Выбор сделает Мальвина - Татьяна Миненкова

браке и любила моего отца. Она смирилась. А с Васей, при всём уважении к нему, ее представить сложно. Иногда жизнь сама расставляет всё на свои места. В нашем случае так же.

Пирог получился восхитительным, но настроение и желание его есть пропали. Потому что те места, на которые жизнь и Семенов всё расставили, меня не устраивают. Он считает, что я тоже когда-нибудь смирюсь, но глядя на то, как неравнодушный к выпечке Костя с аппетитом ест пирог, понимаю, что не смогу. Я хочу и дальше печь для него пироги и печенье. Хочу снова видеть обожание в его взгляде. Хочу засыпать с ним каждый вечер и просыпаться каждое утро, потому что нормально спать без него, кажется, разучилась.

Жизнь не терпит копирования. Если идти по чужим следам, они приведут туда, где нас никто не ждет. У каждого свой путь. Я найду свой, каким бы он ни был.

И у нас с Семеновым всё не так же. Совсем не так же.

* * *

Дорогие читатели, на история уже доступна полностью, но платно, а здесь окончание публикации запланировано на 12.08. В эту дату выйдут последняя глава и эпилог. На первое время я оставлю книгу на бесплатной, чтобы все, кто хотел, успели ее прочесть.

Буду очень благодарна вам за любую обратную связь после прочтения, у меня сейчас такой период, когда она мне сейчас очень нужна.

ТМ.

Глава 32

Наипаршивейший год

Requiem resident evil — Mefstron

Ринка была права: с сытым мужчиной проще договориться. Медовый пирог с сыром, грушей и орехами улучшил настроение Семенова настолько, что я почти без труда отвоевала право остаться и проспать у него под боком на диване оставшиеся до рассвета несколько часов. В подтверждение теории о том, что спать у нас теперь получается только вместе, засыпаю крепко и беспробудно. Меня не беспокоят ни будильник, ни Костино исчезновение.

Лишь громкий стук в коридоре заставляет открыть глаза. Осознав, что стучат в дверь моего номера, в котором меня нет, выглядываю в коридор.

— Алина Владимировна, — сдержанно кивает женщина в униформе сотрудницы отеля. — Я Екатерина, управляющая. Администратор передала, что вы… хотели меня видеть.

Легко представляю, в какой форме и выражениях Мисс Нерасторопность поведала управляющей обо мне, но спросонья не собираюсь ни выяснять это, ни скандалить.

— Хотела, — признаю я, хотя сейчас хочу совсем иного: узнать куда исчез Семенов, почистить зубы и выпить кофе.

Извинившись, прошу дать мне время на вышеперечисленное, и Екатерина с пониманием предлагает через пятнадцать минут принести в номер завтрак. За эти минуты успеваю не только умыться, но и обнаружить короткую записку от Кости. Всего пара строк аккуратными угловатыми буквами на листе из блокнота с логотипом отеля:

«Мальвина, я уехал разбираться с последствиями пожара, но в 11 у нас вылет во Владивосток. Встретимся в аэропорту».

Слова сухие и написаны без лишних сентиментальностей, словно рапорт — когда-то Костя писал такие в ответ на поручения о производстве оперативных мероприятий. Но от обращения «Мальвина» я почему-то улыбаюсь и, с теплотой проведя по буквам пальцами, убираю записку в карман платья.

Понятия не имею, во сколько Семенов уехал, чтобы хоть что-то успеть, а у меня времени осталось совсем немного. Завтракать одной не хочется, но кофе я принимаю с благодарностью. Не спешу отчитывать управляющую за отсутствующие в аптечке лекарств, упомянув лишь о необходимости проверить их наличие и сроки годности. Есть более насущные вопросы:

— Смолкин, управляющий офисом, сейчас на месте?

Поджав губы, она разводит руками:

— Петра Федоровича нет со вчерашнего дня. Из-за этого у нас сорвалась встреча по договору для новой прачечной.

— А связь с ним какая-нибудь есть?

Семенов вчера не смог ему дозвониться, решив, что Смолкин просто избегает общения с ним лично как с главой службы безопасности, но теперь, когда Екатерина отрицательно качает головой, проблема выглядит глобальней.

— Пожар еще этот… — причитает она. — Вам ведь уже доложили? Сотрудники понятия не имели, что делать. Хорошо хоть Константин приехал…

— Доложили, — коротко обрываю я, глянув на часы. — Договор по прачечной согласуйте с московским юротделом, а если Петр Федорович так и не объявится, они же назначат новое руководство.

Женщина снова сдержанно кивает. Кажется, будто она боится, в очередной раз убеждая, что администраторша расписала меня настоящим монстром. Эдакой Медузой Горгоной, с развевающимися голубыми волосами вместо змей.

«Ночью ты ею была, Ли, — смеется Ринка, неожиданно появляясь в голове и уточняет: — Когда переживала за Семенова».

Может и так. А где всё это время была сама Ри? Я ведь до этого момента вообще не ощущала ее присутствия и, говоря откровенно, вчерашняя ночь была переполнена событиями настолько, что о сестре я вспомнила только сейчас.

«Это доказывает, что в присутствии Кости ты вполне способна обходиться без меня», — резюмирует голос в голове.

Неспособна — это во-первых. А во-вторых, Костя снова сбежал от меня, и если за оставшиеся до пятницы два дня я не сумею ничего изменить — сбежит снова, только в этот раз уже навсегда. В надежде, что с сестрой удастся поговорить по пути в аэропорт, допытываюсь у Екатерины:

— А с кем Смолкин контактировал из Владивостокского офиса? Может вы знаете?

— Из Владивостока к нему Сергей Павлович раньше часто приезжал, кажется у него в Калининграде родственники, — не раздумывая вспоминает управляющая. — Больше, кажется, никого. Но Смолкин близок к руководству. В том числе к Владимиру Сергеевичу. А его собеседование ваша сестра проводила лично.

Сергей Павлович, очевидно Корсаков, что не удивительно. А вот личное знакомство Смолкина с отцом становится интересной деталью. И Ри. Мысленно интересуюсь у сестры, не хочет ли она совершенно случайно о чем-нибудь мне рассказать.

«Да не о чем тут рассказывать, — безэмоционально бросает она. — Смолкин был вполне обычным. Представительным. Имел впечатляющее резюме».

— А откуда он знаком с нашим отцом? — напрямую спрашиваю я, когда, попрощавшись с Екатериной, возвращаюсь в свой номер и принимаюсь собирать вещи. — Папа же вообще обычно в такие дела не лезет?

«Возможно Смолкин просто приезжал во Владивосток, там и познакомились. У них совсем небольшая разница в возрасте, ты же знаешь, папа считает, будто его поколение во всем разбирается лучше. Но ты зря роешь под Смолкина. Вы с Костей ищете не его».

Застываю с чемоданом на пороге номера. Впервые