После нас - Катерина Затула

— Нет, зайка.

— Неа.

— Зайка, ну пожалуйста.

— Неа.

— Ты вся в отца.

Алиса нахмурилась ещё сильнее и посмотрела на меня с таким возмущением, будто я только что нанесла ей личное оскорбление. Я немедленно передумала.

— Моя дочь, — улыбнулась я. — Определённо моя.

Я посадила её перед зеркалом.

— Посмотри, какая красивая девочка.

Алиса увидела своё отражение, потрогала бант и неожиданно улыбнулась. Я смотрела на неё и чувствовала, как к горлу медленно подступает ком. Красивая до невозможности. Тёмноволосая, кареглазая, серьёзная. Настолько похожая на Никиту, что теперь мне самой было трудно понять, как я вообще рассчитывала скрывать очевидное.

Я присела рядом и обняла её сзади. В зеркале мы выглядели нарядными, почти праздничными: Алиса в светлом платье, я — в белом шёлке и бриллиантах. Можно было подумать, что мы собираемся на семейный праздник, а не к адвокатам. Только наша семья всегда состояла из нас двоих. Сегодня у Алисы официально появится отец. Всё остальное не должно было иметь значения. Не сегодня.

Алиса поймала мой взгляд в зеркале, нахмурилась и дотронулась ладошкой до моей щеки.

— Мам.

— Всё хорошо, зайка. — Я поцеловала её в висок. — Просто мама немного волнуется.

Телефон завибрировал:«Иван внизу».Ровно десять. Конечно. Я написала:«Мы спускаемся».Ответ появился мгновенно:«Я в машине».

Сердце дёрнулось. Я перечитала сообщение ещё раз. Никита приехал сам. Я быстро подошла к зеркалу в прихожей. Поправила волосы, промокнула губы салфеткой и нанесла ещё один слой помады. Затем одёрнула платье на бёдрах, повернулась боком, проверяя, как оно сидит, и только после этого поймала собственный взгляд и замерла.

— Господи, Аверина…

Он говорил о тебе со своей бывшей женой так, будто ты шлюха. Пять дней не приезжал. Не извинился. Прислал вместо себя дорогое платье и банковскую карту. А тебе хватило одного сообщения о том, что он стоит внизу, чтобы броситься к зеркалу и проверять, достаточно ли хорошо выглядит в этом платье твоя задница. Хотя это уже было откровенной глупостью. Моя задница всегда выглядела охренительно. Более того, я совершенно объективно считала её одной из лучших частей своего и без того безупречного тела.Так зачем я вообще её проверяла? Вопрос риторический. И абсолютно унизительный.

Он не школьник, которого нужно впечатлять на выпускном. А ты не девочка, впервые собирающаяся на свидание. Сегодня мы едем оформлять документы. Только документы. Поэтому отойди от зеркала, Аверина. И перестань поправлять платье.

Я тяжело вздохнула, подняла Алису на руки и вышла из квартиры. Лифт спускался медленно. Слишком медленно. Я смотрела на меняющиеся цифры и чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее.

— Мама, — Алиса потянула меня за локон.

— Всё хорошо.

Она не спрашивала. Это я снова убеждала себя. Двери лифта открылись. Мы прошли через холл и вышли на улицу. У подъезда стоял чёрный «Мерседес». Иван ждал возле водительской двери. Увидев меня, широко улыбнулся, но почти сразу перевёл взгляд на заднее сиденье, словно напоминая, что сегодня соблюдает безопасную дистанцию не по собственной воле.

Задняя дверь открылась, и из машины вышел Никита. Тёмно-синий костюм без единой складки, белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей, без галстука. Пиджак идеально сидел на широких плечах, на запястье привычно блеснули часы. Всё тот же спокойный, собранный Азаматов, которого невозможно застать врасплох.

Он поднял голову и увидел меня. Остановился. Его взгляд медленно прошёлся по моему лицу, задержался на губах, скользнул к бриллиантам, а затем опустился ниже — по тонким бретелям, груди, талии и обтянутым белым шёлком бёдрам. Никита смотрел молча. Откровенно. Значительно дольше, чем позволяла обычная вежливость, и чуть меньше, чем мне хотелось. Внутри поднялась тёплая волна удовлетворения. Именно такой реакции я добивалась всё утро, старательно убеждая себя, что совершенно её не жду. Я тут же разозлилась на себя.

— Доброе утро, — произнесла я.

Он продолжал смотреть.

— Никита?

— Я услышал.

Голос прозвучал немного хриплее обычного.

— Тогда почему не отвечаешь?

Его взгляд ещё раз скользнул по платью и вернулся к моим глазам.

— Пытаюсь вспомнить, куда именно мы едем.

Я невинно подняла брови.

— К адвокатам.

— Точно.

Он перевёл взгляд на Алису и его лицо изменилось. Жёсткость исчезла из глаз. На несколько секунд он просто замер, разглядывая дочь в светлом платье и белых туфельках.

— Привет, Алиса. — сказал он мягко.

Алиса посмотрела на него, потом робко улыбнулась. Она потянулась к часам на его запястье. Он подошёл ближе и протянул руки, но остановился, не коснувшись её.

— Можно?

Вопрос предназначался мне. Я кивнула и передала ему дочь. Никита принял её осторожно, уверенно поддерживая под спину. Алиса сначала напряглась, потом устроилась удобнее и сразу коснулась его часов.

— Ся.

— Часы, — поправил он.

— Ся.

— Хорошо. Пусть будут «ся».

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри что-то болезненно сжимается. Сегодня Никита войдёт в жизнь Алисы официально. Но, кажется, на самом деле он уже вошёл. И значительно глубже, чем я была готова признать. Никита поднял на меня глаза.

— Ты всё взяла? Паспорт? Свидетельство?

— Да.

— Точно?

Раздражение вспыхнуло мгновенно. Будто без его руководства я могла забыть не только свидетельство о рождении, но и самого ребёнка.

— Никита, я полтора года одна оформляла все документы Алисы. Поверь, я способна собрать одну папку без твоего контроля.

— Не сомневаюсь, — произнёс он негромко. В голосе появились знакомые стальные ноты. — Поэтому перестань видеть попытку тебя контролировать в каждом моём вопросе. Я спросил — ты ответила. На этом всё.

Я уже открыла рот, собираясь возразить, но Никита окинул меня неторопливым взглядом с головы до ног и добавил совершенно другим тоном:

— И ты шикарно выглядишь.

Все приготовленные слова мгновенно исчезли. Я несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, не послышалось ли мне.

— Что?

Никита ответил не сразу. Его взгляд скользнул по моим губам, опустился к груди, задержался на талии и прошёлся ниже. Спокойно, откровенно, почти раздевая. Так, будто тонкий белый шёлк совершенно не мешал ему видеть всё, что находилось под ним. Когда он снова посмотрел мне в глаза, его взгляд стал темнее.

— Я сказал, что ты шикарно выглядишь. И если бы сегодня речь шла не об Алисе, до машины ты бы не дошла. А теперь садись, пока я всё ещё