История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

или оторвавшиеся от своей естественной родовой среды. Сейчас установлено, что в досолоновской Аттике далеко не все население было объединено в роды, и сама принадлежность к тому или иному роду рассматривалась как знак особого происхождения[1027]. Тем более такое положение должно было существовать в Риме в самом начале его истории[1028]. Характерно, что Ромул и Рем не имели родового имени. Если верить традиции и сообщениям римских антикваров, у латинов ранее были только «простые», т. е. личные, имена. Сабины же, которые столкнулись с римлянами и затем с ними объединились, являлись частью естественной этнической общности, и никаких сведений, ни письменных, ни археологических, об их искусственном создании нет. Поэтому гораздо более вероятно, что они явились в нижнюю долину Тибра уже разделенные по родам и, может быть, фамилиям. Фест (86) утверждал, что само слово familia заимствовано у осков, у которых оно означало «рабство». Современные ученые в принципе согласны с оскским заимствованием, но связывают его не с рабством, а с домом[1029] В умбро-сабелльских языках, действительно, есть слово famelo или famelias, означающее «домашнее хозяйство»[1030]. Сабины были сабелами, и они вполне могли принести с собой это слово в Рим.

Клиентела

По преданию, Ромул распределил плебс по знатным родам, сделав знатных людей покровителями плебеев (Cic. De re р. II, 9, 16; Dion. Hal. II, 9, 2–3; Plut. 13; Fest. 233M). Учитывая, что плебс как определенная категория римского населения возник не раньше правления Анка Марция, можно предположить, что более поздние античные авторы, частично перенося на столь давнюю эпоху свои представления, под тогдашними плебеями подразумевали тех римлян, которые не входили в родовую систему[1031]. Если это так, то можно сказать, что, во-первых, определенная часть римских первопоселенцев (включая сабинов) уже была структурирована по родам и фамилиям, в то время как другая стояла вне этой системы, и во-вторых, что включение в эту систему остального населения явилось результатом не постепенного распространения родовых отношений на всю совокупность римлян, а волевого акта главы общины. По-видимому, с этого времени двухчленная ономастическая формула стала обычной. В Этрурии, как об этом говорилось, такая формула была характерна для аристократии, в то время как «простые» люди имели только одно личное имя. В Риме два имени носили все граждане-мужчины. Те люди, которые ранее были вне родовой системы и теперь были включены в существующие роды, оказались на положении их младших членов. По-видимому, именно в этом можно искать происхождение клиентелы[1032]. В таком случае главы тех фамилий, в которые люди, ставшие клиентами, были включены, превратились в их патронов.

Ремесленные коллегии

Возможно, существовал и другой источник клиентелы. Рим с самого начала был значительным экономическим центром. Само расположение на пересечении сухопутного (в том числе очень важного соляного) и речного пути делало Рим идеальным местом самых различных контактов. Как уже говорилось, греческая керамика здесь засвидетельствовала уже в VIII в. Тогда же отмечено и наличие этрусских материалов. Традиция приписывает Нуме Помпилию создание ремесленных коллегий. Даже если эти коллегии возникли не сразу и не по воле второго царя, ясно, что в царское время в Риме уже существовало специализированное ремесло. Без такого ремесла невозможно была бы строительная деятельность Анка Марция. Правда, Дионисий (II, 28, 1–2) утверждал, что Ромул повелел заниматься ремеслом только иноземцам и рабам, оставив свободным гражданам лишь земледелие и войну. Но с другой стороны, рассказ Плутарха о создании Нумой коллегий ясно говорит, что речь шла об объединениях граждан. Тот же Плутарх (Numa 13) сохранил имя искусного художника Ветурия Мамурия, якобы изготовившего такие искусные щиты, что их нельзя было отличить от ниспосланного Юпитером. Предание о Мамурии прочно вошло в римскую мифологию, как это видно из «Фаст» Овидия (III, 380–392) и «Элегий» Проперция (IV, 61). Ученые нового времени обычно считают его этруском[1033]. Однако особых оснований, на наш взгляд, для этого нет. В Риме был известен древнейший род Ветуриев сабинского происхождения, и хотя утверждается, что к мифическому Мамурию этот род отношения не имеет, но это утверждение основано лишь на якобы этрусской принадлежности художника[1034]. Сами римские авторы, даже этруск Проперций, об этрусском происхождении Мамурия не говорят. Во всяком случае, нет оснований считать Мамурия пришлым иноземцем. Презрение к ремесленникам явно проявилось в Риме значительно позже царского времени, когда ремеслом стали заниматься преимущественно бывшие рабы, зачастую достигая своим трудолюбием хороших материальных успехов и вызывая этим зависть своих свободнорожденных конкурентов[1035]. Поэтому надо согласиться с тем, что ремесло в Риме было развито, и занимались им далеко не только пришельцы[1036]. Такое значительное экономическое развитие неминуемо вело к имущественному расслоению. В Риме, как и в других местах Лация, выделение богатой аристократии отмечено археологам, по крайней мере, с VIII в., а то и раньше. Следовательно, в римском обществе не мог не появиться слой людей, изначально принадлежавших к римскому народу, но обедневших. Античные историки рассказывают о мероприятиях Нумы Помпилия и Тулла Гостилия, направленных на улучшение положения таких обедневших римлян. Но, как бы ни оценивать эти мероприятия, они были разовыми актами, приуроченными, если верить авторам, к началу правления, и решить проблему кардинально они, естественно, не могли. Поэтому такие люди были вынуждены искать покровительства более богатых и знатных соотечественников. В таком случае они могли признавать себя клиентами аристократических фамилий со всеми вытекающими отсюда последствиями[1037].

Клиентела была одним из самых устойчивых и в то же время самых древних институтов римского общества[1038]. Недаром мифологическая традиция пыталась возвести происхождение самого слова «патрон» к имени некоего Патрона, спутника Эвандра, который якобы выступал покровителем всех несчастных (Plut. Rom. 13). Но уже и сам Плутарх, сообщивший эту версию, отнесся к ней весьма скептически. Клиентела являлась также и специфически римским установлением[1039]. Даже Дионисий (II, 9, 2), сравнивавший римских клиентов с фессалийскими пенестами и афинскими поденщиками (θήτας), сразу же подчеркивал их различие. Не исключено, что подобный институт существовал у этрусков[1040], но имеющийся материал не дает возможности утверждать это.

Клиенты представляли собой вид людей с особым статусом, ясно отличавшим их от других категорий римского гражданства[1041]. Они были людьми лично свободными (этим они отличались от рабов), но зависимыми. Их можно считать частью той группы лиц, которые входили в фамилию «по праву». Между клиентами и патронами устанавливалось некое квази-родство, и патрон выступал как субститут отца. У клиента, таким образом, оказывалось