Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль

Я вообще ничего не знала, кроме отвратительных внешних форм религиозного верования. При мне в «Убитом быке» просили Господа и Пресвятую Деву, чтобы они направили к ним путников на заклание. Пьяная от вина и крови галисийка никогда не ложилась спать, не прочитав вечернюю молитву. Истинной религии, основанной на любви к Богу и людям во Христе, меня обучили в Мадриде, где мне пришлось остаться по приказу Сезара.

Я хотела постричься в монахини, потому что чувствовала необходимость укрыться от пылающей во мне страсти. Но Сезар мне этого не позволил. Он сам назначил себя моим опекуном, хотя в действительности он был моим хозяином, моим королем, моим богом!

После первой попытки Фареса похитить меня я покинула монастырь. Именно тогда я впервые стала подозревать, что принадлежу к семейству Кабанилей. Сезар говорил мне, что я похожа на Бланш, но я не обратила внимания на его слова. Мне совсем не нравилось быть похожей на Бланш.

Я знала трагическую историю бракосочетания Анхеля и Жанны, и мне были известны подозрения, павшие на Фареса и Высокую Женщину, королеву цыган железного кольца. Но я не понимала, почему я тоже оказалась вовлеченной в заговор против наследников Кабаниля. Почему я, бедная девушка, тоже подверглась нападению?

Я была похожа на Бланш. Кто-то хотел, чтобы я разделила участь Анхеля и его жены. Это наводило на размышления. Те, у кого нет родителей, находятся в постоянном поиске. Меня словно приглашали к размышлениям, мечтам и догадкам.

Наконец Фарес напал на меня во второй раз. Произошло это на острове Кабрера, куда я приехала, чтобы спасти Сезара. Фарес непременно убил бы меня той ночью, если бы не да Кошта, который был хозяином фелуки и боялся убийства. При приближении Сезара они бросили свое суденышко, а меня оставили в качестве приманки, как поступают, когда хотят отвлечь льва от погони за своими жертвами.

Матушка, я уже говорила вам, что он стал моим хозяином. Чтобы попасть в замок Кабаниль, где вы в тот момент находились, нам пришлось пересечь всю Испанию. Он хотел похитить Бланш, которая оказалась пленницей из-за прихоти своего отца. Он хотел сделать ее своей женой, а я была вынуждена помогать ему. Именно вынуждена, вы меня понимаете? Какая-то непреодолимая сила приказала мне подавить все желания и жалость к себе. Сезар так и не узнал, что я люблю его.

Впрочем, он знает, что я принадлежу ему, и считает меня своей сестрой.

Я увидела вас, матушка. Я обратилась с вопросом к своему сердцу, и его затопил поток нежных чувств. Я увидела Хоакину и полюбила ее самой искренней любовью. Я увидела Бланш…

Матушка, мы таковы, каковы наши сердца. Всем нам свойственно ошибаться. Я хорошо себя знаю. Я прошла через множество испытаний, и я утверждаю, что была способна преданно служить Бланш, но не только ради Сезара, а ради нее самой, потому что она ваша дочь. Однако сердце обмануло меня, подсказав мне однажды: «Ты вовсе не ее сестра».

Я не любила ее. Я находила ее слишком красивой, и одновременно мне казалось, что она не любит Сезара так, как его следует любить, чтобы быть достойной его любви.

Я сказала слишком красивой. Но может ли быть такое, чтобы я, хотя бы отдаленно, походила на столь совершенную красоту? Она внушила мне какое-то странное восхищение, и у меня до сих пор все холодеет внутри, когда я вспоминаю о ней…

Матушка, на случившееся с ней несчастье я отреагировала кровавыми слезами. Но люблю я Хоакину.

Внезапно для меня все вокруг изменилось. Сезар, казалось, опьянел от отчаяния. О, как бы я хотела внушать такую же любовь хотя бы ценой такого же несчастья! Он обезумел. Однажды утром он решил сделать из меня идола и нарядил меня в кружева и бриллианты. Я вскружила голову всему Мадриду. Многие стыдились общения со мной. Все уверяли, что я его любовница. Женщины завидовали мне, мужчины пытались заводить романы.

Что бы я сделала, матушка, если бы он действительно приказал мне стать его любовницей? Надеюсь, что я бы умерла.

Впрочем, я сама не знаю.

Я не была его любовницей. Я была лишь портретом обожаемой им Бланш. Знайте же, матушка, что он становился передо мной на колени, называл меня Бланш и рыдал в голос.

Лилиа громко всхлипнула и замолчала.

Глаза доньи Менсии светились гневом. В тот момент она не могла перенести унижения, через которое пришлось пройти Лилии, даже если невольной виной тому стала дорогая ей тень покойной дочери.

Донья Менсиа, сама того не желая, встала на сторону Лилии, едва ли не осуждая Бланш.

– Он полюбит тебя, – произнесла она, не совсем понимая смысл своих слов. – Я хочу, чтобы он полюбил тебя.

Лилиа поцеловала ей руку и пробормотала:

– Никогда.

Затем она рассказала о дуэли Сезара с испанским офицером, суде, приговоре и странных событиях, которые последовали за всем этим.

– Сейчас, – сказала она в завершение, – его миссия закончена. Он очень благородно исполнил возложенную на него непростую роль. Он действовал в одиночку, окруженный врагами, сталкиваясь с невероятными опасностями, и при этом лавировал между озлобленным испанским населением и невероятным количеством ловких шпионов, которыми английский генерал заполонил всю территорию страны. В стране царил голод, а он сумел наладить снабжение продовольствием корпуса генерала Виктора. Он организовал устойчивую связь между королем и его подчиненными. Он решил проблему, которую советники короля заранее объявили нерешаемой, и с которой не смогли бы справиться десять самых отважных полков французской армии. Все это он осуществил, действуя под именами капитана Луи, главного курьера английского штаба и Урбана Морено.

А еще он появлялся, как демон, одетый во все черное, во главе своих драгун и всегда выручал французских военных, попавших в затруднительное положение. В этом образе он стал известен, как капитан Фантом.

Но у него также хватало времени, чтобы помогать матери своей пропавшей невесты, поисками которой он неустанно занимался. Являться к вам лично у него не