Битва темных душ - Вероника Фокс

— Что он здесь забыл? — процедил Раум, голос звучал жёстко, с едва сдерживаемой угрозой. — Если ты сделаешь хоть шаг…

— Нет, — тихо сказала я, не отрывая взгляда от Дариуса. — Подожди…

В этот миг Дариус ухмыльнулся и сделал шаг вперёд.

Раум напрягся, мышцы под кожей словно окаменели. Я вытянула руку, удерживая его на месте. Что-то здесь было не так. Если бы Дариус хотел навредить, он бы уже это сделал.

Но он не атаковал. Подойдя к краю пригорка, он молча разжал ладонь и бросил к моим ногам небольшой предмет.

Это был амулет. Он упал в золу с тихим звоном и замер, окутанный чёрным дымом.

Дариус смотрел на меня долго, пристально, будто пытался прочесть что-то в моих глазах. Я ответила тем же взглядом, но слова застряли в горле, язык словно прилип к нёбу.

Раум не стал ждать. Он сорвался с места, и тёмное пламя сорвалось с его ладони, устремившись к Дариусу. Но в тот же миг Дариус растворился в чёрном вихре — пламя прошло сквозь пустоту, не встретив сопротивления.

Его больше не было.

Я опустила взгляд на амулет. Медленно наклонилась.

И в тот же миг мир взорвался видением.

Перед глазами встаёт замок из чёрного мрамора. Тронный зал, тяжёлый, безжизненный. Бруно неподвижно восседает на троне. Он будто высечен из той же тьмы, что заполняет пространство. У подножия, в золотой клетке, сидит Веспера. Её взгляд пустой, лишённый надежды, а по щеке медленно катится слеза.

Холодная, одинокая.

Рядом с троном нходится Дариус. Он преклоняет колено перед Бруно… Но его ладонь, скрытая за спиной, сжата в кулак. И в этом кулаке пульсирует осколок.

И вдруг я слышу его внутренний голос, как собственное сомнение, ставшее чужим.

«Не верь тому, что видишь. Я не твой враг. Когда придёт время, дай мне сделать то, что я должен. Не останавливай меня, пожалуйста».

Слова бьют прямо в грудь, лишая воздуха.

Видение гаснет резко… Я снова стою посреди выжженной деревни, пальцы судорожно сжимают холодный амулет.

В ушах звенит эта фраза, снова и снова, въедаясь в сознание:

«Не останавливай меня, пожалуйста».

Глава 9

— Ты в порядке? — спросил Раум, подходя ко мне. Он осторожно поднял меня на ноги.

Я всё ещё не могла прийти в себя после того, что только что видела. Мир будто слегка сдвинулся с места и никак не хотел вставать обратно.

Раум, словно читая мои мысли, тихо добавил:

— Ты что-то видела?

Я не ответила. В глазах начинало двоиться, и я сама не понимала почему. Ощущение было такое, будто кто-то пытался протиснуться в мою голову, нащупать путь сквозь мысли, оставить там свой след.

Раум пытался поймать мой взгляд, крепко обхватил плечи, удерживая на месте.

— Аврора, не молчи! Скажи хоть что-нибудь!

Наконец я подняла глаза и посмотрела на него. Его взгляд на секунду помог зацепиться за реальность, удержаться на краю.

— Всё… в порядке, — выдавила я, хотя сама не верила ни единому слову.

— А по тебе так и не скажешь, — выдохнул демон, и его голос дрогнул на последнем слове.

— Нам нужно двигаться дальше, — я опустила взгляд на амулет, который по-прежнему сжимала в руке. И в тот же миг меня накрыла нарастающая боль: она пронзила виски, заставила зажмуриться.

В ушах поднялся белый шум. Он заглушал всё вокруг, стирая границы между реальностью и кошмаром. Я почувствовала, как чужое присутствие вгрызается в меня: будто кто-то хватает моё сердце и сжимает его в кулаке, выжимая из него последние капли сил.

— Аврора!

Перед глазами вспыхнула картина — чёткая, невыносимо реальная: Филипп сражается с Марком. Он отбивается, но силы его на исходе. Моё сердце пропустило удар, а потом зашлось в бешеной, панической пляске.

— Аврора? — Раум тряхнул меня за плечи, стараясь вернуть в реальность, удержать здесь, рядом с собой. — Что случилось? Скажи!

— Филипп, — выдохнула я, переводя взгляд на Раума. По щеке скользнула слеза — откуда она взялась, я не знала. — Ему нужна наша помощь.

— Ты идти можешь? — голос Раума звучал сдержанно.

Я неуверенно качнула головой, будто проверяя, выдержит ли тело ещё хоть шаг. В висках всё ещё пульсировала боль, а перед глазами на мгновение поплыли тёмные пятна.

Раум бросил короткий взгляд на амулет, зажатый в моей руке, и спросил:

— Ты уверена, что это не из-за него?

— Не знаю, — я откашлялась, усилием воли распрямила спину и сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе хоть каплю собранности. — Но времени у нас нет. Нужно идти.

Раум на секунду поджал губы, сжав их в тонкую ниточку, а затем решительно кивнул. В следующий миг пространство вокруг нас дрогнуло, и мы стремительно телепортировались к Зыблому лесу.

Мы материализовались на опушке. От телепортации у меня закружилась голова — казалось, сама магия пытаясь выбить меня из колеи. Я тут же облокотилась на камень, и мой взгляд устремился вдаль.

Поляна впереди кипела: огромные оборотни, покрытые бурой шерстью, с клыками, грозно торчащими из пастей, рвались сквозь поредевший строй защитников. Те держались из последних сил — их становилось всё меньше, а усталость брала своё.

Среди этого хаоса мой взгляд тут же выхватил Марка. Он был полон сил — и, как мне казалось, даже мощнее Агнес. Даже в человеческой форме он выглядел внушительно: на две головы выше меня, с широченными плечами. В руках он сжимал тяжёлый двуручный меч, светящийся адским пламенем.

Марк сражался с Филиппом, и я видела, как Филипп отступает — хромая, прижимая руку к боку. По его пальцам стекало что-то тёмное и густое, совсем не похожее на кровь.

— Дело дрянь, — замечает Раум, всё ещё не решаясь оставить меня.

— Ты иди, — выдыхаю я, стараясь выровнять дыхание. — Я догоню.

— Ты сама в это веришь? — хмыкает Раум.

Я перевожу на него взгляд. Чёрт… Он прав. Я взвалила на себя слишком многое.

— Если мы отступим, — заявляю я, пытаясь подняться на ноги, и, к собственному удивлению, мне это удаётся, — мы проиграем. А я этого не хочу.

— Твоё упрямство заведёт тебя в могилу.

— Я уже одной ногой там, Раум. Но не отступлю от начатого. Доведу дело до конца.

— Ты же знаешь, что я не дам этому случиться? — спрашивает он, помогая мне восстановить равновесие.

Я не отвечаю. Просто смотрю ему в глаза и — чёрт возьми — так отчаянно хочу, чтобы у нас всё получилось. Раум, кажется, читает эти мысли и едва заметно улыбается краешком губ.

— Помоги им.