Битва под Адрианополем. Закономерная случайность - Андрей Валерьевич Банников

class="p1">По приказу Валента к Дунаю были отправлены специальные лица, чтобы организовать переправу варваров на римский берег. Они должны были проследить за тем, чтобы перевезены были все до единого, включая даже тех, кто был поражен смертельной болезнью. Когда же был уничтожен один готский отряд, попытавшийся силой пробиться на римскую сторону, то римские офицеры, ответственные за это дело, были отрешены от своих должностей за то, что нанесли ущерб государству[72].

Перед тем как оказаться на римском берегу, готы должны были отдать все свое оружие. Однако римские военачальники, которые переправились через Дунай, чтобы забрать его, предпочли захватывать рабов, а не следить за исполнением полученного приказа[73]. По распоряжению Валента сначала перевезли не достигших совершеннолетия представителей знатных семейств. Их разместили по римским городам в качестве заложников[74]. Вслед за тем остальные варвары получили разрешение перейти на правый берег и занять отведенные им во Фракии местности. Переправа проходила на римских кораблях и на лодках-долбленках; наиболее отважные пытались добраться вплавь. Многие из переселенцев утонули как из-за того, что уровень воды в реке поднялся из-за разлившихся дождей, так и из-за переполненности судов.

На каком условии принимали задунайских иммигрантов, не совсем ясно. Аммиан утверждает, что они получали статус колонов[75], Орозий пишет, что варвары были приняты без всякого договора[76]. Наконец, согласно Зосиму, готы обещали Валенту быть «верными союзниками»[77]. Возможно, речь в данном случае идет о том, что переселенцы получали прежний федеративный статус.

Увидев, что тервинги переселились во Фракию, их примеру захотели последовать опекуны Витерика Алафей и Сафрак, а также вождь Фарнобий. Однако их послы получили отказ, который демонстрирует, что римское правительство действовало не так необдуманно, как это представляется Аммиану: убежище было предоставлено лишь тем, с кем у Империи с давних пор были установлены контакты и с кем, очевидно, было стремление восстановить прерванные войной связи.

Атанарих, который когда-то настоял на том, чтобы мир был заключен во время его встречи с Валентом на середине Дуная, понимая, что император не простит ему гордыню, двинулся со всеми своими людьми в гористую, поросшую лесами область под названием Кавкаланда, вытеснив оттуда сарматов[78].

Относительно причин, побудивших готов взяться за оружие и выступить против «своих благодетелей», наши источники в основном согласны друг с другом. Это невыполнение римскими властями взятых на себя обязательств, тяжелые условия, в которых оказались готы, наконец, голод, доведший их до последней крайности[79]. Нам даже известны имена тех, кто несет ответственность за сложившуюся ситуацию, — это комит во Фракии Лупицин и полководец Максим — корыстолюбцы, желавшие обогатиться всеми средствами, не задумываясь о последствиях[80]. Даже Аммиан, не питающий особой симпатии к переселенцам, вынужден признать, что они стали жертвами чудовищной несправедливости.

А Лупицин и Максим дошли до того, что предлагали страдавшим от голода готам вместо продовольствия собак, требуя в качестве платы за каждую собаку по одному рабу, при этом не останавливались даже перед тем, чтобы уводить сыновей старейшин[81].

Первыми на римском берегу были приняты со своими людьми вожди Алавив и Фритигерн. В соответствии с императорским приказом, им должны были выдать необходимый провиант и предоставить земли для поселения. Но римские власти вместо обещанного продовольствия стали намеренно задерживать переселенцев на берегу Дуная «ради позорного торга». Наконец, когда среди готов уже начали раздаваться возмущенные голоса, во главе своих войск прибыл Лупицин и стал торопить их с выступлением. В это самое время толпы гревтунгов, воспользовавшись тем, что контроль над Дунаем ослаб, наскоро сколотили плоты, переправились на римский берег и разбили лагерь неподалеку от лагеря тервингов.

Подчиняясь полученному приказу, Фритигерн и Алавив двинулись вперед и через несколько переходов достигли Маркианополя. Лупицин пригласил готских вождей на пир, однако запретил кому-либо из варваров входить внутрь стен и окружил их стоянку вооруженными караулами. Это еще более озлобило готов, которые просили комита позволить им сделать в городе необходимые закупки съестных припасов. Неудивительно, что перепалка, произошедшая между горожанами и готами, вылилась в открытое столкновение, закончившееся тем, что несколько готов были схвачены. Тогда их соплеменники, пришедшие в ярость, накинулись на отряд солдат и всех их перебили.

В это время полупьяный и полусонный Лу-пицин возлежал за пиршественным столом. Получив донесение о беспорядках, он тут же приказал расправиться с выстроившимися перед дворцом готскими оруженосцами, сопровождавшими своих вождей в качестве почетного конвоя.

Когда слух о произошедшем распространился среди стоявшей под городом толпы, то, полагая, что их предводители взяты в качестве заложников, готы взбунтовались. Фритигерн крикнул Лупицину, что дело может обернуться большим кровопролитьем, если ему с товарищами не позволят успокоить народ. Комит распорядился выпустить вождей из города. Но, оказавшись на свободе, они думали уже только о войне, а не о примирении.

Эти события подтолкнули всех тервингов к тому, чтобы перейти к открытым грабежам и нападениям на римлян. Повсюду начали рыскать их шайки, опустошая и сжигая селения там, где им для этого предоставлялась возможность.

Поспешно собрав войска, Лупицин попытался уничтожить восставших. В девяти милях от Маркианополя он дал готам сражение, но был наголову разбит, потеряв большую часть солдат, знамена и многих офицеров. А готы облачились в римские доспехи и стали действовать еще смелее, нигде не встречая сопротивления[82].

Еще до этих столкновений отряды готов под командованием Сферида и Колии прибыли в Адрианополь. Они должны были провести в этом городе зиму, а по весне отправиться в Сирию, где Валент собирал силы для войны с Персией. Когда Сферид и Колия узнали о событиях под Маркианополем, они отнеслись к ним спокойно, не желая подвергать опасности собственные жизни. Неожиданно они получили приказ перейти на Геллеспонт. Тогда готские предводители попросили выдать им провиант, путевые деньги и разрешить двухдневную отсрочку. Однако градоначальник, гневавшийся на готов за то, что они разорили его имение, воспринял эту просьбу весьма враждебно и решил самостоятельно расправиться с варварами. Раздав оружие фабричным рабочим и городской черни, он приказал им уничтожить готов. Те, увидев, что им угрожает смерть, решились на открытый бунт. Перебив большое количество нападавших, они обратили остальных в бегство. После этого сняли с убитых доспехи, взяли их оружие и, когда к городу подошел Фритигерн, присоединились к нему. Они даже решили попытаться захватить Адрианополь, но скоро выяснилось, что, будучи совершенно незнакомы с осадным делом, не в состоянии причинить городу какой-либо вред, в то время как их люди гибли в большом числе под его стенами от различных метательных снарядов.