Безопасность Российской империи. Проблемы, дискурсы, практики в XVIII–XIX веках - Коллектив авторов

class="a">926. Из доклада видно, что следствие видело свою обязанность в том, чтобы «стараться посредством точных изысканий очистить государство от зловредных начал, обеспечить тишину и порядок, успокоить совершенно граждан мирных, преданных престолу и закону», а мятежников уличало в «зломыслии» и «преступном умысле»927. Поскольку «Доклад Следственной комиссии» был предназначен для публикации, в нем неизбежно силен элемент демонстративного пропагандистского заявления. «Доклад» представлял собой обобщенное изложение того, что комиссии удалось выяснить об истории декабристского движения, акцент при этом делался на его событийной стороне, организационной истории обществ, поступках и степени виновности поименованных в докладе декабристов, и особенно – на подготовке восстания на Сенатской площади. В докладе упоминалось об «изменении государственных установлений», в том числе об учреждении конституционного строя и введении республики928. Особенно же настойчиво подчеркивалось намерение цареубийства, поскольку умысел цареубийства и обсуждение покушения рассматривались как самый тяжкий пункт обвинения.

В секретное приложение к докладу было включено всего три вопроса:

1‑е. Не имели ли влияния на действия и планы злоумышленников державы иностранные? 2‑е. Не были ль с ними в сообщничестве люди значительные по сану своему или местам, в государстве занимаемым? И, наконец, 3‑е. Какими средствами злоумышленники надеялись обольстить войско, народ и вообще найти себе сообщников между непринадлежащими к их сообществам?929

На первые два пункта следствие дало отрицательные ответы, а что касается третьего, – отметило, что

злоумышленники, несмотря на чрезвычайное ослепление, сами иногда чувствовали ничтожность сил своих, и потому средств для успеха искали вне своего круга. Они надеялись <…> привлечь на свою сторону крепостных поселян обещанием свободы и разделением земель, других же граждан дарованием равных прав всем состояниям, прощением недоимок, уничтожением некоторых податей <…>, а войско – уменьшением лет службы солдат930.

Из этого интереснейшего фрагмента мы видим, что в представлениях того времени серьезный, значительный заговор должен был быть самодостаточным, основанным на возможностях самих заговорщиков, тогда как обращение за поддержкой к широким слоям населения рассматривалось как его слабость. Следует уточнить, что под «привлечением на свою сторону» крестьян имелась в виду не политическая агитация накануне выступления, а утопическая надежда декабристов, что в момент восстания они смогут легко убедить народ стать на свою сторону. Одновременно – и это был тонкий ход, рассчитанный в данном случае на снискание благосклонности единственного читателя этого секретного приложения, – главные программные требования декабристов оказались представлены как всего лишь побочное средство в поисках массовой поддержки. В предназначенном для публики «Докладе» ни о желании декабристов упразднить крепостное право, ни о других важных планах социальных преобразований не было сказано ни слова. Это умолчание очевидно обозначает зону, которую самодержавие рассматривало как наиболее взрывоопасную.

Перед Следственным комитетом стояли две основные задачи: во-первых, уяснить положение дел, значение, силу и влияние тайных обществ и, во-вторых, решить, как поступить с виновными. Обвиняемых было больше сотни, и задача каким-то образом их ранжировать и вынести соразмерные степени участия в тайном обществе и восстании приговоры была непростой. Николай I хотел избежать обвинений в произволе и беззаконии, а поступить по закону не мог по причине отсутствия пригодного законодательства. Относившиеся к государственным преступлениям законы XVIII века, не говоря уже об еще более давних (формально не отмененных) установлениях, к концу первой четверти XIX века выглядели архаичной дикостью. В поисках выхода император обратился к М. М. Сперанскому, сановнику, имевшему твердую репутацию либерала, опыт законодательного реформирования в предшествующее царствование и к тому же несколько скомпрометированному тем, что, по признанию декабристов, в случае удачи они собирались предложить ему участие в новом революционном правительстве931. Николай I поручил Сперанскому разработать принципы обвинения, и тот создал деление на одиннадцать «разрядов по силе вины».

Чтобы разделить обвиняемых на группы, отделив организаторов и вдохновителей восстания от второстепенных и случайных членов тайных обществ, а также от членов тайного общества, в восстании не участвовавших, Сперанский ввел достаточно сложную систему, учитывавшую как характер деяния, так и степень вовлеченности (знание, согласие, готовность совершить)932. Три главных «рода злодеяний» составляли, по Сперанскому, «1) цареубийство, 2) бунт, 3) мятеж воинский»933. Если учреждение тайных обществ и руководство ими Сперанский трактовал как приготовление к «бунту», отнеся его ко второму пункту обвинений, то под «мятежом» подразумевалось, собственно, участие в выступлении на Сенатской площади и восстании Черниговского полка. Каждый из 11 разрядов представлял собой комбинацию «родов преступлений» и степени причастности к ним.

Можно предположить, что стоявшие перед Следственным комитетом цели сформулировать обвинение и выяснить реальное положение дел для сведения верховной власти не вполне совпадали между собой. Не окажется ли так, что заявленный перечень наиболее важных «злодеяний» заметно отличался от состава преступления, которое прослеживается по следственным делам (секретными были они все целиком)? Установить это, в отсутствие поясняющих ход следствия внутренних документов, можно только путем анализа имеющегося массива следственных дел.

Для этого мной были использованы квантитативные методы исследования. В архиве следствия отложилось в общей сложности немногим более 300 дел, большинство из которых опубликованы934. Всего в них насчитывается 1813 допросов, то есть оформленных как отдельный документ списков пронумерованных вопросов, адресованных одному арестанту. Эти списки вопросов на языке той эпохи назывались «вопросными пунктами». Они могли быть разного размера, до 20–30 вопросов. Самые длинные получил Пестель – из 55 пунктов 13 января и из 47 пунктов 1 апреля. Бывали и допросы, состоявшие всего из одного вопроса. В общей сложности 1813 допросов состоят из 5959 вопросов. К этому следует добавить 270 показаний, которые декабристы дали по своей инициативе, то есть без вопросных пунктов. Помимо этого имеются записи первоначальных допросов, сделанные Левашовым (их всего 267), и протоколы очных ставок (241), составляющие другой тип документов и требующие отдельного рассмотрения.

Для анализа тематики следствия все вопросы (5959) были распределены по тематическим рубрикам. Набор этих рубрик не является логически разработанной, априорной системой классификации, а создан в процессе эмпирической сортировки вопросов. 19 тематических рубрик очерчивают круг того, чем интересовалось следствие. Их составляют следующие вопросы: 1) по истории возникновения и развития тайных обществ в России; 2) об актуальном состоянии и силе тайных обществ; 3) о программной цели тайных обществ (в большинстве случаев задавался вопрос о том, входило ли в намерения общества введение в России республики); 4) о конституционных проектах; 5) о намерении цареубийства и об обсуждавшихся в разное время декабристами, но неосуществленных планах покушения на царя (вопросы последних трех групп логически связаны, так как идея республики влекла за собой неизбежный вопрос о судьбе венценосца); 6) о покровительстве тайным обществам со стороны кого-либо из высокопоставленных русских сановников; 7) о составе войск, на поддержку которых рассчитывали декабристы при планировании восстания; 8) о более или менее конкретных обсуждавшихся декабристами, но нереализованных планах восстания; 9) о связях с заграничными тайными обществами или иностранными правительствами; 10) о переговорах с польскими тайными обществами; 11) об иных тайных обществах, могущих существовать в Российской империи; 12) об объединении Южного общества с Обществом соединенных славян; 13) о переговорах Южного и Северного обществ; 14) о членах общества, в том числе о персональной принадлежности к организации; 15) о сведениях для выяснения степени виновности того или иного лица, то есть его причастности к уже известным следствию эпизодам; 16) о восстании 14 декабря на Сенатской площади; 17) о восстании Черниговского пехотного полка; 18) о принадлежности самого допрашиваемого к тайному обществу; 19) «разное».

Количество вопросов по каждой теме указано в таблице. В среднем столбце указано абсолютное количество вопросов, в правом – удельный вес вопросов на данную тему среди общего количества.

Анализируя количество вопросов по каждой тематической группе, отмечу отнюдь не удивительное обстоятельство, что вопросы первых двух групп составляют