Хорошая? Плохая? Живая! Мама - Лара И. Покровская

– А что это?

– Ок, проехали. Нигерия!

– Нет!

– Алжир!

– Нет!

– А точно в Африке?

– Ну-у-у… Не знаю. Но вроде в Африке.

– Ну скажи уже, что там за страна.

– Канада.

Дикий хохот и, конечно, Сашина тупка, потому что ровно до этого дня она прекрасно могла показать Канаду на карте, знала, что это «над Северной Америкой».

#Сашке8 #Егору17 #мне45

И ситуации, когда ресурса мамы на грамотное разруливание детских конфликтов не хватило, не частые, а очень частые.

«Если не перестанете драться (ругаться, кричать и т. п.) – мультика не будет!» Знакомо?

Ситуация, когда мама чувствует бессилие. Не может справиться с тем, что происходит с детьми. Не удерживает свою альфа-позицию, и её внутренний ребёнок тогда кричит: «Если ты сейчас же не дашь мне лопатку, я заберу своё ведёрко и не буду с тобой дружить!»

Хотя, по здравом размышлении, мама, скорее всего, понимает, что, когда дети ругаются, кричат, дерутся – они часто в состоянии аффекта, там никакие увещевания не действуют, и у детей нет возможности остановиться без помощи взрослого, который сконтейнирует, поможет, вмешается, пожалеет каждого участника ссоры, разведёт по углам и каждому уделит себя.

Звучит нагрузочно и загрузочно. И так оно и есть. Это наша непростая мамская задача – замыкать детей на себе, а не друг на друге.

Егор:

– Так. Начинаем. Кто у нас в Думе сидит?

Саша:

– Бояре!

Дикий хохот.

– Нет, ну я же из фильма, из «Там на неведомых дорожках»!

#Сашке8 #Егору17 #мне45 #играемвАлиас

Егор:

– Это то, что мы делаем всё время сейчас во время игры.

– Ржём?

– Да!

#Сашке8 #Егору17 #мне45 #играемвАлиас

Я:

– Эмм… Честно говоря, я не очень знаю, как это объяснить. Слово знаю, а что точно оно означает – нет. Жидкость такая… пахнет… Давайте сразу скажу слово: скипидар.

Егор:

– Я не знаю, что это за жидкость. А слово, конечно, слышал.

Саша гордо:

– А я знаю!

Мы:

– Да ладно?! И что это?

Саша:

– Ну это как духи такие…

Дикий хохот.

#Сашке8 #Егору17 #мне45 #играемвАлиас

Егор:

– Даже не знаю, как объяснить… Ну, мужик с обезьяной…

Я:

– Шарманка!

Егор растерянно:

– Да! А как ты поняла-то?!

«Алиас». Всегда хорошее настроение.

#Сашке8 #Егору17 #мне45

Эта задача не давалась мне кучу лет. Когда речь заходила об отношениях моих детей между собой, я чувствовала собственное фиаско. У меня не было ресурса быть с ними вместе, и потому я просто буквально не давала им общаться. Один в одной комнате, другая – в другой. Как только пытались сближаться – разгоняла. Жутко виноватилась из-за этого, но ничего на тот момент не могла поделать иначе. Долго работала над собой и в итоге ситуацию изменила.

Но и сейчас общение Егора с Сашей и для меня, и для мужа – самое ресурсозатратное мероприятие.

Дети вместе ковыряются с «Лего». Бальзам на материнское сердце.

У кого разница между детьми меньше восьми с половиной лет, тому не понять.

#Сашке9 #Егору17

Итак, ссора детей. Дети фрустрированы. Лишая их мультфильма, мы тем самым фрустрируем их ещё больше. И ожидаем, что они с этой ещё большей фрустрацией каким-то образом справятся легче и перестанут драться/кричать? Но как? Это противоречит любой логике.

Не справятся. Наоборот, мы подбавили фрустрации, теперь детям стало ещё сложнее.

Если отмотать назад и заглянуть в корень проблемы, то мама устала. Вот он, корень.

Мама устала, мама занята, мама… И тогда дети предоставлены сами себе. И когда, практически неизбежно, в какой-то момент у них случается конфликт, мама не реагирует на малые сигналы (разберутся сами… надежда на это бессмертна). Не идёт разруливать конфликт, как только появился первый дымок. Не чувствует запах появившегося дымка, не видит первые языки пламени, не слышит потрескивание горящих деревяшек… Не хочет или не может всё это уловить. ИЛИ видит-слышит-чувствует, но надеется, что каким-то образом рассосётся само. И да, так бывает, что само. Иногда. Но часто – нет.

И когда не реагировать уже нереально, пожар бушует вовсю, мама срывается. Теперь от неё требуется ещё больше ресурса, чтобы потушить всё это и залечить раны всех пострадавших. А ресурса-то как не было, так и нет. И мама кричит. Или лупит.

Внутренний ребёнок орёт: «Не дам тебе тогда конфету!» (лишу того, что тебе нравится, что тебе хочется, что тебе важно, «раз ты такой»).

Почему от детей ожидалось, что они сами смогут? Им не по возможностям пока…

* * *

Перед отъездом в эмиграцию у Саши менялось настроение, «качало» из полюса в полюс. Сначала для неё больше всего имело значение, поедет ли с нами папа. Она тревожилась, пока я не сказала, что папа решился ехать с нами. Тогда у неё отлегло, и место тревоги заняло возбуждение, предвкушение, восторг. Такое приключение, ух ты!

Я говорила с ней о том, что через какое-то время (никто не знает, когда именно) эти чувства сменятся печалью, может, даже злостью. Потому что впереди – да, приключение-ух-ты, но позади останется всё привычное, родное, важное. То, что «нажито нелёгким трудом». То, что имеет ценность для неё.

Друзья и подруги, интересные занятия, наша квартира и её комната, знакомая местность, люди, понимающие родной язык, магазины и улицы… Всё это останется, а мы уедем.

И в какой-то момент Сашу, конечно, переключило. Она горько плакала о потерях. Оплакивала уходящие возможности. Я только обнимала. А иногда плакала вместе с ней тихонечко.

Потом снова наступил период радости и предвкушения. И «поскорее бы!». В этот раз он был короче предыдущего.

И затем снова «не хочу уезжать».

А потом накал переживаемого спал, и всё это смоглось чувствоваться одновременно. «С одной стороны, я хочу всё это испытать, хочу полетать на самолёте впервые в жизни, хочу увидеть другую страну, хочу пожить там. А с другой стороны, тут останутся мои друзья! И я не смогу ходить на фигурное катание! И в конный клуб! И ролики, и бассейн, и рисование, и вокал!» И «мама, почему мне так тяжело?!»

И моё «Да, зай. Всё это и правда очень тяжело. И будет тяжело какое-то время. Мы и в Мытищи-то когда переехали, долго было тяжело, хотя квартиру сменили на в