Eminem. От изгоя до короля хип-хопа - Ник Хэйстед

В своей оригинальной версии трек был построен на сампле песни Джорджа Харрисона из Beatles «While My Guitar Gently Weeps» – неожиданная связь со старыми рок-королями, которая почти сорвалась. «Насколько я понял, он слышал ее перед смертью, и она ему понравилась, – сообщил Эминем. – Он собирался одобрить ее. Но теперь его музыка в руках его жены, и она отказала, так что мне пришлось все перепеть».

Тем не менее, финал The Eminem Show намного больше рассказал о его дочери и собрал вместе каждую нить альбома. «My Dad’s Gone Crazy» была одной из всего лишь трех песен, спродюсированных Дре (все остальные 17 треков были сделаны Эминемом), и одинокой в во многом темном, тяжелом альбоме, возвращающейся к дерзости их первых дней вместе. Неожиданный дуэт с маленькой Хейли, эта песня начинается со звуков радиоведущего, обсуждающего отцовство, вдыхания кокаина и скрипа двери, когда Хейли заходит посмотреть, что делает папочка. Он «сошел с у-ма!» – заявляет она. Папа весело подтверждает это, вскоре дочь издает звуки бензопилы, и Эминем снова разрушает мир: заявляет, что они с Дре геи («I’ve been lying my ass off all this time!» («Я врал все это время!»)), оскорбляет геев, передразнивает свою маму, заявляющую, что он гений и безнадежен. Типичные для Дре колеблющиеся биты построены на оглушительной барабанной дроби, колокольчиках и духовых инструментах, Эминем, даже несмотря на то, что он сказал Зэди Смит, использует 11 сентября как метафору своего собственного писательского навыка, не в силах противостоять сделать даже это событие объектом своей сатиры. В кульминационном порыве раздалось: «More pain inside of my brain than the eyes of a little girl / inside of a plane aimed at the World Trade, standin’ on Ronnie’s grave, screamin’ at the sky, till clouds gather, it’s Clyde Mathers and Bonnie Jade…» («Больше боли в моем мозгу, чем глаза маленькой девочки / внутри самолета, нацеленного на World Trade, стою на могиле Ронни, кричу в небо, пока не соберутся облака, это Клайд Мэтерс и Бонни Джейд…») В эти моменты он разрушает любое сомнение, что The Marshall Mathers LP возможно обогнать. «Ты смешной, папочка», – преданно заключает Хейли.

Каждый второстепенный член каста предыдущих двух альбомов – Пол Розенберг (уставший), Стив Берман (застрелен) – также уже появился, кроме Кена Каниффа. Он взял микрофон, когда занавес Шоу Эминема уже закрылся. Голос проносился эхом, как на деревянной сцене школы им. Линкольна, где Маршалл Мэтерс выступил первый раз, он быстро утонул в пении птиц, больше ничего, по правде, не было слышно. Трилогия альбомов и кусочек жизни Эминема, который она добыла, завершилась.

Конечно, альбом стал номером один везде. В США продажи первого дня были разгромными. Отзывы, в основном от писателей, которые услышали его в офисах Interscope за пару дней до его торопливого релиза, по правде, не смогли охватить услышанное, но следовали неудержимому потоку: «величайшее Шоу на Земле», – писали «NME»; «наконец, его собственный непрямой путь, его собственные мысли, как минимум Эминем борется за что-то немного большее, чем он сам», – заметили «Rolling Stone». Но что было наиболее заметно, когда пыль ожиданий осела, это то, как быстро стало забываться, что The Eminem Show вообще выходил.

Особенно в Великобритании, где были даны интервью только с «The Face» и Radio 1, и «Without Me» существовал как одинокий сингл месяцами, альбом в плане продаж был предоставлен самому себе, пробирался в дома людей, не делая никакого шума в более широкой культуре. Ударная волна от «Stan» и тура в 2001-м больше не ощущалась. Было трудно сказать, со всеми проданными дисками, имел ли Эминем такое же значение, как всего год назад.

Конечно, он больше не размахивал пистолетом и не становился предметом заголовков. Вместо этого настоящий авторитет его нового альбома, казалось, основывался на внезапной зрелости в его жизни – он приближался к 30 годам. Обсуждая ограничения испытательного срока, благодаря которым он по большей части держался подальше от алкоголя и наркотиков, с «The Face», он выглядел довольным этой дисциплиной. «Иногда я задаюсь вопросом, вижу ли я смысл вообще возвращаться к этому после того, как я так долго оставался трезвым? Я могу делать вещи, которые пару лет назад не мог, не психуя. Знаете, пытаться заботиться о маленькой девочке, пытаться быть папой, пытаться делать музыку». Он почти объявлял, без фанфар, о смерти Слима Шейди, демона, который изначально заставил прежде мягкого, трезвого Маршалла с головой окунуться в наркотики тогда, когда такое помешательство приносило ему пользу.

Зэди Смит, наблюдая, как он репетирует перед шоу, увидела его усталым, но исключительно профессиональным. Согласно описанию Эминема для «Rolling Stone», его обычный день вращался вокруг того, что он делал Хейли хлопья, смотрел с ней «Суперкрошек», отвозил ее в школу и забирал оттуда, или был в студии, где проводил все свободное время. Он преуспел в чем-то настолько же важном для него, как рэп, и никто вокруг этого не замечал, да и, наверное, не заботился об этом. Он не стал таким же, как его отец, бросивший семью. Вместо этого он спас себя и стал нормальным взрослым ради Хейли. Больше никакие записи не будут проданы из-за таблоидных скандалов.

Хотя в воздухе все еще витали отголоски новых сплетен, основанных на сообщениях. «Ким беременна, – как он рассказал “Rolling Stone”. – Я понятия не имею, кто отец. Просто знаю, что она вот-вот родит. Так что у Хейли будет маленькая сестра. Трудный будет день, когда она спросит меня, почему ее младшая сестра не может прийти в гости. Я пытался укрыть ее от этих проблем. Конечно, она узнает обо всем этом дерьме, когда вырастет. Но я правда не хочу, чтобы она узнала обо всем этом кошмаре в мою смену». «The Face» наблюдали новую семью, пока он формировал ее вокруг себя, не только с Хейли, но и с D12, его сводным братом Натаном, теперь окончательно отчужденным от его матери. С его крашенными светлыми волосами и светлой кожей Натан выглядел как маленькая тень Эминема. «The Face», поймав Натана лично, спросили его, каково это жить с Маршаллом. «Лучше, чем с мамой». Понравился ли ему альбом? «Он хороший. Мне просто хотелось бы, чтобы нам не приходилось давать его слушать другим людям». Такая приватность, конечно, больше не была возможной в мире Эминема.

По крайней мере, в США тур Anger Management помог поддержать образ рэпера. Ранее его живое возвращение как часть фестиваля в Вашингтоне, округ Колумбия, 25 мая, было омрачено тем, что растущая толпа фанатов потеряла равновесие, что привело к госпитализации четверых, когда он умолял их «отодвинуться, блядь, назад». Но первое из его полноценных шоу в Буффало, Нью-Йорк, 18 июля, на этот раз