Выбор сделает Мальвина - Татьяна Миненкова

я приземляюсь на асфальт, мы отбегаем подальше, чтобы не зацепило обломками. Пламя вырывается из окон, где стекла давно осыпались, а огонь лижет кирпичные стены открыто и без помех. Густой чёрный дым поднимается к небу, закрывая луну. Вдалеке завывают сирены пожарных машин. Они ехали слишком долго, чтобы успеть спасти хоть что-то. Костя обнимает меня за плечо:

— Пойдем отсюда. Не уверен, что в настроении сейчас отвечать на вопросы.

В такси мы почти не разговариваем. Я пытаюсь прийти в себя, а Семенов молча смотрит прямо перед собой. Его силуэт до сих пор выглядит напряжённым, а черты лица очерчены резче обычного. Свет уличных фонарей вспыхивает в окне, освещая профиль на мгновение, и я вижу, как он сжимает челюсть. Уверена, Костя думает о том же, о чём и я: о том, что мы могли оттуда не выбраться.

Отвожу взгляд и смотрю на мелькающие за окном огни, тёмные силуэты домов и влажный асфальт, блестящий в свете фонарей. В тишине что-то бормочет навигатор таксиста и шины шуршат по дороге.

— Я испугался за тебя, Мальвина. — Костин голос тихий, а признание искреннее. — Больше так не делай.

От его слов сердце пропускает удар. В этой фразе скрыто слишком много, но мне этого недостаточно:

— Представь себе, что чувствовала я год назад, думая, что ты погиб.

Он молчит. Снова трет шею, где от разорванной цепочки на коже точно осталась болезненная ссадина.

— Не хочу. — Голос звучит ровно, но в нем различима горечь, как привкус дыма и копоти, что до сих пор остался на языке. — Но иногда мне кажется, что так было бы гораздо лучше для всех. Ты запомнила бы меня тем, кем я был, а не тем, кем стал сейчас.

Замираю от этих слов, как будто Семенов только что ударил меня под дых. Слышать такое больно, но ещё больней понимать, что он и правда так думает.

— Не хочу тебя помнить, — не выдерживаю я, и голос срывается. — Хочу, чтобы ты оставался рядом.

Костя поворачивается, и в его взгляде мелькает что-то тёплое, неуловимое. Почти улыбка. Наверняка он улыбнулся бы сейчас, если бы мог:

— Я точно остался бы, Мальвина. Как минимум, голосом в твоей голове. Хотя ты и без меня достаточно сумасшедшая.

И это он ещё не догадывается о самом безрассудном из моих планов. Внутри разрастается странное, почти отчаянное желание рассказать ему всё: про все свои сомнения, план и свадьбу. Прямо сейчас. Момент кажется почти подходящим, но вместо этого я просто с усталой улыбкой произношу:

— Ты даже не представляешь себе, насколько.

Семенов не отвечает. Опасность позади и можно было бы наконец расслабиться, но он выглядит напряженным. Только в отеле я замечаю, что с Костей что-то не так. Его состояние не похоже на простой недосып и усталость.

Прислонившись плечом к стене лифта, Костя сжимает правой рукой край куртки. Дышит глубже обычного, не тяжело, но слишком ровно, словно каждое движение требует контроля. В зеркальной дверце отражается его побледневшее лицо, а такую отстраненность во взгляде я когда-то уже видела. Год назад, в палате реанимации.

— Костя. — Коснувшись его локтя, я сканирую Семенова оценивающим взглядом. — Тебе плохо?

— Я в порядке. — Он избегает встречаться со мной взглядом.

Но я-то вижу, что не в порядке. Ему больно. Теперь я без лишних слов это понимаю и вижу, как Семенов снова отстраняется от меня, отгораживаясь невидимой, но абсолютно непреодолимой стеной.

— Тебе больно? — Допытываюсь я, догоняя его по коридору на пути в номер. — Ты ведь отдал мне последний обезбол, скажи, какой нужен? Я найду!

— Мне нужен душ и отдых, Мальвина, — раздраженно отрезает Костя у дверей номера, но боль уже просочилась в голос и выступила капельками испарины, приклеив непослушную прядь светлой челки к коже на лбу. — Спокойной ночи.

С этими словами Семенов снова захлопывает дверь перед моим носом. В который уже раз? Но сейчас не до обид. Нужно понять, что он чувствует и чем я могу помочь. В чем причина его боли?

«У него полно причин, Ли, — неожиданно объявляется после долгого молчания Ринка. — Фантомная боль, когда кисть, которой нет горит и сжимает в кулак несуществующие пальцы. Ноет место сцепления с протезом и мышцы, которые он задействует для того, чтобы контролировать движения. А сегодня он еще и этой рукой поймал тебя при падении — вот и откат. Но Костя привык и это пройдет».

Кажется, я хотела спросить у сестры что-то важное, но после того, что она только что озвучила, в голове настоящая каша. И важней сейчас оказывается другое:

«Чем ему помочь? Есть же какие-нибудь лекарства?»

Ри точно знает. Она проходила курс по медпомощи и разбирается в медикаментах лучше меня. Некстати вспоминается вколотый ей Тихомировым миорелаксант — есть ситуации, когда знание не становится панацеей. Но вызов скорой Костя точно не одобрит, а найти лекарства кажется посильной задачей.

«Нимесулид и ибупрофен. Они есть в аптечке Меркурия, я ее лично утверждала».

Срываюсь с места и пулей вылетаю из номера. Вбегаю в лобби отеля, останавливаясь около девушки-администратора за стойкой. Сонная сотрудница поднимает голову, но не спешит вставать, будто моё появление не стоит того, чтобы отрываться от телефона.

— Где аптечка? — выдыхаю я.

— Сейчас, — произносит она медленно, нараспев. Пару минут копается в шкафчике и достаёт белую коробку с красным крестом. Спрашивает, поставив ее на стойку: — Вам что-то конкретное?

— Нимесулид и ибупрофен.

Администратор неторопливо перебирает упаковки — парацетамол, активированный уголь, бинты, пластыри, какие-то капли. Всё что угодно, кроме того, что мне сейчас так необходимо. Нимесулида нет. Я выжидательно смотрю на девушку, но она пожимает плечами.

— Закончился.

— А ибупрофен? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Хочется зарычать от ее нерасторопности. Первой замечаю блистер с нужным названием, но глянув на цифры на упаковке возмущенно швыряю его обратно:

— Да он мать вашу просрочен! Полгода назад!

Смотрю на ее полное меланхолии лицо. Ей абсолютно неважно, что Семенову сейчас больно и плохо. Она с безразличием пожимает плечами:

— Девушка, не нужно хамить!

Не желая тратить время на скандал, я разворачиваюсь и быстрым шагом иду на улицу. Правильней было бы потребовать достать лекарства прямо сейчас, хоть из-под земли, но с заторможенностью администратора я не дождусь их и через час.

К счастью, в круглосуточной