Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

- И это тебя пугает?

- И радует, - призналась Гвендолин. - Очень. Я давно не чувствовала себя такой… живой.

Уэна села рядом, укутываясь в одеяло.

- Серлин умеет быть пугающе настоящим. Особенно когда перестает все контролировать.

- Он дрожал, - вдруг сказала фейри. - Совсем чуть-чуть.

- Значит, ты для него важна.

Гвендолин кивнула, но улыбка стала тише.

- А если я ему мешаю? У него видения, пути, ответственность… А если я - просто пауза?

Уэна посмотрела на нее серьезно.

- Ты - не пауза, - сказала она твердо. - Ты - выбор. И если он выбрал тебя, значит, впервые выбрал не будущее, а себя.

Гвендолин сглотнула.

- Мне страшно.

- Мне тоже, - призналась Уэна. - Но это хороший страх.

Они помолчали.

- Ты знаешь... Когда он говорил про жизнь здесь… в поселении… - она улыбнулась снова, осторожно. - Мне захотелось остаться.

Уэна почувствовала, как что-то теплое разливается внутри.

- Тогда, может быть, у нас у всех появится дом.

Гвендолин поднялась, уже собиралась выйти, но вдруг остановилась у двери.

- Уэна… Можно еще кое-что?

- Ты сегодня вообще не спишь, я смотрю.

Фейри улыбнулась и снова села рядом. На этот раз - увереннее.

- Твой друг Эррон.

Уэна вздохнула и откинулась на подушки.

- А что он?

- Он влюблен, – проговорила девушка без тени сомнения. - И очень злится на себя за это.

Уэна повернула голову.

- Ты серьезно?

- Абсолютно. Он не злой. Он… потерянный, - фейри чуть склонила голову. - И ревнивый. Не к нам. К тому, кем ты становишься.

- Он признался мне давно. Я ему сразу сказала, что не могу ответить взаимностью.

- И он это принял, - кивнула Гвендолин. - Но не отпустил. Такие всегда говорят, что все понимают. А потом страдают молча и ждут, что мир подстроится под их боль.

- Это жестоко, - нахмурилась Уэна.

- Нет, - мягко возразила Гвендолин. - Это по-человечески.

Уэна прикрыла глаза.

- Я не хочу его терять.

- Ты его уже теряешь. Не потому, что уходишь, а потому что идешь дальше, - она взяла Уэну за руку. - И ты не обязана останавливаться из-за этого, даже если он тебе дорог.

Уэна сжала ее пальцы.

- Ты все слишком хорошо понимаешь.

Гвендолин усмехнулась.

- Я же фейри, я чувствую, - подмигнула она, как вдруг внезапно перекатилась по кровати и оказалась рядом с Уэной, так что матрас тихо скрипнул, а одеяло съехало к поясу. - Так, - с притворной торжественностью проговорила она, устроившись на локте. - Вопрос ночи.

Уэна тяжело выдохнула.

- Я уже боюсь.

- Поздно, - в глазах мелькнуло лукавство. - Был ли у тебя поцелуй?

Тишина повисла резко и неловко.

- …Ч-что? - переспросила Уэна.

- По-це-луй, - медленно, с расстановкой повторила та. - Губы. Чужие. Сближение. Все вот это.

Уэна нахмурилась, затем отрицательно покачала головой.

- Нет.

- Нет, не было давно или вообще никогда? - уточнила Гвендолин, не отводя от нее взгляда.

- Никогда.

Фейри замерла.

- Совсем?

- Совсем.

- Даже… - она неопределенно повела пальцами в воздухе, - Случайно? Из любопытства?

- Гвен…

- Я просто уточняю, - пожала плечами та.

Уэна отвела взгляд к темным балкам потолка.

- Я даже не знаю, какого это.

- Странно... У тебя столько силы, злости, упрямства… а этого - нет.

- Это обязательно? - сухо спросила Уэна.

- Нет, но это опасно.

- Почему?

Гвендолин повернула голову. Их лица оказались слишком близко, чтобы не почувствовать дыхание друг друга.

- Потому что первый поцелуй - это момент, когда ты впервые позволяешь себе не держать все под контролем. А ты привыкла держать.

Уэна сжала край одеяла.

- Просто знай: когда это случится, ты поймешь не телом, - прошептала фейри.

- А чем?

- Тишиной внутри.

После этого она резко отстранилась и снова улыбнулась - легко, почти беззаботно.

- Ладно. Тогда следующий вопрос.

- Не-е-ет! – взвыла некромантка.

- Поздно! Перейдем к принцу Икарису.

Уэна сморщилась, закрыла лицо ладонями.

Девушки еще долго разговаривали, а после уснули.

Глава 18. Святилище оружия

В моем Телеграм-канале RapierFM вы найдете много интересного. Красочные видео-фрагменты из книги, аккуратные спойлеры и закулисье моей книжной вселенной.

Возвращение в Академия святого Вильхельма не было торжественным.

Оно было шумным.

С утра двор заполнился студентами, возвращавшимися после разрешенных выездов. Кто-то тащил за собой дорожные сумки, кто-то громко делился впечатлениями, перебивая друг друга. Смех, усталость, чужие радости - все смешалось в плотный, живой гул.

Уэна шла вместе с остальными, чувствуя, как Академия медленно принимает их обратно.

Гвендолин держалась чуть в стороне от нее.

Она разговаривала с однокурсниками, смеялась, отвечала на вопросы легко, но стоило ее взгляду скользнуть в сторону, туда, где среди студентов находился Серлин, как улыбка становилась тише, глубже, почти интимной.

Серлин выглядел собранным. Он спокойно отвечал тем, кто к нему подходил, кивал, слушал. И все же каждый раз, когда Гвендолин оказывалась рядом, его взгляд задерживался на ней на долю секунды дольше, чем позволяла обычная вежливость.

Они не подходили друг к другу. Между ними было расстояние - выверенное, осторожное, слишком осмысленное, чтобы быть случайным.

Фейри поймала его взгляд и едва заметно улыбнулась - не для всех, только для него. Серлин ответил коротким, почти незаметным кивком, словно подтверждая негласное согласие.

Уэна это заметила и сразу поняла: любовь никуда не исчезла, просто научилась быть осторожной.

***

Коридоры Академии были тише двора. Гул остался снаружи, а здесь все снова стало привычным: шаги, эхом расходящиеся под сводами, мягкий свет магических ламп, древние руны на стенах - стертые временем, но все еще работающие.

Уэна шла медленно.

Последний день каникул всплыл сам: дом, запах травяного настоя, бабушка и друзья. Она грустно улыбнулась, свернула в коридор, как вдруг, кто-то окликнул ее.

- Уэна!

Девушка обернулась.

Икарис шел к ней быстрым шагом, без всякой торжественности, но с той теплой уверенностью, которая делала его присутствие… успокаивающим. Улыбка появилась раньше слов.

- Вот ты где, - сказал он так, будто они просто разминулись утром, а не виделись неделю. - Я уже начал думать, что каникулы тебя украли.

- Почти,