Красные ночи - Генрик Цибульский

«Я знаю не больше твоего. Во всяком случае, партизаны им доверяют. Наверняка они знают их поближе, раз решили воспользоваться их помощью. К тому же, далеко бы они не ушли...»

Мы начали готовиться к походу. Василевский и Житкевич отправились к Коваленко, чтобы обсудить детали операции, а в лагере началась обычная суета. Чистили и проверяли оружие, раздавали дополнительные боеприпасы, готовили перевязочные материалы.

Нам вспоминались приготовления к походу на Тростянец и Омельно. Теперь нас ждала не менее тяжёлая задача. Деревня, расположенная в двадцати километрах от Пшебраже, наверняка таила в себе много неожиданностей. Особенно то, что мы слышали о подготовке и вооружении власовцев, могло оказаться для нас опасным, даже если мы застанем их врасплох.

В состав отряда Пшебраже вошли две роты под командованием Тадеуша Войницкого и Щепана Каминского, а также взвод отряда «Дрзаги», приведённый «Орликом»277.

Поздно вечером 27 октября 1943 года вся ударная группа выдвинулась к месту сбора в Выдранку. После окончательного согласования деталей и распределения задач оттуда выдвинулись в направлении Винцентовки на встречу с советским отрядом.

И снова, как и во время похода на Тростянец, нам сопутствовала ненастная погода: моросил холодный осенний дождь и дул порывистый ветер. Одежда была пропитана влагой, холод проникал до мозга костей.

Местом встречи были Творимерские хутора, полностью опустевшие в результате набегов банд в июне и июле.

В ожидании прибытия советского отряда мы здесь остановились, в заброшенных постройках семьи Крупских. Партизаны, укрываясь от назойливого дождя, втиснулись в жилище и плотно заполнили просторный сарай.

Через несколько минут советский отряд вошёл в посёлок. Произошли краткие приветствия, и командиры немедленно приступили к определению окончательного плана атаки.

Как следовало из рассказов двух жителей Словатичей, отряд УПА занимал восточную окраину деревни со стороны Пшебраже. Власовцы дислоцировались в школе, примерно в центре деревни. План был следующим:

- отряд капитана Коваленко обойдёт деревню с окружности и займёт позиции с запада;

- силы из Пшебраже займут восточную окраину Словатичей;

- вблизи главной дороги, у небольшого деревенского кладбища, будут развёрнуты усиленные дозоры;

- задачей сил из Пшебраже будет в назначенное время атаковать район кладбища, захватить его и дождаться результата переговоров;

- чуть раньше двое «переговорщиков» войдут в деревню, изложат власовцам ситуацию и попытаются склонить их перейти на сторону партизан.

Войницкий и Коваленко наклонились над часами и при тусклом свете лампы сверили время. Прозвучали тихие приказы. Оба отряда двинулись в путь.

Сначала партизаны шли быстрым, непринуждённым маршем. Пока им ещё не нужно было соблюдать тишину.

Тёмная безлунная ночь поглощала марширующую колонну. Лесная дорога, пролегающая среди мокрых деревьев и кустов, производила впечатление какого-то гигантского туннеля. Лишь силуэты идущих впереди товарищей указывали направление и давали ощущение безопасности в толпе.

Прошла полночь, когда колонна, ведомая двумя жителями Словатичей, вышла из леса. Деревня уже была неподалеку. Советский отряд теперь отделился от основной группы и свернул налево. Вместе с ними пошли проводники. Роты Пшебраже остались одни, полагаясь только на собственную ориентацию.

Через несколько десятков метров перед нами мелькнуло более тёмное пятно. Это было кладбище, вокруг которого и должно было развернуться главное сражение.

Подождав некоторое время, необходимое посланникам, чтобы добраться до деревни и начать переговоры с власовцами, роты начали приближаться к кладбищу.

Реакции дозорных пришлось ждать недолго. Раздались два выстрела, произведённых бульбовцами для оповещения деревни. Вспышки выстрелов привлекли на себя огонь противника. Однако уповцы не дали себя окружить и застать врасплох. Под покровом темноты они отступили в деревню. Кладбище оказалось в наших руках.

Оказалось, что на окраине кладбища находились импровизированные окопы. Предназначенные скорее для дозорных и патрулей, они не могли вместить всех партизан. Каминский и Войницкий отдали приказ немедленно укрепиться в окопах.

С грохотом лязгали лопаты. В мрачной обстановке, среди тёмных очертаний наклонённых крестов, выкапывали укрытия и устанавливали пулемёты.

Вскоре работы были завершены. Ночь и тишина, нарушаемые лишь звуком легкого дождя, вновь окутали кладбище.

Когда мы, готовясь к атаке, молча ждали результатов переговоров, неожиданно подверглись нападению сами.

Как оказалось, стычка с дозорными УПА подняла тревогу как у уповцев, так и у власовцев. В мгновение ока все их силы перешли в полную боевую готовность.

Советский отряд ещё не успел окружить деревню и занять выгодные позиции, как с противоположной стороны на кладбище обрушилась лавина уповцев и власовцев. Они стреляли уже с дальнего расстояния, стремясь сразу же прижать нас к земле.

Однако в кромешной тьме они не смогли нас разглядеть, а мы укрылись в окопах, предусмотрительно вырытых сразу после захвата кладбища. Этот факт оказался решающим в сражении за Словатиче. Партизаны, отлично замаскированные, выдержали первоначальный шквал огня. Только когда первые бульбовцы приблизились на расстояние броска гранаты, командиры немедленно отдали приказ:

«Огонь!»

По сравнению с ураганным грохотом нескольких десятков пулемётов, винтовок и пистолетов-пулемётов, которыми располагали объединённые отряды противника, наши выстрелы звучали гораздо слабее, но их эффект был ошеломляющим.

Волна наступающих таяла на глазах. Мы били по ним, как по мишеням.

Ряды врага сломались. Ни уповцы, ни власовцы не ожидали такого сопротивления. Уверенные в силе своего огня, они думали, что сметут с лица земли всё, что попадётся им на пути.

В то же самое время капитан Коваленко, предчувствуя, что переговоры сошли на нет, дал сигнал к атаке.

Советские партизаны подбежали в тот момент, когда атака уповцев уже проваливалась, а власовцы сдавались целыми группами. Теперь исход битвы за Словатиче был предрешён.

Уповцы, которым не удалось сбежать с поля боя, гибли, оказавшись между двух огней.

Выжили лишь несколько десятков власовцев, которые достаточно рано бросились в бегство.

Все эти события развернулись буквально за несколько минут. На поле боя воцарилась тишина, прерываемая лишь отчаянными стонами раненых.

Капитан Коваленко не скрывал своей радости.

«Вы выдержали, поляки! Вот это молодцы!»

Причины для удовлетворения были более чем очевидны. Погибло более двадцати уповцев и несколько власовцев. Несколько десятков сдались и сложили оружие. Потери партизан по сравнению с разгромом уповцев были не такими внушительными: из советского отряда погибли два человека, несколько были ранены. Из польского отряда погиб стрелок Губала, тот самый, которого подозревали в шпионаже в пользу немцев. Во время самой ожесточённой перестрелки он поднял голову на несколько сантиметров выше, чем следовало, и пуля попала ему прямо в центр лба.

Власовцы, среди которых преобладали узбеки, не выглядели расстроенными. У каждого из них были причины для удовлетворения, раз уж им удалось выйти целыми из этого ада. Также без колебаний они согласились на предложение перейти на сторону