Джонни Уокер. Супершпион КГБ - Борис Юрьевич Сырков

Уокер услужливо сделал несколько шагов и несколько секунд задумчиво смотрел на находку. Потом он засунул туда большой палец, вынул и облизал. Некоторое время Уокер почавкал, пару-тройку раз тщательно облизал губы и произнес с видом большого знатока и ценителя:

– На вкус настоящее дерьмо, сэр.

В 1961 году на Всемирной ярмарке в Сиэтле, на которой подводная лодка «Финвал» была представлена в качестве экспоната, открытого для посещения, Уокер рассмешил своих сослуживцев еще больше. Группа посетителей, осматривая «Финвал» изнутри, заметила знак с надписью заглавными буквами:

УГРОЗА ЗАТОПЛЕНИЯ.

Его мигание означало, что балластные цистерны заполняются водой. Уокер ради хохмы тут же изобрел другую интерпретацию этого знака. Дескать, если он мигает, то возникла серьезная угроза безопасности подводной лодки. Надо побыстрее выбираться из нее, прыгать в воду и отплыть как можно дальше, поскольку она вот-вот затонет, как в известном американском фильме «Серая дама» уходит на глубину»[3].

Подождав несколько минут, пока посетители не двинутся дальше, Уокер незаметно включил тумблер. Тут же замигали большие красные буквы:

УГРОЗА ЗАТОПЛЕНИЯ… УГРОЗА ЗАТОПЛЕНИЯ…

Уокер испустил истошный вопль:

– О господи боже! Это конец!

Он бросился к лестнице, которая вела к главному люку, и начал спешно взбираться по ней, преодолевая по две ступеньки за раз. Когда его голова оказалась на свежем воздухе, он взглянул вниз и увидел, что за ним выстроилась очередь из посетителей. Они запыхались, их глаза были выпучены от страха.

Уокер особенно любил приключения, связанные с риском для жизни. Однажды вечером вместе с сослуживцами он возвращался на «Финвал» после прогулки по Сиэтлу, когда заметил аэростат, привязанный толстым тросом поперек дороги. Уокер попинал его ногой с видом, с которым потенциальные покупатели обычно пинают шины автомобиля, выставленного на продажу. Смех сослуживцев только раззадорил его. Он встал на колени, достал нож и стал пилить трос, которым был привязан аэростат. Внезапно послышался хриплый голос пожилого охранника:

– Какого черта вы там делаете?

Этого оказалось достаточно, чтобы сослуживцы Уокера разбежались в разные стороны. Уокер продолжал пилить трос. Охранник, должно быть, заметил нож в руках Уокера и сделал предупредительный выстрел в воздух. Уокер продолжил начатое, и только после второго выстрела он с криками бросился наутек. Отправить в полет аэростат ему не удалось, но это не имело особенного значения. Наутро все на «Финвале» знали, что у Джонни Уокера стальные яйца: он выкинул очередной фортель и продолжал делать свое дело, несмотря на огонь, который по нему открыл какой-то старый болван. Уокер, любивший быть в центре всеобщего внимания, очень гордился этим своим поступком.

Удовольствие Уокеру доставляли не только пожилые охранники с оружием в руках. Плавание на «Финвале» тоже не всегда проходило гладко. Спустя много лет Уокер не мог удержаться, чтобы не похвастаться:

– Если человек не обладает нужными способностями, то он ни за что долго не продержится на подводных лодках.

Чтобы доказать это, Уокер обычно рассказывал одну и ту же историю о том, как подводная лодка «Финвал» чуть не повторила судьбу «Серой дамы». При этом он изо всех сил пытался сохранять трагическое выражение лица, но иногда на нем поневоле проступал искренний испуг.

Трагедия чуть не произошла в открытом море поблизости от Сиэтла. Подводная лодка «Финвал» двигалась на глубине, близкой к максимальной, когда она неожиданно начала погружаться, потеряв управление. Сказалось попадание в карман с пресной водой, поступавшей из реки Колумбия, которая неподалеку впадала в море. Балластные цистерны «Финвала» были заполнены морской водой и рассчитаны на плавание в море. Корпус начал громко скрипеть под давлением извне, а погружение все продолжалось. Уокеру и его сослуживцам оставалось только молиться о чудесном спасении. Трудно сказать, что стало причиной, по которой началось обратное движение «Финвала» к поверхности моря – молитвы возымели действие или закончился карман с пресной водой. Так было или иначе, но Уокер неизменно заканчивал рассказ об этом опасном эпизоде философскими рассуждениями о бренности человеческой жизни:

– Тот, кто слышал, как корпус подводной лодки скрипит под нажимом многотонной толщи морских вод, не забудет этот звук до конца своей жизни. Как будто смерть взывает к тебе. Человек вдруг осознает, что в любой момент может уйти из жизни. Так почему бы не жить на полную катушку, пока имеется такая возможность?

В этот период времени жить на полную катушку означало для Уокера одно – служить на «бумере». Так на американском военно-морском сленге назывались атомные подводные лодки, оснащенные баллистическими ракетами. Служба на «бумере» считалась наиболее престижной для военного моряка. С момента ввода в эксплуатацию в 1959 году первого атомного подводного крейсера «Джордж Вашингтон» с твердотопливными ядерными ракетами на борту, которые можно было запускать из-под воды, стало совершенно ясно, что будущее принадлежит «бумерам». Они предоставляли уникальную возможность неожиданно нанести сокрушительный ядерный удар по противнику. Естественно, что Уокер, обуреваемый честолюбивыми замыслами и будучи любителем различного рода рискованных игр, очень хотел попасть на службу на один из «бумеров». Радист Уильям Уилкинсон, служивший вместе с Уокером на «Финвале», впоследствии вспоминал: «Нужно понимать, что парни на «бумерах» принадлежали к военно-морской элите. Они не являлись простыми подводниками. Они были особенными. Джонни и я хотели к ним присоединиться. Мы постоянно говорили с ним об этом».

Было еще кое-что, не дававшее покоя Уокеру, и он не рассказывал об этом товарищам на «Финвале». Хотя Уокер был бесспорно способнее их, ему было далеко до старшего брата Артура. Тот уже имел офицерское звание, получить которое для Уокера было почти невозможно из-за проблем с законом, которые в юности возникли у него в Скрэнтоне. И судя по тому, как развивалась военно-морская карьера Артура, он имел все шансы попасть на «бумер».

Барбара и трое дочерей Уокера жили в городе Вальехо в Калифорнии. Когда он получил назначение на «Финвал», то сразу же попросил о переводе на Гавайи. Но получил отказ, поскольку его командование не желало финансировать отправку семьи из пяти человек на такое дальнее расстояние. По этому поводу Уокер не расстраивался. Несколько месяцев он проводил в походах на «Финвале» вдали от семьи. А когда возвращался к ней в Вальехо, то наслаждался прекрасной солнечной погодой и любовными утехами с Барбарой. Хмурая и безрадостная жизнь в Скрэнтоне осталась далеко позади.

Именно в Вальехо Уокер окончательно поверил, что ему наконец-то улыбнулась удача. Он полагал, что у каждого человека есть своя предначертанная судьба. Уокер считал себя счастливчиком и обладателем уникальных человеческих качеств. Именно они позволили ему вытерпеть все, что выпало на его долю в Скрэнтоне, где он просто дожидался удобного случая, чтобы вырваться за его пределы. И теперь, став взрослым и заимев большую семью, Уокер должен был подождать немного еще, чтобы обстоятельства сложились для него самым удачным образом. Хотя, как Уокер признался Барбаре, это ожидание, по его мнению, слишком затянулось.

И вот, наконец, все начало постепенно налаживаться. С «Финвала» Уокера отправили на переподготовку в школу радистов. Его это обнадежило. На подводных лодках возникла потребность не только в радистах, но и в техниках, умевших чинить имевшееся оборудование. Подводные лодки были переполнены людьми, и найти место для еще одного человека было весьма затруднительно. Уокер сделал вывод о том, что руководство было заинтересовано, чтобы он продолжал служить на подводных лодках, и решило дополнительно обучить его. Уокера это полностью устраивало.

Уокер был на седьмом небе от счастья, когда 1 ноября 1962 года у него родился долгожданный сын – Майкл. Барбара, указав на почти лысую голову Уокера, сказала ему:

– У твоего сына волосы точь-в-точь, как у тебя.

Уокер был настолько счастлив, что не обиделся на эту грубую шутку, а только от души посмеялся над ней.

В 1962 году в Вальехо сбылось еще одно заветное желание Уокера. Он получил назначение на только что введенный в эксплуатацию «бумер» «Эндрю Джексон» в качестве старшего радиста. Это была самая большая и быстроходная американская подводная лодка. Для любого подводника, особенно после «дизеля», «Эндрю Джексон» был воплощением мечты. В его корпусе имелись 3 уровня с душевыми кабинами, койками с поролоновыми матрасами, кафетерием с нескончаемым запасом