Путеводитель растерянных - Моше бен-Маймон

Путь третий

Есть также путь, нуждающийся в одном из постулатов, принимаемом приверженцами этого пути.[2470] А именно, некоторые из них — ранние представители [калама] — верят, что Бог волит волей, которая не есть аспект, добавочный к сущности Творца, ибо эта воля не имеет субстрата.[2471] В соответствии с этим постулатом, который мы изложили (несмотря на то, что, как ты видишь, представить себе такое трудно), они говорят, что единственная воля, лишенная субстрата, не может наличествовать у обоих [божеств], ибо, по их словам, одна причина не вызывает двух следствий[2472] у двух сущностей. Это, как я тебе уже указывал по сходному поводу, — объяснение непонятного через еще более непонятное. Та воля, о коей они говорят, непредставима, а по мнению некоторых, и невозможна. У сторонников этого воззрения возникают из-за него бесчисленные трудности, они же используют оное для доказательства единобожия.

Путь четвертый

Они говорят: "Существование [результата] действия с необходимостью свидетельствует о действующем, но не указывает на нескольких действующих. И нет разницы между утверждением, будто богов — два, или двадцать, или какое-то другое число, — это ясно и очевидно".[2473] Но поскольку можно возразить, что этот аргумент не доказывает невозможность множественности в Божестве, он только указывает на незнание нами числа [богов]: быть может, Он один, быть может, что их много, один из [мутакалимов] дополнил это доказательство, сказав, что существование Божества необходимо, а не возможно, и потому возможность множественности исключается.[2474] Так проводит сторонник этой аргументации свое доказательство, ошибочность коего весьма очевидна, ибо существование Его, да превознесется Он, есть то, к чему не относится возможность, зато нашим знаниям о Нем возможность присуща, ибо возможность в знании не тождественна возможности в существовании.[2475] И быть может,[2476] подобно тому как христиане полагают, будто Он троичен, хотя на самом деле это неверно, так и мы полагаем, что Он един, хотя на самом деле это неправильно.[2477] Это ясно для всякого, кто приобрел навык в познании следствий, необходимо вытекающих из предпосылок.

Путь пятый

Один из поздних [мутакалимов] полагал, будто он нашел аподиктический путь для обоснования единобожия, а именно "[аргумент от] зависимости". Разъясним это. Он сказал: "Если один из [богов] способен единолично сделать все существующее, то второй излишен и не нужен, но если существующее не может быть завершено и устроено им без участия второго, то тогда каждому из них свойственна слабость,[2478] поскольку они зависимы друг от друга, и сущность их не самодостаточна". Этот [путь] — не что иное, как ответвление "пути противодействия".[2479] Возражая против подобной аргументации, следует сказать следующее. Не всякий, кто не может произвести действие, способность совершения которого не заложена в его субстанции, именуется слабым.[2480] Ведь мы не говорим о человеческом индивидууме, будто он слаб[2481] из-за того, что не может сдвинуть [груз в] тысячу кантаров,[2482] и не приписываем Богу, да превознесется Он, слабости из-за того, что Он не может содеять Свою сущность телесной, или сотворить подобного Себе, или сотворить квадрат со стороной, равной диагонали. Так же мы не вправе утверждать, будто каждый из [богов] слаб, из-за того, что не творит единолично, коль скоро в их существовании заложена необходимость того, чтобы их было два.[2483] И это не зависимость, а [онтологическая] необходимость, не допускающая альтернативы. Мы не говорим, что Бог, великий и могучий, на деле бессилен, хотя, согласно их воззрениям, Он неспособен сделать тело сущим иначе, как сотворив атомы и соединив их посредством акцидентов, которые Он творит в них, и не называем это зависимостью и бессилием, поскольку альтернатива этому невозможна; так же вправе ответствовать и многобожник:[2484] невозможно, чтобы каждый из них действовал единолично, однако это не указывает на слабость обоих, поскольку в их существовании заложена необходимость того, чтобы их было два.

И одному [из мутакалимов] так надоели эти ухищрения, что он сказал: единобожие принимается [на веру] в силу Закона.[2485] [Остальные] мутакалимы сочли это крайне отвратительным[2486] и отнеслись с презрением[2487] к тому, кто это сказал. На мой же взгляд, тот из них, кто сказал это, — человек чрезвычайно здравомыслящий, невосприимчивый к софистике. И поскольку он не услышал в их речах ничего, что могло бы служить истинным доказательством, и обнаружил, что душа его не находит покоя[2488] в том, что они мнили доказательством, то и сказал, что это положение должно быть принято в силу Закона.[2489] Ибо эти люди не оставили у сущего никакой устойчивой природы, на которой можно было бы утвердить правильную аргументацию, не оставили интеллекту его врожденной прямоты,[2490] ведущей к правильным заключениям. И все это было сделано намеренно, дабы предположить сущее таким, чтобы посредством него можно было бы доказать недоказуемое, а повлекло за собой неспособность доказать доказуемое. И жаловаться на это некому, кроме как Богу и справедливым среди мужей разума.[2491]

Глава 76

Об отрицании телесности [Бога] согласно учению мутакалимов. Пути мутакалимов и их доводы в пользу отрицания телесности чрезвычайно слабы, еще слабее, чем их аргументация единобожия, ибо для них отрицание телесности есть как бы необходимое ответвление принципа единства, ведь тело, говорят они, не может быть единым. Однако, на мой взгляд, не является мутакалимом тот, кто отрицает телесность на том основании, что тело с необходимостью состоит из материи и формы, то есть обладает сложностью, а невозможность того, чтобы сложность принадлежала к сущности Божества, очевидна. Эта аргументация не построена на принципах мутакалимов, но является истинным доказательством, основанном на убеждении в [существовании] материи и формы и осознании этих понятий. Это философское учение, которое я разъясню тебе, когда буду излагать доказательства философов, относящиеся к рассматриваемому тезису.[2492] Цель же настоящей главы — привести аргументы мутакалимов, отрицающие телесность, с учетом их постулатов и методов умозаключения.

Первый путь

Если бы Божество было телом, говорят они, то эйдос Божественности и Ее истинная реальность[2493] непременно конституировались бы либо всей совокупностью субстанций этого тела, то есть всеми его атомами, либо одной из его субстанций. И если бы она конституировалась одним атомом, то какая польза была бы от остальных частиц? В этом случае не было бы смысла в существовании данного тела.