентичности малого куриона и ликтора[967]. Имели ли он еще какие-либо функции, мы не знаем и можем лишь предположить, что это был помощник куриона[968]. Курии имели свои помещения, которые тоже назывались куриями, где находились алтарь и очаг, возле которого члены курии собирались на общий пир (Var. L. L. VI, 46; Dion. Hal. II, 23, 2; Paul. 64). Первоначально было одно помещение на всех (возможно, курии пользовались им поочередно), в котором горел общий очаг (Dion. Hal. II, 23, 2; Macrob. Sat. I, 12, 6). Пир был одновременно очень важным культовым действием и символом единства курии как общественно-религиозного организма. Может быть, именно тогда решались и различные внутренние дела курий. Во всяком случае, известно, что решения члены курий принимали большинством голосов (Dig. 50, 1. 19). Покровительницей курий считалась Юнона Курита (Dion. Hal. II, 50, З[969], но вероятно, что отдельные курии тоже могли иметь в божественном мире своих покровителей. Курии имели и свои празднества — Форнакалии (Ovid. Fasti II, 513–532) и Фордицидии (Ovid. Fasti IV, 629–672). Установление этих празднеств приписывается Нуме, но в действительности это очень древние земледельческие праздники, воспроизводившие архаические крестьянские обряды[970]. В новых условиях они приобрели и новое значение, став праздником, объединявшим курии.

Дионисий (II, 7, 4) писал, что Ромул после распределения всего народа по трибам, куриям и декуриям разделил землю на тридцать равных участков, предоставив каждый участок отдельной курии. Бросается в глаза, что опять же структурной единицей оказывается не триба, а именно курия. Ромул, как об этом уже говорилось, на земле, завоеванной у соседей, получил свой земельный участок, ставший его собственностью как царя, а участки на этой земле Нума якобы распределил между нуждающимися римлянами. Следовательно, те участки, о которых говорил Дионисий, относились к коренной земле Рима. Можно уверенно говорить, что курии были территориальными единицами «римского поля». Что касается самого города, то в нем находились помещения, служившие центрами курий и носящие названия самих курий. Можно предположить, что и часть города в округе этого центра тоже составляла территорию соответствующей курии[971].

Встает естественный вопрос о соотношении триб и курий. Казалось бы, этот вопрос совершенно ясен, поскольку и Дионисий (II, 7, 2–3), и Плутарх (Rom. 20) недвусмысленно говорят, что трибы были разделены на курии. Но это греческие писатели. Им было важно пояснить своим греческим читателям особенности римского общественно-политического устройства, для чего он назвал эти единицы привычными греческими словами «фила» и «фратрия». Дионисию также было важно и на этом примере доказать эллинский характер Рима. Деление триб на курии, как и греческих фил на фратрии, должно было, с его точки зрения, еще раз продемонстрировать это. Поскольку фратрия являлась подразделением филы, то из этого вытекало и то, что курия — подразделение трибы. Однако между греческими фратриями и римскими куриями существовала принципиальная разница[972]. Эллинские фратрии, как, пожалуй, и подобные объединения в Италии, возникали естественным путем в ходе эволюции родового общества. Они, действительно, были подразделениями филы[973]. Римские курии, как и трибы, были созданы искусственно для структуризации первоначального чрезвычайно разнородного населения Рима, и функции их были гораздо более разнообразны. Одно это ставит под вопрос утверждения эллинских писателей. Римские авторы не связывали курии и трибы. Цицерон (de re р. II, 8, 14) просто говорит, что Ромул разделил римлян на три трибы и тридцать курий. Ливий (I, 13, 6), упоминая деление Ромулом народа на тридцать курий, вообще молчит о трибах. Уже говорилось, что для поздних юристов первоначальные трибы вовсе не существовали, и они, как Помпоний, говорили только о куриях. Тот факт, что не трибы, а курии играли важную роль в политической структуре раннего Рима, показывает, что трибы и курии были мало связаны между собой, если вообще были связаны. Греческие фратрии являлись в первую очередь культовыми объединениями[974]. Курии же имели и культовое, и экономическое, и политическое, и военное значение.

По преданию, разделение римского народа на трибы и курии Ромул произвел уже после примирения с сабинами (Cic. De re р. II, 8, 14; Liv. I, 13, 6–7; Plut. Rom. 20)[975]. Это может означать, что структуризация раннего римского общества возникла не сразу после основания города, а лишь после объединения римской общины с сабинской. Это объединение настолько увеличило численность римлян, что без разделения их на структурные единицы дальнейшее существование общины было невозможно.

Традиция приписывает Ромулу создание всех тридцати курий, которые он якобы назвал по именам похищенных сабинянок (Cic. De re р. II, 8, 14; Liv. I, 13, 6; Dion. Hal. II, 7, 2; 47, 3; Plut. Rom. 20; Dig. I, 2, 2, 2; Vir. III. 2, 12; Serv. Aen. VIII, 638). Однако известно о существовании двух видов курий — старых (curiae veteres) и новых (curiae novae) (Тас. An. XII, 24; Fest. 174М). Варрон, как сообщает Дионисий (II, 47, 4), утверждал, что курии частично были названы по именам вождей курий, частично по пагам,