Джонни Уокер. Супершпион КГБ - Борис Юрьевич Сырков

красил и перекрашивал их. Себе в помощники он нанял несколько местных подростков. Уокер расплачивался с ними бургерами и морскими байками, но никто из них не чувствовал себя обманутым. От кого бы еще, помимо бравого морского волка Уокера, они узнали бы про изощренные трюки гонконгских проституток? Он умело манипулировал подростками и получал от этого удовольствие, глядя, как они заражаются его энтузиазмом. Уокер хвастался Уилкинсону, что сделал из них настоящих военно-морских ремонтников.

Когда Уокер не крушил молотком стены и не занимался их покраской, он разъезжал на своем желтом кабриолете по Южной Каролине в поисках удачных приобретений для закусочной. Он купил печь для пиццы, газовый гриль, круглые столы со столешницами из жаропрочного пластика, десяток стульев и даже бильярдный стол. Уилкинсон выразил Уокеру сомнение, что они смогут расплатиться за все эти покупки. Но тот сказал, чтобы Уилкинсон не беспокоился, потому что после открытия закусочной деньги можно будет грести лопатой. Уокер признался Уилкинсону, что уже подумывает о расширении бизнеса. Его заинтересовал земельный участок, находившийся по другую сторону дороги, напротив их будущей закусочной, и он собирался переговорить с хозяином по поводу покупки.

Уокер был преисполнен радостных ожиданий. Краска на стенах высохла. На гриле можно было жарить бургеры, а в печи готовить пиццу. Бильярдный стол был надраен до блеска. Несколько ящиков пива ожидали прихода посетителей в холодильнике. Уилкинсон считал, что закусочная была полностью готова к открытию. Но Уокер предложил внести небольшое изменение в интерьер. В одном из баров в Гонконге он видел многочисленные ряды пластиковых бус янтарного цвета, свисавших с потолка подобно занавескам. Передвигаясь внутри бара, посетители отодвигали их в сторону. При этом бусы потрескивали и позвякивали, как медяки, отскакивающие от раскаленной сковороды. Шум, издаваемый бусами, неизменно раззадоривал Уокера и настраивал его на праздничный лад. Неизвестно, где Уокер сумел раздобыть 2 занавески из бус, но перед самым открытием закусочной одну он повесил над входом, а другую – у бильярдного стола. Некоторые из юных помощников Уокера сочли такое оформление дурацким. Но он отверг их претензии:

– Вы еще чертовски молоды, чтобы понимать, что такое классный дизайн.

После этого Уокер засомневался в правильности выбранного названия. Возражений против «Дома из бамбука» не возникало, пока собственная закусочная была лишь плодом его фантазии. Уокер считал это название простым проявлением уважения к известному художественному фильму. Но теперь он категорически не хотел, чтобы в реальной жизни закусочная носила чье-то чужое имя. А вдруг его нельзя было использовать по какому-нибудь закону об авторском праве? Только судебного иска Уокеру не хватало! И он придумал другое, похожее название – «Закусочная из бамбука». В октябре 1966 года состоялось ее открытие.

Но еще до того, как «Закусочная из бамбука» распахнула свои двери для первых посетителей, Уокер купил подержанный автодом и поставил его в дальнем углу купленного земельного участка. Летом 1966 года он переселил туда свою семью. Условия проживания в автодоме были не лучше, чем в Мендель-Риверс. В одной комнате разместились Маргарет и Майкл, во второй – Синтия и Лаура, а в третьей на раскладном диване спали Уокер и Барбара. Тем не менее бурная деятельность, которую развил Уокер, быстро вселила надежду на светлое будущее в остальных. Они снова почувствовали себя частью единого целого, а сам Уокер вспомнил о своих отцовских обязанностях.

Уокер стал проводить больше времени с детьми. Лесистая местность позади автодома стала местом, куда он регулярно отправлялся с ними в поисках приключений. Уокер научил их ходить в походы, разводить костер на привале, пугал историями о привидениях и построил домик на дереве. Детям казалось, что на свете нет ничего, о чем бы не знал их отец. Он рассказал им, как функционирует телевизор в гостиной, разобрал на части и собрал переносной радиоприемник, который снова заработал как ни в чем не бывало, поздним вечером, когда стемнело, вывел детей наружу и заявил, что звезды на небе были не сами по себе, а являлись частью созвездий, напоминавших животных и людей. Любое совместное занятие с Уокером доставляло детям огромное удовольствие. Утром по субботам он смотрел вместе с ними мультики и при этом хохотал громче остальных. По воскресеньям Уокер готовил на завтрак вкусные оладьи. А если была какая-то работа по дому, то свой вклад в нее вносили все члены семьи во главе с Уокером. Но сначала он на всю катушку включал джаз по радиоприемнику. Особенно Уокер любил бибоп[9].

Для детей Уокер являлся самым мудрым и смелым человеком в мире. Однажды, когда Лаура только-только начала ходить, ее смыло на пляже огромной волной. Она нахлебалась морской воды и начала тонуть. Но неожиданно Лаура почувствовала, как сильные руки отца подхватили ее, подняли на поверхность, и она снова смогла свободно дышать. Лаура на всю жизнь запомнила этот эпизод своего чудесного спасения.

Во время одного из походов Уокер поведал Маргарет один секрет. В свои 9 лет она была самой старшей из его детей и поэтому имела право узнать кое-что очень важное о своем отце. Лаура слушала Уокера очень внимательно. Ведь прежде он никому об этом не рассказывал:

– Знаешь, что, по моему мнению, должно случиться после того, как мы откроем эту закусочную? Я думаю, что настанет день, и нежданно-негаданно в нее войдет твой дедушка, мой отец. Конечно же, он будет совершенно не в курсе, что закусочная принадлежит его сыну. Случайно проезжая мимо, он решит, что она выглядит вполне достойно, чтобы остановиться и выпить в ней пива. И когда он войдет в дверь, то на пороге его встречу я.

Уокер-старший так никогда и не появился в «Закусочной из бамбука». Да и вообще мало кто приходил в нее выпить пива и закусить, а заодно послушать байки Уокера, и он целыми днями просиживал в одиночестве. То ли «Закусочная из бамбука» располагалась на слишком большом удалении от автострады, то ли местные баптисты враждебно относились к появлению придорожных закусочных в их родном городе. А может быть, здесь были совершенно не нужны чужаки с севера страны, наивно полагавшие, что они могут запросто переехать сюда и начать зарабатывать деньги.

Уокер был уязвлен до глубины души постигшей его неудачей. Когда он входил в пустующую «Закусочную из бамбука», шелестение занавесок из бус навевало на него смертельную тоску. Воцарявшееся вслед за этим безмолвие бесконечно угнетало Уокера. Затея с «Закусочной из бамбука» потерпела сокрушительный провал, никак не вписывавшийся в его представление о собственных выдающихся способностях. Ведь Уокер всегда выделялся среди сослуживцев-подводников и недаром дорос до главного корабельного старшины. Все-таки не раздолбай какой-нибудь. А значит, он обязательно найдет выход из сложившейся неблагоприятной жизненной ситуации. Только надо было сперва определить причину произошедшего. И Уокер с легкостью ее отыскал.

Откуда, спрашивается, было взяться доходам от «Закусочной из бамбука», если Барбара моментально их пропивала? Толку от нее не было никакого. Она даже не могла как следует пожарить бургер. Это из-за ее неряшливости закусочная напоминала свинарник. Это ее поймала полиция за распитием спиртного перед входом в автодом в воскресенье во второй половине дня и выписала ей крупный штраф. Это она разругалась с директором городского колледжа, ортодоксальным христианином, который попытался запретить ей богослужения с участием студентов.

– В моих богослужениях принимает участие любой, кто достиг совершеннолетия и может дать мне на пиво! – наорала Барбара на директора колледжа.

Уокер кипел от злости. Он считал, что такое поведение Барбары нисколько не способствовало установлению хороших отношений с городской общественностью и в результате крайне отрицательно сказывалось на их семейном бизнесе. Обладая богатым воображением, Уокер без особого труда убедил себя, что именно Барбара несла основную ответственность за фиаско, приключившееся с «Закусочной из бамбука». А значит, ради собственного душевного здоровья и равновесия надо было поскорее выбросить из головы печальные мысли и о «Закусочной из бамбука», и о Барбаре. Поэтому Уокер с огромным нетерпением ждал, когда надо будет отправляться в очередное плавание, и он, наконец, сможет на законных основаниях покинуть Ладсон.

Вернувшись домой из дальнего похода на «Симоне Боливаре», Уокер уже не мог по-прежнему делать вид, что проблемы, связанные с «Закусочной из бамбука», его никак не касались. В автодоме повсюду валялись извещения о просроченных платежах и налоговые уведомления.