Микеланджело. Беспокойная жизнь - Антонио Форчеллино

class="p1">Это чувство, родившееся из куда более широкого проекта церковной реформы и заставляющее глубоко задуматься о состоянии Церкви и религии в те годы, прекрасно поняли современники Микеланджело. Вплоть до какого-то момента оно опиралось на проект, разделяемый пусть и не самой влиятельной частью курии, но кругом людей, бывших достаточно могущественными для его легитимизации в Папском государстве: группа Поула, Мороне, Бембо, Садолето и того же Джовио — тот самый круг, который был избран Фарнезе, чтобы фигурировать на фресках Палаццо Канчеллерия за спиной Павла III, с целью подчеркнуть его добродетель. Сочетание суровой морали и политического цинизма в Римской курии накануне Тридентского собора препятствовало этому. Проект Поула и его друзей был обречен на поражение, будучи побежден властным призывом к церковной традиции и литургиям, к ее светским инструментам контроля и владычества.

История росписи в капелле Паолина нам это доказывает. Две дошедшие до нас фрески были лишь частью проекта, подготовленного Микеланджело, которую он успел осуществить в 1542–1549 годах. Он закончил бы роспись, если бы не внезапная смерть Павла III. Тринадцатого октября 1549 года, за несколько дней до смерти, папа, по надежному свидетельству посла герцога Флорентийского в Риме, пошел к Микеланджело, который писал картину на строительных лесах, вскарабкавшись на лестницу из десяти перекладин и поражая всех своими жизненными силами. Ничто тогда не предвещало, что папа скоро умрет, а работа остановится на той стадии, на которой она и дошла до нас. Уже готовы были эскизы для других фресок, которыми завершался цикл и выполнение которых Микеланджело, с согласия Павла III, поручил Марчелло Венусти. Об этом нам сообщает важнейший документ, сохранившийся в Ватиканском архиве рядом с хроникой конклава 1549 года, в котором секретарь конклава просит кардиналов, чтобы Марчелло Венусти мог продолжать роспись капеллы, как договорились Микеланджело и Павел III.

[Между 10 ноября 1549 года и 7 февраля 1550 года]

Достопочтенному мессеру Джованни Франческо [Бини], церемониймейстеру.

Поскольку художник из Мантуи, уполномоченный уже папой Павлом, продолжает роспись новой капеллы и уже начал эскизы ее, но не может без помощи закончить их по причине своей бедности, просим достопочтеннейших и блистательнейших принять меры и позаботиться о том, чтобы он мог продолжать работать.

Он почтительнейше целует руки[174].

Выполнение эскизов являлось завершающей стадией сложного и трудоемкого процесса подготовки к созданию фрески. Если существовал эскиз, то картина была делом решенным. Таким образом, в 1549 году Микеланджело уже полностью разработал проект по завершению росписи капеллы Паолина. Или, может быть, будет более точным сказать, что картинам Микеланджело недоставало лишь их заключительной части. Ведь эскиз выполнялся лишь тогда, когда все было решено вплоть до мельчайших деталей. И художник практически подготовился завершить роспись капеллы, сделав эскизы также и других сцен. Знаменитый эскиз распятия, хранящийся в музее Каподимонте в Неаполе, дает понять, насколько глубоко мастер продумал завершение росписи капеллы.

Почему же этот живописный цикл не был осуществлен? Почему, несмотря на всеобщее уважение, которым пользовался Микеланджело в эти годы, после того как папа буквально выкрал его у делла Ровере, лишь бы он расписал его капеллу, — почему именно тогда, когда он находился в полном распоряжении папства, свободный от каких-либо обязательств по отношению к другим заказчикам, он отказался от своей работы? Будет ли слишком смелой мысль, что запрет, остановивший работу Микеланджело, стал проявлением инквизиторской цензуры, обратившейся против художника?

Мы можем лишь строить предположения о вмешательстве цензуры в дела Микеланджело. Но не может быть никакого сомнения, что дух его творчества был теперь очень далек от того, что требовалось курии, и нового равновесия сил, которое понемногу укреплялось. Достаточно увидеть картины, которые начиная с 1572 года писали Лоренцо Саббатини, а затем Федерико Дзуккари, и сравнить их с картинами Микеланджело, чтобы оценить беспредельную разницу между его верой и религиозными принципами, объясненными бдительными посттридентскими богословами.

Перерыв в работах, вызванный конклавом, последовавшим за смертью Павла III, совпал с началом враждебных действий Джампьетро Карафы против группы «спиритуалов». Пятого декабря 1549 года, прямо под влажными стенами, которые только-только расписал Микеланджело, Реджинальд Поул был уличен в ереси и немедленно исключен из числа кандидатов на папский престол[175]. Начиная с этого момента борьба стала подковерной и беспощадной. Картины, которые, как ожидал Микеланджело, должны были прославлять избрание его друга Поула и столь долгожданный поворот Церкви, стали свидетельницами его поражения. Новый папа, Юлий III, большой почитатель Микеланджело, не был особенно враждебен по отношению к группе реформаторов, но инквизиция, которую все более цепко держал в своих руках Карафа, теперь без остановки искала улики против Поула и его школы, пока вокруг них не стала все больше материализоваться угроза суда инквизиции за ересь. Политические контакты, которые император Карл V поддерживал с протестантами, и его теснейшие связи с Поулом и его окружением делали позицию кружка достаточно надежной даже в Риме. Однако во все более ядовитой атмосфере курии уже не могло быть места открытому выражению того благочестия, которое характеризовало группу и присутствовало в картинах Микеланджело. Хотя эскизы нужно было всего лишь перенести на стену, работа так и не была завершена.

Догадку подтверждает то огромное уважение, которым пользовались в эти годы эскизы Микеланджело. Его подготовительные рисунки, если они были собственноручными, ценились в десять раз выше, чем картина, написанная его ассистентом. Две маленькие картины, подаренные Урбино, к примеру, почти наверняка написаны рукой Марчелло Венусти, но осуществлены по эскизам маэстро: этого хватило в 1557 году, еще при жизни Микеланджело и Венусти, чтобы они ценились многократно больше, чем простая копия с картины Микеланджело, написанная Венусти[176]. Итак, нет сомнения, что современники осознавали, насколько высоко были бы оценены эскизы, приготовленные для капеллы Паолина. Однако же от них отказались, фактически уничтожив существующие картины, с той только разницей, что это вызвало меньший скандал в силу меньшей публичности. Отказ продолжить роспись согласно проекту Микеланджело являлся радикальным отречением от его поэтики и признанием той дистанции, которая отныне существовала между требованиями по репрезентации папской курии и благочестивыми чувствами великого художника, жизнь которого уже приближалась к концу.

Глава VIII

Конец иллюзий

1. Сюжеты благочестия

С окончанием работы над «Страшным Судом» Микеланджело поднялся на такую социальную и творческую высоту, до которой ранее не поднимался ни один художник. Бенедетто Варки, важнейший представитель Флорентийской академии, которую создал Козимо I, чтобы придать своему политическому господству культурную составляющую, посвятил в 1547 году знаменательную лекцию его сонету, отметив тем самым