Загадочное дело Рудольфа Дизеля. Удивительная жизнь и необъяснимая смерть великого изобретателя - Дуглас Брант

* * *

В мюнхенском доме Марта развернула обертку, открыла прекрасный кожаный чемоданчик и наконец поняла, какой подарок за неделю до этого вручил ей во Франкфурте муж. Как выяснилось, он набил его денежными купюрами на общую сумму 20 000 марок.

Часть IV. Трюк с исчезновением

Глава 25. Реакция мира

Дальше следы теряются. Больше нет дневниковых записей Дизеля, писем, речей, званых вечеров или личных встреч. Чтобы продолжить рассказ, необходимо обратиться к более широкому плану данной истории.

Газеты по всему миру освещали исчезновение Дизеля с самого первого дня. Сначала в статьях излагался простой и бесспорный факт, что Дизель пропал, а затем репортаж дополнялся показаниями Карельса и Лаукмана, последних, кто видел Дизеля живым.

Лондон, 30 сентября 1913 г.

Первый день после исчезновения Дизеля

В газетах по всему миру быстро появились сообщения о происшествии — благодаря беспроводному телеграфу Маркони. Газета The New York Times подробно освещала исчезновение изобретателя, в частности приводя свидетельство Георга Карельса, детально описывавшего душевный обед с Дизелем, прогулку по палубе, откуда они любовались видом на берег Флашинга, возвращение в каюты в 10 вечера, когда Рудольф сказал ему: «Увидимся завтра утром».

The New York Times описывала, в каком состоянии находилась каюта Дизеля, когда утром обнаружили его пропажу: ночная сорочка на заправленной койке, где он явно не спал; связка ключей, один из которых вставлен в замок чемодана.

Карельс предположил: причиной смерти Дизеля, вероятнее всего, явился несчастный случай. Он заявил, что Рудольф не стал бы совершать самоубийство, сама эта идея как-то не вязалась с его характером. Карельс пояснил репортерам: «…Он [Дизель] вел себя довольно благодушно, когда мы с ним расставались на ночь… Он был самый воздержанный человек, не курил — и, насколько мне известно, не страдал головокружениями».

Похоже, мировая пресса оказалась удовлетворена версией о несчастном случае — во всяком случае по состоянию на 30 сентября. The New York Times (как и большинство газет, передававших одни и те же базовые факты на основе сообщения беспроводного телеграфа Маркони) сочла нужным упомянуть:

«Друзья предполагают, что доктор Дизель упал за борт. Некоторое время назад он жаловался одному из друзей, что иногда страдает бессонницей. Возможно, когда его спутники удалились на ночь в свои каюты, он решил продолжить прогулку по палубе».

В статье не указано имя друга Дизеля, сообщившего об этих эпизодах бессонницы, хотя все остальные процитированные источники четко атрибутированы. Из материалов лондонской прессы по большей части складывалось впечатление, что Дизель с оптимизмом смотрел в будущее, находился в отличном настроении, мог похвастаться крепким здоровьем — если не считать редких приступов бессонницы. Друзья и близкие сочли, что причиной его исчезновения стала какая-то трагическая случайность — куда более достойный способ ухода, чем бесславная альтернативная теория. Впрочем, уже примерно через сутки пресса перестала мириться с версией о «несчастном случае».

Лондон, 1 октября 1913 г.

Второй день после исчезновения Дизеля

На другой день, 1 октября, в Лондоне, как и было запланировано, прошло ежегодное собрание правления Consolidated Diesel Engine Company. Рудольф Дизель на него не явился, и члены совета директоров, отложив в сторону намеченную повестку заседания, стали обсуждать загадку исчезновения соучредителя. Все, кто был с ним знаком, продолжали настаивать, что самоубийство, судя по всему, совершенно не в его натуре. Но приходилось все-таки признать неоспоримые факты: паром пересекал Ла-Манш по безмятежной морской глади при полном отсутствии ветра; ограждение прогулочной палубы имело высоту 4 фута 6 дюймов{150}. Вряд ли пассажир мог, покачнувшись, случайно свалиться за борт — даже если ходил во сне. Еще одна странность во всей этой истории: почему Дизель аккуратно сложил свое пальто, снял шляпу и положил их рядом с ограждением, а потом «случайно» упал за борт? Как такое вообще может быть?

The New York Times продолжала держать в курсе событий. Подзаголовок статьи, вышедшей 1 октября, гласил: «Немецкий изобретатель был миллионером, довольным своей семейной жизнью». В статье приводились новые свидетельства его друзей и коллег: на ежегодном собрании правления Consolidated Diesel Engine Company «пришли к выводу, что доктор Дизель, по-видимому, упал за борт… Друзья доктора Дизеля чрезвычайно озадачены. С одной стороны, случайное падение в воду представляется крайне маловероятным; с другой стороны, они не в состоянии предположить никакого побудительного мотива, который мог бы склонить его к самоубийству».

Затем в статье рассказывалось о деловых успехах изобретателя, отмечалось, что его двигатель уже триумфально шествует по всему миру, что Дизель заработал состояние, превышающее 2,5 миллиона долларов, что он с каждым днем становился все богаче. Никто из друзей и коллег Дизеля не оспаривал эти сообщения о его огромном богатстве.

В конце статьи, словно чтобы еще больше расцветить образ Дизеля в глазах американских читателей, упоминалось, что незадолго до исчезновения он «завязал тесную дружбу с Томасом Эдисоном».

Статья неплохо описывала наследие пропавшего. Сам Дизель наверняка прочел бы ее с одобрением: он много думал о том, что же останется после него.

Тем не менее во всем этом сквозило нечто подозрительное. Случайное падение за борт казалось неправдоподобным. Произошедшее скорее смахивало на попытку выдать за несчастный случай нечто более зловещее. Журналисты почуяли, что пахнет сенсацией, и не желали расставаться с темой.

Повсюду стали появляться бесчисленные версии, авторы которых предполагали, что речь идет о преступлении, а вовсе не о несчастном случае. Возможно, немецкие агенты разделались с Дизелем, чтобы тот не успел поделиться с Королевским военно-морским флотом Великобритании чертежами принципиально нового подлодочного двигателя. Возможно, в немецком Генеральном штабе проведали о британских разработках Дизеля и (в свое время Джеки Фишер предрекал именно это) пристрелили Дизеля «как собаку».

Еще одна версия казалась не менее правдоподобной — что нефтяные магнаты воспользовались услугами наемных убийц, дабы устранить угрозу своему монопольному положению на рынке. У. Т. Стед, самый знаменитый журналист тогдашней Британии, не доживший до 1913 г., в свое время утверждал, что двигатель будущего — это дизель, работающий на каменноугольной смоле. Рудольф Дизель активно выступал за то, чтобы в его двигателе использовали каменноугольную смолу или натуральные масла. А поскольку его мотор мог работать и на «нефтедизеле», Карельс сумел доказать, что топливом для этого двигателя может служить даже самая дешевая сырая нефть из Мексики или других регионов. Рокфеллер рискованно балансировал между падающим спросом на осветительный керосин и ненадежным пока спросом на двигатели внутреннего сгорания, поэтому изобретение Дизеля могло бы вколотить последний гвоздь в крышку гроба Standard Oil.

* * *

В тот же