Пышка не для Дракона - Лиссбет Котцова

class="p1">Я посмотрела на Северта.

– Очень приятно снова вас видеть.

– Взаимно.

Он аккуратно поднял первый лист.

Тот самый, хозяйственный.

Прочитал.

Перевернул.

Осмотрел край.

Потом внутренний.

Никакой магии.

Никакого эффектного сияния.

Человек просто работал с бумагой.

Это мне нравилось.

Через несколько минут Северт попросил:

– Откуда взята пачка?

Нора показала шкаф наверху.

– Все бумаги были вместе?

– Старые входящие и хозяйственная переписка, которую не успели полностью разобрать после сокращения писарей.

– Порядок сохранялся?

Она поморщилась.

– Частично.

– То есть нет.

– Если вам хочется именно такого ответа, да.

– Мне хочется точного.

– Тогда часть писем лежала по датам, часть по назначению, остальное складывали туда, где оставалось место.

Северт вздохнул.

– Прекрасно.

– Это заразно, – сказала я. – Каэр тоже использует это слово, когда всё особенно плохо.

Каэр даже не поднял головы.

– Продолжайте расследование, Вера.

Северт резко посмотрел на него.

Моё настоящее имя прозвучало при человеке, который пока не знал правды.

Я замерла.

Каэр тоже понял.

Поздно.

Нора была в другом конце комнаты и, кажется, не обратила внимания.

Северт обратил.

Разумеется.

Его взгляд скользнул с Каэра на меня.

– Вера?

Я спокойно ответила:

– Потом.

Несколько секунд он изучал моё лицо.

– Ненавижу это слово.

– Теперь мы квиты.

Он вернулся к документам.

Но я знала: вопрос никуда не исчез.

Сегодня их просто стало слишком много.

Происхождение внешнего письма установили быстрее, чем я ожидала.

На нём стояла отметка одного из перевалочных складов Астенов.

Не Речного двора.

Другого узла в торговой сети.

Нора принесла старый журнал входящей корреспонденции.

В нём нашлась запись о пакете.

Дата.

Отправляющая точка.

Номер хозяйственного письма.

Имя ответственного служащего.

Северт провёл пальцем по строке.

– Элмар Дейн.

Имя ничего мне не сказало.

Нора подняла голову.

– Знаю.

Мы все повернулись.

– Лично? – спросил Северт.

– Видела несколько раз. Он работал у Астенов много лет.

– Должность?

Она задумалась.

– Счётная часть одного из перевалочных складов. Старший служащий, если ничего не изменилось.

Каэр уже открыл другую папку.

– Не изменилось.

Северт посмотрел.

– Откуда?

– Риан присылал штатные данные по складам после нашей проверки.

Он нашёл страницу.

Элмар Дейн.

Сорок девять лет.

Старший счётный служащий.

Долгая служба у Астенов.

Я прочитала дважды.

– Он мог иметь доступ к таким данным?

Северт не ответил сразу.

– К части.

– Каэр?

– К торговым партиям да. Не ко всей военной документации.

– Значит, если эти номера настоящие...

– Он мог видеть торговую сторону цепочки, – сказал Каэр. – Но не обязан был знать назначение всего груза после передачи.

Это соответствовало схеме, которую мы уже находили.

Каждый человек знает кусок.

Именно поэтому сеть могла существовать долго.

Я снова посмотрела на спрятанный фрагмент.

– Почему он вложил это в обычное письмо?

Северт поднял глаза.

– Пока неизвестно.

– Письмо предназначалось Речному двору.

– Да.

– Кому конкретно?

Нора взяла внешний лист.

Перечитала.

– Формально управляющей.

– Вам?

– Да.

Я посмотрела на неё.

– Вы его получали?

Нора долго изучала дату.

Потом покачала головой.

– Не помню.

– Не надо угадывать.

– Я и не угадываю. В тот период через контору проходили десятки таких писем.

Северт указал на отметку.

– Приём зарегистрирован.

Нора нахмурилась.

– Значит, пришло.

– Но второй лист вы раньше не видели.

– Нет.

Она ответила уверенно.

– Если бы увидела такую таблицу, я бы не оставила её среди счетов за крышу.

Верил я ей или нет, пока значения не имело.

Но я верила.

Не из симпатии.

По поведению.

Нора слишком хорошо понимала документы, чтобы спокойно пройти мимо второй системы номеров.

– А Лиора? – спросил Каэр.

Нора посмотрела на меня.

Потом на него.

– Что Лиора?

– Она могла получить письмо лично?

– Нет. В те дни её здесь не было.

Я почувствовала, как внутри что-то складывается.

– Когда письмо пришло?

Северт назвал дату.

Четыре дня до моего пробуждения.

Я сразу поняла.

До Веры.

После диверсии.

После разрыва помолвки.

Лиора уже находилась под ограничениями в Тейране.

– Она не могла его увидеть, – сказала я.

– Похоже, нет, – ответил Северт.

Впервые фрагмент стал не только доказательством.

Он стал трагедией опоздавшего письма.

Кто-то добыл то, ради чего Лиора рисковала.

Спрятал.

Отправил в её личное имущество.

А она так и не узнала, что документ существовал.

Я подошла к окну.

Во дворе Бран уже начал обычную работу, как будто внутри конторы не становилось всё хуже.

Не для меня.

Для Лиоры.

Она несколько недель искала подтверждение.

Лгала.

Нарушала правила.

Потеряла доверие Каэра.

Поссорилась с братом.

Её общественно уничтожили.

И через два дня после разрыва нужный фрагмент был уже в пути.

Только не к ней.

– Где сейчас Элмар? – спросила я.

Ответа не было.

Я повернулась.

Северт смотрел в журнал.

Слишком долго.

– Что?

Он поднял голову.

– Мёртв.

В комнате стало тихо.

– Когда?

– Четыре дня до вашего пробуждения.

Та же дата.

Почти.

– Как?

– Дорожное происшествие.

Я почувствовала неприятный холод.

Белый фургон.

Мокрая дорога.

Моя смерть.

Совсем другое место.

Совсем другой человек.

Но слова почему-то ударили.

– Какое?

Северт перелистнул свои записи.

– Экипаж сошёл с дороги на опасном участке. Возница погиб. Дейн тоже. Первичная проверка не нашла признаков нападения.

– Первичная.

Он посмотрел на меня.

– Да.

– Дело закрыли?

– Как несчастный случай.

Каэр медленно подошёл к столу.

– Теперь откроете снова.

Это прозвучало не вопросом.

Северт не возмутился.

– Теперь у меня есть основание запросить материалы.

Я смотрела на имя.

Элмар Дейн.

До этого он был просто строчкой в журнале.

Теперь стал человеком, который увидел несоответствия раньше большинства.

Аккуратный счётный служащий.

Не воин.

Не герой тайной войны.

Человек, всю жизнь работавший с цифрами.

И однажды цифры начали лгать слишком явно.

Мне было легко представить.

Слишком легко.

Сначала думаешь, ошибка.

Потом проверяешь.

Находишь вторую.

Третью.

Понимаешь, что исправления появляются задним числом.

Что номера меняются.

Что груз физически идёт не туда.

После этого у тебя два варианта.

Сделать вид, что не заметил.

Или рассказать.

Элмар рассказал Лиоре.

Потому что она первая отнеслась серьёзно.

А потом умер.

Я не знала, убили ли его.

Пока нет.

Но слово «несчастный случай» перестало звучать нейтрально.

Северт потребовал собрать все документы Элмара, которые находились в Речном