Трудные дороги космоса - Владимир Александрович Шаталов

спортом много в любой отрасли знания и производства. Остается только вооружить «узкого» специалиста тем минимумом знаний и навыков, без которых космический полет вообще невозможен, а затем познакомить со спецификой исследовательской работы в невесомости.

Просьбы и предложения от наших ученых включить их в состав космических экипажей уже давно поступали в Центр подготовки космонавтов. Но для участия непрофессиональных космонавтов на первых орбитальных станциях не было условий. Когда экипаж станции состоит всего из двух человек — командира и бортинженера, — то оба они должны отлично знать устройство корабля и станции, уметь проводить регламентные и профилактические работы, быть готовыми заменить друг друга, грамотно действовать в особо сложных ситуациях, чтобы спасти и корабль, и станцию, и экипаж.

А когда экипаж станции увеличивается вдвое, то из четырех человек один всегда может быть и просто «пассажиром», человеком, свободным от дел по управлению и обслуживанию станции, и полностью посвятить себя научным экспериментам…

Не сомневаюсь в том, что скоро мечта многих ученых расширить фронт своих исследований до космических масштабов сможет сбыться…

Наличие второго стыковочного узла на станции позволило создать и включить в космический комплекс «Салют» — «Союз» новый тип транспортного корабля — беспилотный автоматический «грузовик» для доставки на станцию продовольствия, воды, кислорода для экипажа, запасов топлива для двигателей станции, запасных частей взамен вышедших из строя, новые научные приборы и быстро расходуемые материалы — фото- и кинопленку, магнитофонные ленты…

Над созданием такого корабля ученые и конструкторы работали давно. За основу ими была принята конструкция корабля «Союз». На новом корабле полностью сохранились двигательная установка и весь приборно-агрегатный отсек в целом, система автоматической стыковки корабля и станции и другие важные, хорошо отработанные на кораблях «Союз» системы.

Но поскольку задачи «грузовика» были иными, то многое пришлось создавать заново. Так, на новом корабле вместо орбитального отсека и спускаемого аппарата были сконструированы особые грузовые отсеки — первый для «сухих» грузов, второй для жидкого топлива и газов. Были созданы и специальные погрузочные механизмы, а также автоматическая система для перекачки топлива и газов из баков корабля в баки станции.

Большой заботой конструкторов явилось увеличение грузоподъемности нового корабля. Корабль «Союз», кроме двух членов экипажа, мог взять на борт не более 50 килограммов полезных грузов. За счет чего же можно было повысить грузоподъемность беспилотного корабля? Во-первых, за счет довольно сложных и массивных систем жизнеобеспечения экипажа. Автоматическому кораблю они не нужны, вернее, нужны, но более простые; так, например, температуру в грузовых отсеках можно было поддерживать в пределах от плюс пяти до плюс тридцати градусов Цельсия. Совсем не нужна система регенерации воздуха и воды.

Отказались и от тормозной парашютной системы, от двигателей мягкой посадки и от массивной теплозащитной обшивки спускаемого аппарата — ни один отсек грузового корабля не планировался для возвращения на Землю. Однако пришлось сохранить простую, но надежную систему ориентации, для того чтобы не допустить падения не сгоревших в плотных слоях атмосферы остатков корабля в густонаселенных районах Земли, их нужно было направлять в малопосещаемые судами районы Тихого или Атлантического океанов.

В результате конструкторами был создан принципиально новый аппарат, грузоподъемность которого составила 2,3 тонны, или 33 процента от общего веса корабля — весьма высокий показатель для конструкции такого рода.

Методика управления этим кораблем с Земли от момента старта его до стыковки со станцией, а потом расстыковки и введения в плотные слои атмосферы была отработана еще в конце 1975 — начале 1976 года и проверена на беспилотном корабле «Союз-20», который более трех месяцев работал в комплексе со станцией «Салют-4».

20 января 1978 года проводились первые испытания в космическом полете нового беспилотного транспортного корабля, и проводились они сразу же в плане его целенаправленного использования; «грузовик» должен был доставить на «Салют-6» около двух тони различных грузов, в том числе почту и подарки находившимся на борту станции космонавтам.

Мне хорошо запомнился день 20 января 1978 года. Вместе с техническими руководителями полета, председателем и членами Государственной комиссии, учеными и конструкторами — создателями грузового космического корабля я находился в Центре управления полетом.

По экранам больших и малых телевизоров мы следили за ходом подготовки к старту «грузовика». Мы видели ракету, устремившую к небу свою гордую голову, видели корабль, установленный на вершине ракеты и прикрытый головным обтекателем. Все шло по графику. Команды со стартовой площадки поступали к нам в ЦУП непрерывно. Приближалась минута старта нового корабля в космос. А у него не было еще… собственного имени. Разве можно было посылать в космос безымянный корабль?! «Грузовик» — не слишком ли это буднично?.. Разговоры о названии рождавшегося корабля велись давно, но до начала испытаний так ничего подходящего и не придумали.

Непроизвольно в ЦУПе вновь возникло что-то вроде конкурса, поддержанного конструкторами «грузовика». В шутку даже была обещана премия. Посыпались предложения, которые тут же отвергались спорящими. Ни «Заря», ни «Зенит», ни «Звезда», ни многие другие предложения не были приняты. Мне казалось, что название должно как-то раскрывать содержание нового этапа. «Что принесет нового этот корабль?» — подумал я. И сам ответил себе: «Конечно же, прогресс в деле изучения и освоения космического пространства». Так почему бы его и не назвать «Прогрессом»? Название мое поначалу тоже отвергли. Однако чем ближе становилось время старта, тем меньше поступало новых предложений и тем больше сторонников появлялось у «Прогресса».

А когда новый корабль стартовал и стали готовить сообщение о запуске, возражений уже не было. Так появилось первое сообщение ТАСС, в котором говорилось о запуске грузового транспортного корабля «Прогресс». И мне очень приятно, что я стал как бы «крестным отцом» нового корабля.

Испытания «Прогресса-1» прошли успешно. Он доставил на станцию самые различные грузы 104 наименований, и среди них контейнеры с продовольствием, емкости с водой, новые регенераторы, аппаратура для медицинского контроля, запасные блоки, пылесборники, вентиляторы, научные приборы и инструменты, новое рабочее снаряжение, различные предметы обихода, запасные кассеты с фото- и кинопленкой, топливо для двигателей. После того как из «грузовика» перенесли доставленные вещи и перекачали топливо в баки станции, члены экипажа загрузили его тем, что было уже использовано в работе и к дальнейшему употреблению непригодно, а только загромождало станцию. Затем была дана команда на расстыковку. Корабль покинул «Салют-6», вошел в плотные слои атмосферы и прекратил свое существование.

Эффективность космических исследований с помощью орбитальных станций находится в прямой зависимости от длительности эксплуатации ее оборудования в полете. Длительность же эта ограничивается многими факторами.

Обычно орбитальные станции выводятся на орбиту высотою около 350 километров. На такой высоте