Фабрика смерти - Ота Краус

их уничтожить, они выстроили заключенных и приказали им идти в Освенцим I. Нацисты застрелили 180 заключенных, которые собирались в дорогу слишком долго. На половине пути между Биркенау и Освенцимом появился эсэсовец на мотоцикле, и все эсэсовцы разбежались.　

26 ЯНВАРЯ

Мы ухаживали за больными. Весь день было спокойно. Нацистов больше мы не видели. Канонады тоже не слышно.　

27 ЯНВАРЯ

Прекрасный, солнечный зимний день. До обеда все тихо, однако мы возбуждены бесконечным ожиданием. В 15 часов услышали шум у главных ворот. Помчались туда. Там мы увидели первых советских солдат. Они не успевали подать всем руки и выслушать выражения благодарности. Некоторые заключенные размахивали красными платками. Но вот советский сержант сказал, что патруль должен двигаться дальше. Солдаты пошли дальше на запад.　

Еще через час к лагерю подошло большое советское военное соединение. Солдаты осмотрели бараки и прочие постройки лагеря. Затем они расставили посты и выдали нам продовольствие. Мы были освобождены.　

Советские врачи и медсестры осмотрели всех больных, стараясь спасти каждую жизнь. В лагере в то время было 2819 человек, в том числе 200 детей в возрасте от 6 до 14 лет. Советские солдаты торжественно похоронили около 100 заключенных, расстрелянных немцами в последний момент.　

Мы узнали, что в Кракове находится ставка 1-го чехословацкого корпуса, и тотчас же отправились туда. Первую ночь мы провели в Моновицах, а на следующий день советские солдаты доставили нас в Краков. Нас приняли в состав чехословацкой армии. Вскоре мы уже сражались на линии Гуменне — Попрад. Остатки гитлеровской армии бешено сопротивлялись, но все это уже было напрасно.　

Мы дождались того, во что уже не верили. Тысячи раз нас приговаривали к смерти, тысячи раз мы погибали, тысячи раз мы чувствовали себя забытыми всем миром. И вот теперь, в мае 1945 года, мы с оружием в руках освобождали нашу Прагу!»　

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Этой книгой, нашим свидетельством, мы рассчитываемся с недавним прошлым, с теми страшными годами, которые прожили в проклятом Освенциме, в мире страшных преступлений и нечеловеческих зверств.　

В течение двух лет днем и ночью мы видели языки пламени и дым, поднимавшийся из труб крематория, слышали стоны и крики невинных женщин и детей, вдыхали воздух, отравленный запахом обугленных человеческих костей и человеческого мяса.　

И хотя мы уже до Биркенау прошли суровую школу трехлетнего пребывания в нацистских тюрьмах и концентрационных лагерях, условия жизни в Биркенау произвели на нас в первые дни нашего пребывания в лагере страшное и гнетущее впечатление. В те дни мы находились на грани наших душевных и физических сил.　

Но страшнее всего не собственные страдания. Гораздо тяжелее здоровому человеку видеть муки и гибель беззащитных людей и беспомощно ожидать такого же конца своей жизни.　

Теперь мы выступаем в качестве свидетелей и как свидетели должны говорить только правду. И мы говорим ее.　

Мы рассказываем о том, что видели, слышали и сами пережили.　

В атмосфере ненависти и садизма мы все время старались сохранить самое ценное — здоровый рассудок и человеческие чувства. Все наши чувства превратились в слух и зрение. Мы должны были все видеть и слышать.　

В живых мы остались просто чудом.　

И мы видели святую обязанность всех, кто боролся против фашизма, в том, чтобы никогда не забывать, что только окончательное искоренение фашизма во всем мире может обеспечить людям безопасность, мир и счастье!　

Мы понимали, что причиной освенцимского преступления был германский империализм, доказавший свое вырождение тем, что науку и технику поставил на службу массового истребления целых национальных групп и готовился к уничтожению всех народов Центральной Европы. Германские империалисты преследовали главную цель: накопление капиталов и захват новых экономических позиций путем убийства и грабежа. Они не ограничивались одним грабежом, а использовали и физическую силу своих жертв на тяжелой работе и для опытов, а также обрабатывали даже трупы жертв как сырье для своей промышленности.　

Жизнь в лагере была отравлена ядом национализма.　

Прогрессивно настроенные заключенные всех национальностей встали на борьбу с фашизмом. Под руководством коммунистов, в самых тяжелых условиях сохранивших волю к победе, они организовали движение сопротивления.　

Фашисты не закончили своего преступления. Советская Армия спасла народы Центральной Европы от фашистской чумы и физического истребления. Если бы не Советский Союз и его героическая Советская Армия, то вся земля стала бы одним гигантским концентрационным лагерем, а его газовые камеры — фабрики смерти — были бы филиалами заводов И. Г. Фарбениндустри.　

Январь 1946 года　

СПУСТЯ ГОДЫ

Руины фабрики смерти в Бжезинке, около Освенцима, все более разрушаются. Бывший лагерь Биркенау зарос густой и высокой травой. Нигде на свете не растет такая трава, как там… Она поднимается из земли, насыщенной человеческой кровью, из земли, орошенной слезами и потом миллионов заключенных.　

Те, кто приезжает в наше время в Польшу, у кого есть желание, возможности и время, обычно посещают и Освенцим. В местном музее они видят документы о величайшем в истории человечества преступлении. Эти документы хотя бы приблизительно расскажут о размерах преступления, совершенного людьми, украсившими свою одежду свастикой и черепом с костями.　

После войны большинство нацистских преступников предстало перед судом человечества. Но не все. Преступные замыслы об уничтожении целых народов возникли в нацистской Германии еще задолго до войны. Фашисты уже тогда начали строить концентрационные лагеря — фабрики смерти. Об этом неоспоримо свидетельствуют документы нацистских архивов, опубликованные во время международных процессов над военными преступниками.　

Наблюдая за развитием событий за последние десять лет, мы часто задаем вопрос: сколько убийц из Освенцима разгуливает еще по свету? Сколько непосредственных виновников освенцимского преступления занимают в настоящее время ответственные посты и влияют на политическую жизнь своей страны? Этой страной является прежде всего Западная Германия, государство, где свободно выступают бывшие эсэсовцы, к помощи которых в паническом страхе за свои денежные мешки прибегают монополисты и банкиры.　

В Западной Германии об Освенциме не говорят и не пишут: ведь там виновников и участников освенцимского преступления гораздо больше, чем пострадавших и свидетелей. Нас, бывших узников Освенцима, осталось мало, и мы разбросаны по всему свету. Многие из нас хотят забыть об Освенциме, как о злом сне.　

Поджигателям войны, Круппам, акционерам И. Г. Фарбен, Шнейдер-Крезо и другим очень повезло. Никто ни днем, ни ночью не кричит им в ухо: «И вы помогали убивать людей в Освенциме!»　

А ведь одно попадание авиационной бомбы в такие заметные объекты, как языки пламени, вырывающиеся из печей крематориев, могло спасти жизнь миллионам