Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

Как известно, условия бывают благоприятные и неблагоприятные, начну с последних. До образования Китайской Народной Республики на протяжении долгого времени страной управляли реакционеры, в то время мало кто придавал значение исследованию восточных языков. На протяжении всей своей многотысячелетней истории Китай успешно создавал и развивал торговые, культурные и дипломатические отношения со всем остальным миром. Все мы тесно связаны друг с другом. При династии Цин многие интеллектуалы, преклоняясь перед Европой и Америкой, считали себя «высшими китайцами», а к соотечественникам относились с особым презрением, равно как и к прочим азиатским народам. Разумеется, несмотря на подобное мнение, жить и работать большинству из них приходилось среди «презренных китайцев», что они и делали, упиваясь одним лишь своим статусом «высших». Поскольку эти настроения главенствовали в научных кругах, изучать восточные языки никому и в голову не приходило. Эти люди видели перед собой Европу и Америку и были убеждены что учить английский и французский выгодно. Выбор для изучения любого восточного языка (за исключением японского) расценивался как сумасбродство. Постепенно все это привело к обеднению научной базы, материалов было крайне мало, и занимались восточными языками немногие. Население Китая составляет свыше пятисот миллионов человек, но некоторые из восточных языков знают буквально единицы, да и уровень владения этими языками вызывает вопросы. Чтобы воспитать молодые кадры, необходимы преподаватели, в идеале – носители языка, искать которых придется в соответствующих странах. Об исследовательской работе говорить в такой ситуации очень сложно. Поскольку материалы для научных изысканий не накапливались, за короткое время создать доступные для исследовательской работы читальные залы или архивы невозможно. История некоторых библиотек СССР насчитывает более сотни лет, а у нас нет даже самого минимального – учебных и вспомогательных материалов. О какой тогда литературе для исследований можно говорить?

Но, несмотря на безусловно драматическую ситуацию, существуют и положительные моменты. На мой взгляд, именно ими нам и следует руководствоваться. Географически наша страна находится в Азии, как и интересующие нас государства. У нас общие границы, а потому нам удобно поддерживать контакты, да и просто иметь общее представление друг о друге. Я называю это «географическим преимуществом». А еще важнее история. Китай – древняя цивилизация, которая на протяжении всей своей истории имела торговые, дипломатические и культурные связи с другими странами Азии. За последние несколько тысячелетий в Китае сменилось много династий, и каждая в период своего подъема прежде всего составляла историю предыдущей. Взгляды, которые отражены в исторических документах, необязательно верны, а записи не могут быть абсолютно точными и детальными. Возможно, их писали с некими определенными целями, но эти хроники неизменно составлялись. Более того, они основывались на реальных фактах. Помимо официальных, составлялись и частные летописи в различных стилях и с различной композицией. Все вместе это огромное богатство. Ни по количеству, ни по качеству наши исторические источники не уступают историческим источникам других народов мира. В большинстве этих документов повествуется о событиях внутри Китая, но в некоторых из них самым подробным образом излагается история других стран, например Кореи, Японии, Бирмы, Сиама, Индии или арабских государств.

Также немало монахов и последователей буддизма отправлялись из Китая в чужие края за новыми знаниями. Почти во всех путевых заметках, составленных ими, объективно и тщательно описаны конкретные события и места. Эти источники – ценнейшие сокровища в деле изучения истории Азии, узнать которую, не будь их, было бы куда труднее. Однако я вовсе не хочу сказать, что нужно довольствоваться только этими книгами, не менее важны и местные источники. А если собрать все эти ценные материалы вместе, то они могут сыграть огромную роль в исследованиях.

Некоторые исторические документы обнаружены давно и уже хорошо изучены, однако не стоит забывать, что благодаря археологическим раскопкам постоянно появляется что-то новое. Смею предположить, что многое еще даже не обнаружено археологами! Эти свидетельства истории – тексты, предметы – представляют собой ценнейший материал для изучения культурных обменов между азиатскими странами. Например, в конце XIX – начале XX века в Синьцзяне при раскопках были найдены артефакты, потрясшие всю мировую научную общественность. Естественной реакцией на это стал возросший интерес к изучению Центральной Азии. Сейчас большую часть Синьцзяна занимают необитаемые пустыни, а в прошлом в этом важнейшем транспортном узле сливались воедино культуры Запада и Востока. Неизвестно, сколько еще артефактов, хранящих сведения о языках, литературе, искусстве, истории и географии стран Азии, скрывается в руинах посреди пустынь. При раскопках уже сделаны крайне любопытные находки, но изучена лишь небольшая их часть. А подсчитать, сколько до сих пор не извлечено из-под земли, и вовсе не представляется возможным. Ранее археологам в своих поисках приходилось полагаться на удачу, теперь же эта работа ведется планомерно и, я уверен, в ближайшем будущем принесет свои плоды. С появлением новых материалов нам удастся получить ответы на многие вопросы, связанные, например, с культурным обменом между азиатскими странами. Для китайских ученых наличие собственных древних письменных исторических документов и потенциальная возможность обрести новые – весьма благоприятное условие.

Благоприятные условия для научной работы, к сожалению, не гарантируют избавления от всех трудностей. Помимо нехватки кадров и материалов, основное противоречие в исследованиях на современном этапе сложилось между требованиями учебного процесса и непосредственно научной работой. Правительство поручило университетским специалистам по восточным языкам создать резерв переводческих кадров, которые отличались бы высокой моралью, физическим здоровьем, словом, достойных строителей социализма.

Изучение иностранных языков – восточных или любых других – подразумевает развитие по всем направлениям: в аудировании, разговорной речи, письменном языке и чтении. Это почетная, но очень непростая задача. Тех человеческих и материальных ресурсов, которые нам доступны сейчас, маловато для ее выполнения, а потому нам потребуется приложить максимум усилий. Именно сейчас самое время перенять передовой опыт СССР в этой сфере и обучить наших студентов в соответствии с реальной обстановкой.

Однако принципы обучения языкам едины, а вот условия у всех разные. Для нас острой проблемой является крайне малое количество пособий – словарей, учебников грамматики и книг для чтения. В высших учебных заведениях Советского Союза многие из восточных языков просто не преподавались, а из тех, что все-таки были доступны, мы на данный момент получили учебные материалы только по японскому.

То есть всю необходимую базу пособий нам придется создавать с нуля. А с учетом того, что грамматическую систему некоторых восточных языков прежде никто не изучал ни в Китае, ни за рубежом, задача представляется крайне сложной. Также, как я уже говорил, нам не хватает кадров. Мои друзья – специалисты по восточным языкам – ежедневно трудятся над составлением пособий,