Льюис Хэмилтон. Шестикратный чемпион мира - Фрэнк Уоррэлл

на отставание в 17 очков в чемпионате, Райкконен тоже удивительным образом излучал уверенность, хотя в тот момент заметили это немногие, ведь большинство экспертов уже были убеждены: финн больше не конкурент. Кими сказал: «Конечно, стартовать с поула было бы лучше, но в таких условиях и второе место – хороший результат, особенно если учесть, что никто не знает, сколько топлива используют первые десять гонщиков. Никаких проблем с управляемостью машины нет – в этот уик-энд мы показали, что с нами стоит считаться в любую погоду, и в дождь, я думаю, ничего не изменится, а он, видимо, пойдет. Я уверен в себе. Мы знаем, что ситуация в чемпионате сложная, но я сделаю все от меня зависящее, чтобы выиграть».

Это ему действительно удалось – и через сутки Ледяной человек записал на свой счет пятую победу в сезоне и 14-ю за всю карьеру, сократив отставание от Хэмилтона в чемпионате всего до 7 очков после того, как британец не смог финишировать из-за разворота на 30-м круге. Вторым стал Алонсо – теперь от Льюиса его отделяло всего 4 очка; третьим – Масса. Такого развития событий сложно было ожидать. В начале гонки на мокром треке Хэмилтон доминировал, но затянул с пит-стопом, износив дождевую резину. Еще одна ошибка британца – попытка не отпускать Кими Райкконена; если бы Льюис оценил положение дел в целом, он понял бы, что в этом нет необходимости. Из-за такой тактики шины изнашивались еще сильнее – а к тому времени они уже были в плохом состоянии, и на 30-м круге эти просчеты жестоко аукнулись Хэмилтону. Покрышка правого заднего колеса болида Льюиса была почти полностью разрушена, и, пытаясь заехать на пит-лейн, он вылетел на гравий и впервые в сезоне не закончил гонку; маршалы попытались вытолкнуть его обратно на трек, но это было уже невозможно.

После гонки Мартин Уитмарш, босс McLaren, постарался убедить всех, что вины Льюиса в случившемся нет: «Сейчас мы понимаем, что слишком долго не звали его на пит-стоп. Шины у него были уже очень изношены. Такое решение – целиком наше. Мы постоянно отслеживали прогноз погоды. Не хотели ставить Льюису не ту резину».

Сам Хэмилтон постарался не показывать разочарования, отметив, что предстоит еще одна гонка, в которой ему нужно просто завершить начатое. Кроме того, он подчеркнул, что в неудаче команда не виновата: «Шины уже были просто в клочья. Так случается. Мне очень жаль, что я не показал результат для команды, но я все еще могу стать чемпионом, не переживайте. Поначалу гонка складывалась отлично, но мы не знали, начнется дождь снова или нет. Шины все больше и больше изнашивались, и когда я отправился на пит-стоп, было чувство, что еду я по льду. Заднюю часть болида занесло. Что тут поделаешь. Даже зеркала были слишком грязные – ничего не видно. Просто я почувствовал, что шины совершенно не держат трассу. Как раз на том круге, когда я поехал в боксы… Очень жаль, но впереди еще одна гонка. Вылезая из кокпита, я был ужасно разочарован, ведь за весь сезон ни разу так не ошибался – и вот облажался здесь, заезжая на пит-лейн… Нет, такого со мной еще не случалось».

Наконец, перед тем как команды уехали из Китая, несколько настораживающих слов произнес Кими Райкконен: «Я невероятно рад! Это просто великолепный результат как для меня, так и для всей команды – парни поработали отлично. Победа здесь нам была очень нужна, и мы ее добились. На старте гонки у меня возникли серьезные проблемы с недостаточной поворачиваемостью, но потом все более-менее наладилось. Я одним из последних поменял резину на сухую, и очень кстати, потому что скоро снова пошел дождь. Даже после второго пит-стопа недостаточная поворачиваемость ощущалась, но, как и в начале гонки, постепенно все пришло в норму. Я знал, что Алонсо очень быстр, но полностью контролировал ситуацию. В целом машина отлично вела себя как на мокрой, так и на сухой трассе. На прошлой неделе на треке Фудзи нам не повезло, но здесь все сложилось удачно. Сегодня мы еще раз увидели – в «Формуле-1» может произойти все, что угодно. Ситуация в чемпионате по-прежнему не очень выгодная, но я постараюсь сделать максимум, чтобы победить в Бразилии, хотя и понимаю: итоговый результат зависит не только от нас. Будет настоящая битва, очень интересная и непредсказуемая».

Получилось все действительно так – и даже еще невероятнее, потому что 21 октября 2007 года в Бразилии один из самых великолепных сезонов в истории «Формулы-1» подошел наконец к своей фантастической кульминации. Благодаря Льюису Хэмилтону автогонки резко изменились – и британец поучаствует в заключительном акте драмы. Но, к глубочайшему сожалению, последнее слово останется не за ним: нет, оно останется за гонщиком, которому удалось подкрасться в последнюю минуту и увести титул – за Кими Райкконеном, скромным, остроумным, несколько флегматичным финном.

Приезд Льюиса в Сан-Паулу ознаменовал и важную главу в его собственной жизни; казалось, что британец в каком-то смысле замкнул круг. Он здесь – в родном городе человека, чье легендарное мастерство так вдохновляло Хэмилтона, человека, во многом благодаря которому Льюис и начал активно заниматься автогонками – в родном городе великого покойного Айртона Сенны. Еще до приезда в Бразилию Льюис позвонил сестре Айртона, Вивиан, чтобы спросить, не будет ли она против, если он посетит могилу своего кумира. Женщина, разумеется, дала разрешение, но боссы McLaren предупредили гонщика, что он тут же станет магнитом для папарацци, и Льюис решил не торопиться.

Он сказал Вивиан, что придет на кладбище Морумби в другой день, когда удастся избавиться от назойливых журналистов. После знакомства с Хэмилтоном пятидесятилетняя Вивиан говорила в интервью Sun: «Льюис позвонил, чтобы узнать, можно ли ему прийти на могилу Айртона. Нам было очень приятно, что в такой важный момент своей карьеры Хэмилтон думает о моем брате. Я уверена, что Айртону Льюис бы очень понравился – как гонщик и как человек. Если бы он сегодня был с нами, то сказал бы Хэмилтону: «Будь самим собой, потому что ты чемпион – неважно, выиграешь ли ты титул сейчас или в следующий раз». Льюис очень напоминает мне брата. Айртон никогда не стремился стать звездой, его не волновали ни деньги, ни слава. Он просто хотел побеждать, хотел быть лучшим – как Льюис. Хэмилтон просто невероятно талантливый, и он старается извлечь максимум из своих возможностей. Но еще он простой, хороший парень, и Айртон был таким же. У Льюиса